Утро стрелецкой казни, василий иванович суриков

Картина «Утро стрелецкой казни»: характеристика и фото :

В. И. Суриков (1848-1916 гг.) внес большой вклад в развитие исторической живописи России. Он разгадывал работы древнерусских художников, восхищался удивительно красочной гаммой, глубиной созданных образов. Наша статья будет посвящена первой работе живописца — картине «Утро стрелецкой казни».

Несколько слов о биографии художника

Он родился в Красноярске, в казачьей семье. Закончив учебу в уездном училище, юноша стал писцом в управлении губернии и постоянно при этом рисует. Ради забавы он на бумаге в канцелярии изобразил муху. Увидев ее, губернатор попытался смахнуть насекомое.

Однако муха продолжала сидеть. Разобравшись, в чем дело, глава губернии написал письмо в Петербург и рассказал о способностях молодого писца. Ответ с приглашением в столицу пришел довольно скоро. Меценат-золотопромышленник П.

Кузнецов оплатил юноше и дорогу, и обучение.

Закончив учебу в Петербурге в 1875 году, В. Суриков через два года переезжает в Москву, где работает над фресками храма Христа Спасителя. К этому времени у него уже созрел замысел картины «Утро стрелецкой казни», как позже художник ее назовет.

История создания полотна

Во время переезда из Красноярска в Северную столицу В. Суриков на один день остановился в Москве. Он впервые увидел Кремль с его соборами и Красную площадь. В воображении юноши ярко обрисовались жестокие публичные телесные наказания и казни, которые происходили на ней.

Он видел внутренним взором мощных, сильных духом, несгибаемых людей, с которыми здесь безжалостно расправлялись.Второй мыслью, которая его натолкнула на написание картины «Утро стрелецкой казни», была свеча. Она горела днем и показывала художнику, как умирает ее тело, а огонь, исчезнув, присоединяется к Вечности.

Две идеи, объединенные в одно целое, не давали покоя мыслям художника, когда он учился в Академии и работал в Москве. Его манила история, Суриков всерьез принялся изучать тему стрелецких восстаний 1682 и 1698 годов. События тех лет были столь драматичны, что молодому художнику снились кровавые сны. В них он на физическом уровне чувствовал запах крови.

Суриков на своей картине «Утро стрелецкой казни» решил изображать время, которое ей предшествовало, психологический настрой всех персонажей.

Каким было реальное восстание

Пока молодой Петр, уже заточивший сестру Софью в монастырь, но не усмиривший ее бунтарский дух, был с великим посольством в Европе, то его войска, которые участвовали в Азовских походах, разделились надвое. «Потешные» – всегда были приверженцами царя, а стрельцы считали себя войсками Софьи.

Они не желали превращаться в солдат и пытались удержать страну в старине: при необходимости воевать, а в мирное время торговать и огородничать на Москве.

Из монастыря Софье Алексеевне удавалось распускать слухи, что в Европе ее брата подменили, что на Русь вернется совсем другой человек, и что ей грозит опасность. Стрельцы, вместо того чтобы идти в Великие Луки, куда их направили из Азова, пошли в Москву.

В ней они укрепились в своих слободах и наладили связь с Софьей, которую собирались защищать. Солдаты Петра выбили их из столицы. Мятежники закрепились под Новым Иерусалимом. Там, после переговоров о мире, с ними быстро расправилось четыре полка. Восставших взяли в плен.

Физическое уничтожение началась почти сразу. Сто тридцать человек было повешено, сто сорок избивали кнутами и около двух тысяч приготовили к ссылке. К этому времени, к августу 1698 года, в Россию срочно вернулся Петр Алексеевич.

Новое следствие

Царь морально приготовился к борьбе не на жизнь, а на смерть: стрельцы были олицетворением всего застаревшего, мешавшего стране двигаться вперед к новым преобразованиям, которые он наметил для своего государства.

Когда читал розыскное дело о стрельцах, то находил одни только злые выпады против Лефорта, а значит и против себя самого. В душе царя разгоралась ярость. По Москве начались казни. Они не проходили на Красной площади, как это изображает картина Сурикова «Утро стрелецкой казни».

Сначала в четырнадцати застенках Преображенского собрали 1 700 человек — их долго и жестоко пытали. Об этом подробно рассказывает историк С.М. Соловьев. От них добыли признание, что они собирались посадить Софью на царство.

А тем временем готовились к казням, повсюду ставились виселицы: в Земляном и Белом городе, у ворот и окон Софьи около Девичьего монастыря.

Казни

Первая казнь была проведена у Покровских ворот, когда на ста телегах привезли сразу 200 стрельцов. Каждый из них держал в руке зажженную свечу. После прочтения указа Петр лично пятерым зачинщикам отрубил головы, но сделал он это в Преображенском. Весь октябрь продолжались казни, кого-то вешали, а некоторых приближенных бояр царь заставлял собственноручно рубить головы.

Опыта у них не было, они только мучили своих жертв не одним взмахом топора, а рубили по нескольку раз. Художник картины «Утро стрелецкой казни» отошел от исторических фактов, но передал ужас смерти и противостояния двух миров. Под окнами кельи Софьи поставили 195 виселиц, чтобы она и все москвичи хорошо запомнили, чем оканчиваются бунты. Повешенных целых пять месяцев не снимали.

В.И. Суриков: описание картины «Утро стрелецкой казни»

Как считает М. Волошин, композиция родилась, когда художник смотрел на горящую свечу, которая отбрасывала на белую стену золотистые отсветы.

Освещенная горящей свечой днем белая рубаха с отблесками просто преследовала и не отпускала художника. В конце концов она воплотилась в белые рубахи обреченных на смерть стрельцов.

В XIX веке свеча, которая горит днем, у каждого вызывала мысль о похоронах, покойнике и смерти. Это для современного человека она имеет иной смысл.

Композиция достаточно сложна. Она опирается на горящие свечи.Они своими огнями ведут нас снизу от старухи, затем поднимаются к середине, делают полукруг, обвивая рыжего стрельца, и, идя слева, пересекают все полотно, чтобы погаснуть под гневным взглядом Петра справа.

Имеется еще один композиционный прием, который применил автор картины «Утро стрелецкой казни». Он сознательно исказил в сторону уменьшения размеры Красной площади, сблизив Лобное место, собор Покрова Богородицы и стену Кремля.

Этим Суриков достиг впечатления на ней огромной толпы. На самом деле скопление людей составляет около 20 человек, а не двух сотен, как кажется, когда бросаешь на полотно первый взгляд.

К тому же он сильно обрезал купол храма Пресвятой Богородицы.

Два главных персонажа картины

Два человека противостоят друг другу – суровый сосредоточенный Петр, который с детства ненавидит этот сброд, и рыжий стрелец со свечой. С него начались первые эскизы к картине. Репин выискал натуру для Сурикова. Это был кладбищенский могильщик. Художник еле-еле уговорил его позировать. В результате получился образ человека с несгибаемой волей.

Если все снова повторить, то стрелец, заранее зная, что ему грозит, пойдет против царя, защищая уклад, сложившийся веками. Их соединяет условная диагональ, символизируя антагонизм. Царь уверен в себе и спокоен. Он навсегда раздавит эту замшелую, упорствующую в своей косности Русь.

Стрелец, закованный в колодки, готов хоть сию минуту вцепиться в горло Петра и уничтожить его со всеми его преобразованиями.

Остальные герои

Мы продолжаем описание картины «Утро стрелецкой казни». Площадь еще накрывает полумгла. На казнь ведут к стоящим в глубине виселицам уже второго человека, покорного и безвольного, подхватив его под руки.В отчаянии причитает его жена, а малыш уткнулся лицом в ее парчовый подол.

Следующим, наверное, будет сидящий в центре горемыка с пшеничными волосами, у которого солдат уже забрал свечу.Он уже отрешился от этого мира, машинально положив натруженную руку на голову дочери, уткнувшейся отцу в колени, и пытаясь приобнять плачущего сына.

Кто пойдет далее — неизвестно…Это может быть черноволосый и чернобородый с орлиным носом, мрачно сдвинувший брови, непокорный стрелец. Его за плечи в наброшенном красном кафтане в последние мгновения приобнимает жена. На ее лице – ужас и скорбь.

А, может быть, это будет поднявшийся во весь рост, кающийся перед народом и Богом стрелец, в которого уже вцепилась рука солдата.

Невозможно выпустить из поля зрения седоволосого старика с серьгой в одном ухе, который сидит к нам спиной. Его взгляд мы не видим, но, наверное, он неотрывно смотрит на истаивающую, как его жизнь, горящую свечу.

Колорит полотна

Темный колорит раннего туманного утра после ночного дождя, когда совершается казнь, подчеркивает трагизм событий. Только-только светает. Туман еще не рассеялся. Среди массы народа ярко выделяются белые чистые рубашки стрельцов, которым предстоит неминуемая смерть без покаяния. Среди толпы нет ни одного священника… Так решил всемогущий государь.

Рассказ по картине «Утро стрелецкой казни»

На полотне художник в темных тонах написал седое туманное утро после ночного дождя. Всю Красную площадь занимает толпа скорбящего народа. Стрельцы в белых рубахах с горящими свечами в руках привезены в колодках на телегах из застенков, где они прошли допросы и пытки.

Мы видим, как Василий Суриков на картине «Утро стрелецкой казни» написал шестерых еще живых персонажей. От седьмого, уже повешенного, у его матери в руках осталась только свеча. Не у всех первая казнь сломила мятежный дух. Особенно выделятся не сдавшийся духом царю Петру рыжий стрелец.

Его лицо полно бессильной ненависти к этому отродью, который хочет изменить слободскую спокойную жизнь на бурную, полную борьбы и преобразований. Петр, в свою очередь, окруженный боярами и иностранцами, уверен в своих силах. Он, расправив плечи, сидит справа на коне и возвышается над всеми.

Его воля повернет Россию на новый путь, который откроет ей широкие горизонты.

Выставка передвижников

Картина «Утро стрелецкой казни» была выставлена в день покушения на жизнь царя-освободителя Александра II и в день его кончины. Полотно не прошло незамеченным общественностью и сразу поступило в коллекцию П.М. Третьякова.

Источник: https://www.syl.ru/article/322326/kartina-utro-streletskoy-kazni-harakteristika-i-foto

Утро стрелецкой казни

Живопись русских художников
Картина Василия Сурикова «Утро стрелецкой казни». Холст, масло, размер полотна 218 × 379 см. Переезд молодого художника в «первопрестольную», впечатления от старинной московской архитектуры (на памятники которой он, как впоследствии говорил М. А.

Волошину, смотрел «как на живых людей») явились важным стимулом на пути к первому его историческому шедевру – картине «Утро стрелецкой казни».

Художник, по словам того же Волошина, «осознавал из форм», писал то, что видел, обладая потрясающей способностью открывать историко-поэтическую ауру внешней видимости.

Поэтому, когда он рассказывал, что «Стрельцы» родились из впечатления от «горящей свечи на белой рубахе», а «Боярыня Морозова» – из «вороны на снегу», то это, разумеется, звучит анекдотом, но в то же время затрагивает самый нерв творческого метода мастера.

О личных впечатлениях Суриков писал: «Началось здесь, в Москве, со мною что-то странное. Прежде всего, почувствовал я себя здесь уютнее, чем в Петербурге. Было в Москве что-то гораздо больше напоминавшее мне Красноярск, особенно зимой.

И, как забытые сны, стали все больше и больше вставать в памяти картины того, что видел в детстве, а затем и в юности, стали припоминаться типы, костюмы, и потянуло ко всему этому, как к чему-то родному и несказанно дорогому. Но больше всего захватил меня Кремль с его стенами и башнями.

Сам не знаю почему, но почувствовал я в них что-то удивительно мне близкое, точно давно и хорошо знакомое. Как только начинало темнеть, я… отправлялся бродить по Москве и все больше к кремлевским стенам. Эти стены сделались любимым местом моих прогулок именно в сумерки. И вот однажды иду я по Красной площади, кругом ни души…

И вдруг в воображении вспыхнула сцена стрелецкой казни, да так ясно, что даже сердце забилось. Почувствовал, что если напишу то, что мне представилось, то выйдет потрясающая картина».

За годы работы над полотном «Утро стрелецкой казни» в жизни Сурикова произошли огромные перемены. Он успел жениться, в семье родились две дочери – Ольга и Елена. Его супруга Елизавета Августовна Шаре по отцу была француженкой, а по матери приходилась родственницей декабристу Свистунову.

Читайте также:  Музей пива heineken, амстердам

Познакомились они еще в Петербурге в костеле Святой Екатерины на Невском проспекте, куда приходили слушать органную музыку.

Работая над росписями в храме Христа Спасителя, Василий Иванович часто приезжал в столицу, встречался с Елизаветой Августовной, был представлен ее отцу Августу Шаре, владельцу небольшого предприятия по торговле бумагой. Художника не увлекла работа в храме, он мечтал поскорее ее закончить, стать материально независимым и жениться.

Венчание состоялось 25 января 1878 года во Владимирской церкви в Петербурге. Со стороны жениха присутствовали только семья Кузнецовых и Чистяков. Суриков боялся реакции матери на известие о своей женитьбе на француженке и не сообщил родным в Красноярск о свадьбе.

Молодые поселились в Москве. Живописец с головой ушел в работу над картиной «Утро стрелецкой казни». Он был наконец свободен от материальных забот, бытовые хлопоты взяла на себя супруга. Впрочем, в быту Василий Иванович всегда был непритязателен и прост.

В течение нескольких лет Суриков не писал ничего постороннего. Захватившая идея картины полностью заполнила все его мысли. Когда-то давно ему запал в память один образ, поразивший, как трагическая аллегория: зажженная днем свеча – печальный символ похорон и смерти.

Он много лет волновал Сурикова, пока не соединился с темой расправы над стрельцами. Тусклый в сизом воздухе хмурого утра огонек свечи в еще живои руке ассоциировался с казнью.

Архитектурное окружение Лобного места возле Кремля подсказало основу многофигурной композиции, а образы стрельцов и множество свечей стали ее ключевыми составляющими.

Удивительная картина насквозь пронизана символами. Потухшая свеча – это погасшая жизнь. Безутешная женщина на первом плане прижимает к голове погасшую свечу уже казненного стрельца. Рядом с ней брошена в грязь едва тлеющая свеча того, кого сейчас уводят на казнь. Солдат в центре уже отобрал смертную свечу у седого бородача и задувает ее. Остальные свечи еще горят ровно и ярко.

Центральной сюжетной линией картины и ее главным эмоциональным стержнем является противостояние стрельцов царской тирании. Наиболее символичен образ рыжебородого солдата.

Его руки связаны, ноги закованы в колодки, но пылающий ненавистью непримиримый взгляд бьет через все пространство картины, сталкиваясь с гневным и таким же непримиримым взглядом Петра.

Иностранцы, изображенные справа, пока спокойно наблюдают за происходящим, но потом будут в ужасе описывать, как русский самодержец собственноручно выступал в роли палача.

Петр лично отрубил головы топором пятерым мятежникам и одному священнослужителю, благословившему бунт, и казнил более восьмидесяти стрельцов мечом. Царь также заставлял участвовать в жестокой расправе своих бояр, которые не умели обращаться с топором и причиняли своими действиями невыносимые муки приговоренным. Обо всем этом Суриков читал в дневнике секретаря австрийского посольства Корба, очевидца событий.

Но в самой картине отсутствуют кровавые сцены: художник хотел передать величие последних минут, а не саму казнь. Лишь множество красных деталей одежды, а также багровый силуэт Покровского собора, возвышающегося над тоетой осужденных стрельцов и их семьями, напоминает зрителю о том, как много крови пролилось в то трагическое утро.

Очень важна архитектурная конструкция полотна Стоящая одиноко башня Кремля соответствует одинокой фигуре царя; вторая, ближняя башня, объединяет в одно целое толпу наблюдателей, бояр и иностранцев; ровный строй солдат в точности повторяет линию кремлевской стены.

Художник умышленно придвинул все сооружения к Лобному месту, применив композиционный прием сближения планов и создав эффект огромной народной толпы.

Собор продолжает и венчает собой это людское скопище, но центральный купол храма Покрова Богородицы словно не вместился в пространство: он «срезан» верхним краем картины и символизирует образ Руси, обезглавленной Петром I. Остальные десять куполов соответствуют десяти изображенным смертным свечам.

Последние явно не случайно расположены в соответствии со строгой геометрией.

Четыре ярких огонька лежат ровно на одной наклонной линии, начинающейся от левого нижнего угла (в руке человека, сидящего к нам спиной), проходящей через пламя свеч рыжебородого и чернобородого стрельцов к стоящему вверху и кланяющемуся народу смертнику.

Но если через расположенную на полотне выше других свечу в руках стоящего стрельца провести прямую, направленную вниз – к той, что догорает в грязи, то эта линия тоже соединит три пламени, проходя через задуваемый солдатом огонек.

Таким образом отчетливо проявляется строгий крест, словно придавивший толпу обреченных бунтовщиков.

Три другие, менее заметные свечи, находящиеся на дальних планах композиции (слева под дугой, перед стоящим вверху стрельцом и сразу позади него), тоже расположены на одной линии, фактически делящей полотно пополам. Ее по строгому перпендикуляру пересекает прямая, проведенная между верхней свечой и погасшей. Всего же на картане три правильных креста. Третий образуется пересечением «линии воли и противостояния» (от глаз царя к глазам рыжебородого стрельца) и той, что идет от погасшей свечи к тихому огоньку на дальнем плане, ниже лица стоящего стрельца.

Всему творчеству Сурикова свойственна удивительная забота о тех, кто придет смотреть на его картины: «Все у меня была мысль, чтобы зрителя не потревожить, чтобы спокойствие во всем было…», – говорил он о своих «Стрельцах». Несмотря на ужас передаваемого исторического события, художник постарался изобразить трагедию человеческих судеб максимально сдержанно.

Никакой внешней вычурной эффектности и театральности, никаких занесенных топоров, воздетых к небу рук, окровавленных одежд, висельников и отрубленных голов. Только глубокий драматизм всенародного горя.

От этой картины не хочется с содроганием отвернуться, наоборот рассматривая ее, все больше погружаешься в детали, сопереживаешь ее героям, остро понимая жестокость того времени.

Полотно «Утро стрелецкой казни» экспонировалось на Девятой передвижной выставке в марте 1881 года. Еще до ее открытия Илья Репин писал Павлу Третьякову: «Картина Сурикова делает впечатление неотразимое, глубокое на всех.

Все в один голос выказали готовность дать ей самое лучшее место; у всех написано на лицах, что она – наша гордость на этой выставке… Сегодня она уже в раме и окончательно поставлена…

Какая перспектива, как далеко ушел Петр! Могучая картина!» Третьяков сразу же приобрел это гениальное историческое произведение для своей коллекции, заплатив мастеру восемь тысяч рублей.

Но 1 марта 1881 было отмечено еще одним событием, составившим мистический противовес теме расправы над бунтарями. В день начала выставки, на которой центральное место занимала картина, изображающая казнь стрельцов царем Петром I, народовольцы совершили террористический акт, расправившись с императором Александром II.
Далее →

Источник: http://smallbay.ru/artrussia/surikov_utro_strelezkoy_kasni.html

Суриков Василий Иванович

Родился в семье канцелярского служащего. Семья Сурикова принадлежала к старинному казачьему роду; будущий мастер привык с детства воспринимать окружающий сибирский быт с его живописной архаикой и преданиями старины как живую историю. В 1869-75 учится в петербургской Академии художеств у П. П. Чистякова. Жил в Петербурге, а с 1877 в Москве.

В.А Серов. Портрет художника Сурикова

Был членом Товарищества передвижных художественных выставок и Союза русских художников.Постоянно наезжал в Сибирь, бывал на Дону (1893), Волге (1901-03), в Крыму (1913).

В 1880-90-е годы посетил Францию, Италию и ряд других стран Европы. Особое впечатление на него произвели живописцы итальянского и испанского Возрождения, прежде всего Д.

Веласкес и художники венецианской школы, такие, как П. Веронезе.

В своих письмах о западноевропейских музеях и выставках выше всего ставит «картины с затрагивающим смыслом» и «моготу форм», — и в его собственном творчестве идейность естественно рождалась из чисто художественного впечатления, из формы, не перерождаясь в сухую тенденциозность, которой порой грешили передвижники.

Итогом учебы в Академии стала картина «Апостол Петр объясняет догматы веры» (1870, Русский музей). Уже в те годы Суриков проявил себя как мастер пейзажа, причем пейзажа историко-ассоциативного («Вид памятника Петру I в Петербурге», 1870, там же).

Важной школой для него были работы по декоративному оформлению храма Христа Спасителя в Москве, создание композиций для росписей на тему 4-х Вселенских Соборов (эскизы 1876-77 — там же).

«Утро стрелецкой казни»

Переезд молодого художника в «первопрестольную», впечатления от старинной московской архитектуры (на памятники которой он, как впоследствии говорил М. А. Волошину, смотрел «как на живых людей») явились важным стимулом на пути к первому его историческому шедевру — картине «Утро стрелецкой казни».

Художник, по словам того же Волошина, «осознавал из форм», писал то, что видел, обладая потрясающей способностью открывать историко-поэтическую ауру внешней видимости.

Поэтому, когда он рассказывал, что «Стрельцы» родились из впечатления от «горящей свечи на белой рубахе», а «Боярыня Морозова» — из «вороны на снегу», то это, разумеется, звучит анекдотом, но в то же время затрагивает самый нерв творческого метода мастера.«Утро стрелецкой казни» — грандиозная картина, завершенная в 1881 (Третьяковская галерея), — производит фурор.

Утро стрелецкой казни, Василий Иванович Суриков

И дело даже не столько в ассоциациях с тогдашними политическими брожениями и тревогами, с крепнущим социальным противостоянием монархии — хотя этот момент, конечно, сыграл свою роль.

Избрав сюжетом финальный эпизод последнего стрелецкого бунта 1698 года — казнь мятежников на Красной площади под личным присмотром Петра I — Суриков показывает народное противодействие царским реформам сверху.

При этом противостояние народа и царя — или же, в еще более масштабном плане, русского средневековья и ранних рубежей русской новой истории — явлено в виде монументальной трагедии, причем трагедии, где ни одна из сторон не остается победителем, взаимно свидетельствуя о неразрешимости конфликта.

С невиданной силой Суриков воплощает в своих образах нелинейный, полифонический характер исторического процесса. И этот полифонизм, равноправие противоборствующих сторон составляет главное достоинство его «хоровой картины» (как называет В. В.

Стасов многофигурные исторические сцены такого рода).

Правда деталей, — тот же стрелец в белой рубахе с молитвенной свечой в руке (если упомянуть лишь одну из множества «нервных клеток» картины) — не как-нибудь поверхностно «осовременивает» образ, но, напротив, укрепляет его «древний дух» (метко подмеченный И. Н.

Крамским в письме Стасову, 1884). И древность эта лишена чрезмерной, благостной идеализации. Поминая старую Москву, Суриков говорит о «черной грязи» и серебристом блеске «чистого железа» тележных колес. Подобные «грязь» и «блеск» составляют в картине органическое единство.

«Взятие снежного городка», Суриков, 1891

Живописец-историк

Свою репутацию выдающегося живописца-историка Суриков закрепляет в картинах «Меншиков в Березове» (1883) и «Боярыня Морозова» (1887; обе — Третьяковская галерея).

Обе композиции — об опале и сибирской ссылке самого могущественного из «птенцов гнезда Петрова», об увозе в острог старообрядческой подвижницы во время церковного раскола — тоже «читаются» как визуальные романы.

Тесный, как тюремная камера, интерьер избы в первой картине, ее пластическая статика, и, напротив, широкий пространственный размах второй, где доминирует мотив движения, но движения в неволю, в равной мере знаменуют неодолимость исторических судеб, которые могут быть поняты и понимаются художником лишь в их диалоге или конфликте, но в любом случае в их актуальной, — суровой и красочной — разноречивости. Для художника Россия всегда многолика, в его полотнах всегда минимум две России (даже простая крестьянская изба в «Меншикове…» воспринимается как особый одухотворенный символ старины, в итоге как бы одолевшей некогда всесильного царедворца).

Картина «Боярыня Морозова», Суриков

«Утро стрелецкой казни», «Меншиков в Березове» и «Боярыня Морозова» составляют вершину суриковского творчества. Почти адекватно им «Взятие снежного городка» (1891, Русский музей). Художник подчеркивал, что не мыслит «исторических деятелей без народа, без толпы».

Читайте также:  Картина "боярская дочь", суриков

Нарушив этот принцип в картине «Меншиков в Березове», он в «Снежном городке», вспомнив забавы своего сибирского детства, напротив, изображает безымянную веселую толпу в старинной казацкой игре.

Народ, казалось бы, здесь (впервые у Сурикова) представлен как единое, не расколотое целое, но его удаль безудержна как разрушительный и грозный, несмотря на мажорную яркость красок солнечного зимнего дня, вихрь.

Последующие «хоровые» картины художника («Покорение Сибири Ермаком», 1895; «Переход Суворова через Альпы», 1899; «Степан Разин», 1903-07, все — Русский музей), несмотря на все мастерство режиссуры многофигурных сцен, представляют определенного рода спад.

В эпических сценах колониальной экспансии России в Сибирь, антифранцузской кампании России в швейцарских Альпах, наконец, разбойничьей вольницы 17 в.

отсутствует та драматургическая сложность, которая придает особое пластическое и психологическое богатство трем великим картинам Сурикова (так, противостоящие Ермаку татаро-монголы и сибирские аборигены смотрятся пусть как яркий и характерный, но отнюдь не равноправный исторический фон).

Картина «Боярская дочь», Суриков

В процессе работы над большими картинами, ревностно подбирая натуру, Суриков пишет массу замечательных портретов, пейзажей, натюрмортных и интерьерных композиций, имеющих и вполне самоценный эстетический смысл. Он создает и целый ряд самостоятельных портретов, обычно близких ему людей, — простых по композиции, но чрезвычайно сильных и целостных по красочной лепке [«П. Ф.

Сурикова» (мать художника), 1887, Русский музей]. Его замечательный дар колориста, который не красит, а строит форму цветом, пользуясь открытыми, звучными тонами, с особой непосредственностью проявляется в акварельных этюдах. Этапной в цветовых поисках художника явилась поездка в 1910 в Испанию (вместе с зятем П. П.

Кончаловским), откуда он привозит едва ли не лучшие свои акварели.

Картина «Переход Суворова через Альпы», Суриков

Широта его эстетических взглядов проявляется в одобрительном отзыве о кубизме П. Пикассо, а также в дружеском общении с представителем совсем другого поколения, символистом и поэтом-«декадентом» М. Волошиным, создавшим большой очерк о творчестве мастера (впервые опубликован в 1916 в журнале «Аполлон»), который М. В.

Нестеров назвал «быть может лучшим, что когда-либо было написано о русских художниках» (в письме А. А. Турыгину, 1927).

Среди поздних картин Су рикова следует в первую очередь отметить «Посещение царевной женского монастыря» (1912, Русский музей) и «Благовещение» (1914, Красноярская художественная галерея), где он стремится к более емкой выразительности форм и цвета.

Большой маскарад в 1722 году на улицах Москвы с участием Петра I и князя-кесаря И. Ф. Ромодановского, Василий Иванович Суриков

В этот период он также пишет ряд лучших своих портретов, по-прежнему лаконически простых композиционно, темных по тону, полных внутреннего драматизма («Автопортрет», 1913, Третьяковская галерея; «Человек с больной рукой», 1913, Русский музей).Влияние творчества Сурикова было очень значительным, в равной мере затронувшим и традиционалистов, и мастеров более авангардного толка (например, художников круга «Бубнового валета»).

Источник: http://tunnel.ru/post-surikov-vasilijj-ivanovich

Утро стрелецкой казни

В этом произведении художник показал трагический финал последнего стрелецкого бунта.

Стрельцы, старое допетровское войско, были в массе своей мелкими торговцами и ремесленниками, получавшими за военную службу, кроме денежного жалования и натурального довольствия, земельные участки и ряд льгот и привилегий в торговле.

Еще до Петра выяснилась слабость стрельцов в военном деле, и их стали заменять полками «иноземного строя» и переводить на несение внутренней службы. Ущемленные в своих экономических интересах новыми порядками, стрельцы неоднократно восстают против власти и проводимых ею реформ.

Стрелецкие бунты находят отклик среди народа, как протест против власти, усиливающей закрепощение и гнет. Желая усмирить стрельцов, Петр удаляет их из Москвы. Но это приводит лишь к новому бунту 1698 года, когда стрельцы решили свергнуть Петра и возвести на престол его сестру, царевну Софью.

Этот последний стрелецкий бунт был подавлен с исключительной жестокостью — тысячи стрельцов пошли на плаху и виселицу, остальные были разосланы по окраинам, и Стрелецкое войско было уничтожено.

Взяв сюжетом своей картины казнь стрельцов, Суриков не показал самой казни. Ему были чужды жестокие мелодраматические эффекты — ручьи крови и посиневшие головы повешенных.
Столкновение двух миров, страшную народную трагедию, — вот что стремился передать Суриков.

На Красной площади, друг против друга, две толпы, два непримиримых лагеря: народ — смятенная старая Русь, и власть — новая Русь, возглавляемая Петром. Последние минуты перед неотвратимой казнью.

Стрельцов, приготовившихся к смерти, одетых в чистые белые рубахи е погребальными свечами в руках, привезли на телегах к месту казни. Казнь сейчас начнется; первого осужденного уже повели к виселице.

Страшную народную драму художник раскрывает прежде всего через душевное состояние изображенных, через то, как каждый приговоренный переживает свою последнюю предсмертную минуту, через отчаяние и бессильные слезы тех, кто их провожает, кто е ними прощается.

Слева — рыжебородый стрелец в красном заломленном колпаке; руки связаны, ноги забиты в колодки; но он не покорился. Как нож, с которым готов броситься на врага, сжимает он свечу с взметнувшимся языком пламени. С лютой злобой, с неистовой ненавистью он смотрит на Петра и его приверженцев.

И как бы отвечая ему, Петр посылает толпе стрельцов взгляд, полный ярости и непримиримой вражды. Мрачно озираясь вокруг, исподлобья, взглядом затравленного зверя смотрит чернобородый стрелец в красном накинутом кафтане, подавляя, но тая в себе великий гнев убежденного в своей правоте бунтаря. Но сила других уже сломлена.

Ужас грядущей казни помутил сознание седого стрельца: его взгляд безумен, ои не видит припавших к нему детей; не сознавая разжал он руку, из которой солдат вырывает у него свечу. Смиренно склонился перед судьбой поднявшийся на телеге стрелец, чтобы проститься с народом; его как бы безжизненное тело, его как бы сломившаяся голова жутко напоминают об ожидающей его участи.

Тяжело упала голова на грудь, бессильно опустились руки кряжистого стрельца, которого солдаты поволокли к виселице; брошен на землю ненужный кафтан и колпак; чуть тлеет фитилек выпавшей из рук свечи; свеча потухла — жизнь оборвалась.

С неменьшей силой написаны художником стрелецкая жена, из груди которой рвется вопль отчаяния, или сидящая на земле у телеги, «выплакавшая очи» старуха — великий по простоте и сдержанности образ материнской скорби. Рядом с ней, сжав ручонку в кулак, охваченная страхом, кричит маленькая девочка.

Она не в силах понять происходящего вокруг, как бы смотря прямо на зрителя и призывая его к сочувствию и гневному протесту. Ее красный платочек выделяется среди темной толпы так же, как выделился среди слитного гула площади ее звонкий детский голосок.

Но не только путем передачи душевного состояния изображенных средствами выразительности человеческого лица и фигуры достигает Суриков трагического впечатления. Все средства живописца подчиняет он и заставляет служить раскрытию своего идейного замысла.

Источником настроения является и тяжелый темный колорит картины, оправданный самим выбором момента: раннее утро после дождливой осенней ночи, когда лишь посветлел восток, когда еще не рассеялся над площадью холодный лиловатый туман.

В утренних сумерках среди темной толпы выделяются белые рубахи осужденных; мерцающие огоньки зажженных свечей бросают на них тревожные отсветы.

В соответствии с основной мыслью художника, внутреннеобъединенная композиция как бы распадается на две неравных части — народ и власть; их соединяет лишь перекладина виселицы. Виселицы — психологический и композиционный узел картины; там Суриков помещает и точку схода.

К виселицам снова и снова возвращается взгляд зрителя: туда повели стрельца; туда направлены линии кремлевских стен, колея дороги; там сойдутся линии позорной черной доски; туда приведет линия лобного места и т. д., и т. д.

Мастерство композиции Суриков обнаружил и в том, что, сближая планы, он сумел «наполнить» Красную площадь лишь несколькими десятками людей, создавая вместе с тем впечатление огромной толпы.

Наконец, внутренней характеристике двух лагерей служит и линейный ритм: кривым и спутанным линиям смятенной старой Руси соответствует беспокойная кривизна очертаний «Василия блаженного»; сдержанности враждебного лагеря — холодность прямых линий кремлевских стен.

Так, глубоко правдиво и с горячей любовью показал Суриков трагедию борьбы народных
масс, в отчаянии пытавшихся повернуть вспять колесо истории.

Созданию «Стрельцов» предшествовала большая подготовительная работа; об этом свидетельствует ряд сохранившихся этюдов. К сожалению, не дошло ни одного эскиза.

В год окончания «Стрельцов» Суриков сделал и первый эскиз «Боярыни Морозова», но тотчас же приступить к созданию второй грандиозной эпопеи он, очевидно, не смог. Работа была временно отложена для осуществления нового художественного замысла — «Меншикова».

Источник: http://ArtPoisk.info/artist/surikov_vasiliy_ivanovich_1848/utro_streleckoy_kazni/

Суриков В.И. «Утро стрелецкой казни»

еще фотографии →

Зал 28

На картине Василия Сурикова «Утро стрелецкой казни» мы видим трагическую сцену казни московских стрельцов осенью 1698 года. Художник работал над полотном в течение трех лет. Это первая масштабная картина Василия Сурикова и одна из самых известных его работ. Размеры холста составляют 218 на 379 см.

Первый Стрелецкий бунт произошел весной 1682 года после смерти царя Федора Алексеевича.

Царь не имел детей, и на трон претендовали его малолетние братья Иван и Петр, у которых были разные матери – Мария Милославская и Наталья Нарышкина.

Иван был с детства мальчиком болезненным и совершенно не интересовался государственными делами, а Петру в то время исполнилось всего 10 лет. При поддержке патриарха Иоакима, Нарышкины и их сторонники возвели на престол Петра.

Милославские увидели в этом ущемление своих интересов и воспользовавшись недовольством московских стрельцов, чтобы прийти к власти, спровоцировали их бунт.

Из-за пустой казны стрельцам задерживали жалование, кроме того, с подачи клана Милославских, распространялись ложные слухи: якобы, царь Федор Алексеевич умер не своей смертью, что его отравили, а царевич Иван мертв — его задушили Нарышкины.

Стрельцы ворвались в царский Дворец и стали творить бесчинства, вылавливая и убивая Нарышкиных.

В результате погибли два брата Натальи Нарышкиной, престарелый князь Юрий Долгорукий, его сын и многие их сторонники.

Кровопролитие происходило три дня с 15 по 17 апреля 1682 года на глазах 10-летнего Петра. Вряд ли стрельцы могли подумать, как страшно отомстит им юный царь за унижение и убийство его родных.

В результате, по настоянию Милославских, в июне 1682 года на царство венчались оба брата – Иван, неспособный управлять страной, а также Петр. Но фактически власть перешла к царевне Софье, занявшей резиденцию в Кремле, а Петр со своей матерью Натальей Кирилловной был вынужден удалиться в Преображенское.

В 1689 году Петру исполнилось 17 лет и формально условий для регентства Софьи не оставалось. Но царевна не собиралась отказываться от престола и между ней и Петром сохранялось жесткое противостояние. В августе Петру донесли, что на него готовится покушение.

Напугавшись, он в скрылся в Троице-Сергиевом монастыре, куда направилось и его потешное войско, представляющее к тому времени значительную силу. Здесь он подписал указ, в котором приказывал стрелецким полковникам явиться в его распоряжение в сопровождении стрелецких выборных.

За неисполнение приказа царь грозил им смертной казнью.

Вскоре большинство стрельцов подчинилось Петру и прибыло в Троице-Сергиеву лавру, а Софья, оставшись без поддержки, была заточена в Новодевичий монастырь.

Второй стрелецкий бунт произошел в 1698 году. Его причиной считается недовольство стрельцов малым жалованием и оторванностью от семей.

В то же время Софья, мечтавшая возвратиться на трон, призвала стрельцов прийти к ней на помощь и защитить Россию от нашествия иноверцев.

Воспользовавшись отъездом Петра из Москвы, стрельцы направились в столицу, но дойти им удалось только до Воскресенского Новоиерусалимского монастыря. Здесь они были разгромлены войсками, верными Петру.

Возвратившись из-за границы, царь начал расследование, сопровождавшееся пытками и казнями. По его приказу более тысячи восставших было казнено самыми разными способами, около шестисот человек сосланы в ссылку. Царица Софья, постриженная в монахини, скончалась в 1904 году, пережив своих сторонников-стрельцов на 6 лет.

Художник Василий Суриков обращается к трагической истории стрелецкого бунта. На полотне мы видим сцену казни, происходящую на Красной площади, на Лобном месте. Художник изобразил момент, предшествующий самой расправе, последние минуты жизни стрельцов. Приговоренные к смерти они прощаются со своими родными и единомышленниками, одного из них уже ведут на казнь.

Читайте также:  «стигматизация святого франциска», джотто ди бондоне — описание картины

Первоначально Василий Суриков хотел изобразить на картине и несколько казненных. Однако, после того, как его служанка упала в обморок, увидев нарисованного мелом повешенного, художник отказался от своего замысла.

Центральной сюжетной линией картины является противостояние двух личностей – стрельца, в руках которого свеча (символ похорон и смерти) и Петра, гордо, восседающего на коне. Взгляды их непримиримы, полны ненависти и гнева.

Обратите внимание, что солдаты выстроились точно вдоль Кремлевской стены, над которой кружат вороны, а приговоренные к смерти, одетые в белую одежду, со свечами в руках изображены на фоне Собора Василия Блаженного. Даже смерть не заставила их отречься от своих взглядов.

Одного из стрельцов повели на казнь, его свеча потушена и брошена в грязь. Солдат в центре отобрал свечу у седого стрельца и тушит ее. Скоро и того ждет расправа. Несколько свечей горят пока ровно и ярко. Сколько горечи и отчаяния в лицах жен, матерей и детей обреченных на гибель, но не раскаявшихся стрельцов!

На картине Василия Сурикова «Утро стрелецкой казни» главным действующим лицом является народ, именно его художник изобразил на переднем плане. Лица стрельцов и солдат чем-то похожи, а ведущего на казнь бунтовщика солдаты по-приятельски поддерживают. Тем самым, художник хотел показать, что разделенный историей народ остается единым.

Источник: https://www.msk-guide.ru/page_21403.htm

Описание картины «Утро стрелецкой казни» В. Сурикова

В.И. Суриков – выходец из тех гордых и вольнолюбивых донских казаков, которые пришли на Дон вместе с Ермаком. Мать художника, что примечательно, тоже происходила из казачьей семьи, история которой насчитывала почти 200 лет. Живописец вырос в суровой Сибири, богатой своеобразной красотой и уникальной историей. Так сформировался его художественный вкус и мировоззрение.

После женитьбы Суриков, умиротворенный и счастливый, обратился к теме стрелецкого восстания 1682 года – история всегда манила его. Идея полотна «Утро стрелецкой казни» возникла из свечи, которая горела днем и казалась трагичной и одинокой.

Художник вынашивал замысел картины много лет, пока не увидел храм Василия Блаженного, показавшийся ему кровавым. Сурикову начали сниться сны, причем, по его воспоминаниям, чувствовался запах крови. Проснувшись, он решал изображать не казнь, а те минуты, которые ей предшествовали.

Интересно, то что «Утро стрелецкой казни» стала первой исторической картиной Сурикова и была мгновенно куплена Третьяковым.

Мастер кисти не зря выбрал туманное утро, на котором выделялись одежды осужденных и фанатичный, пугающий взгляд Петра. Именно ранняя пора суток как раз лучше отражала прием сближения – сокращение расстояния между лобным местом, храмом Василия Блаженного и Кремлем. Потрясает его эффект движения толпы, хотя на самом деле написаны четко только пара десятков персонажей.

Еще один момент – это проникновенность Сурикова историей Руси, причем довольно трагическими ее моментами. Именно события эпохи автора «окна в Европу» поразили художника, а потом и зрителей. Тогда царевна Софья, которая боролась с Петром за власть, возглавила Стрелецкий бунт.

Причем стрельцы в ту пору считались элитной армией России, мнению которых подчинялись даже цари. 17 век стал периодом расправы над сторонниками Нарышкиных, из которых происходила мать Петра, и будущий царь ребенком видел все казни, совершаемые стрельцами.

Тогда у него начало дергаться лицо, появился фанатичный взгляд, а казнь стрельцов стала не только способом усмирения бунтов, а и личной вендеттой за потерянное детство.

Суриков запомнил смертников в Сибири на эшафотах, их взгляды, поведение и отношение к палачам, которые впоследствии стали знаковыми для «Утра стрелецкой казни». Самая главная идея картины – и физические изображения лиц людей, которых отправили на смерть, и моральное противостояние рыжебородого стрельца с Петром.

Образ человека с рыжей бородой художник долго не мог написать, пока не увидел могильщика на кладбище – такого же злого, даже яростного и непокорного. Если вы внимательно присмотритесь к свече в его руках, то увидите, что манера ее держать напоминает нож.

Образ Петра исторически достоверен, он не просто уверенно сидит на коне, а вся его фигура выдает нервное монументальное напряжение-ожидание.

Девочка в красном платочке, которая растерялась в толпе – это дочка самого художника, который ждал, пока она подрастет, чтобы написать образ.

Присмотритесь к общей композиции и стилистике полотна. Первого стрельца, не дожидаясь рассвета, уже повели к виселице.

Вокруг собралась толпа зевак из простолюдинов и бояр, а стрелец с черной бородой смотрит вокруг затравленно. Седой обезумел, осознав ужас происходящего, а стрелец на телеге склонился в прощении.

Молодая женщина в отчаянии зашлась криком, ведь казнят ее мужа, а чья-то мать безвольно села на землю.

Картина выполнена в темных, даже тяжелых красках. Символичны все архитектурные постройки. Кремлевская башня отражает фигуру Петра, одинокую в этой толпе, ближняя башня становится знаковой для фигур зевак, бояр и иноземных гостей. Солдаты, вытянувшиеся в четкую линию, стоят подобно стене Кремля.

Собор Василия Блаженного словно объединяет огромную толпу людей, а купол храма Пресвятой Богородицы срезан в верхней части картины. Примечательно, что критики считают его символом обезглавленной Руси.

Десять других куполов становятся символом зажженных свечей, одна из которых некогда вдохновила Сурикова.

Присмотритесь к расположению куполов – они по-геометрически строги и правильны. Наклонная линия, которая начинается с левого нижнего угла и проходит через всю картину – это и есть огоньки свечей.

Они пронизывают толпу от человека, который сидит спиной к зрителям, двигаясь через рыжебородого и чернобородого стрельца до самого смертника, который находится в верху и опустил голову, словно уже на эшафоте.

Но присмотритесь к еще одному моменту. Если вы визуально проведете линию сквозь свечу в грязи, через солдата, задувающего огонек, то получится крест, который придавливает толпу бунтовщиков.

В «Утре стрелецкой казни» можно найти и три других креста, но уже на дальних планах композиции.

Посмотрите на стрельца вверху, под дугу в левой части и на пространство позади этого человека – это и есть кресты, которые делят картину пополам.

Такое разделение представляет собой два мира – мир элитности стрелецких войск, которая ушла в прошлое и новый мир Петра, нарушившего все традиции Руси. Человек в мундире стал тем, кто смог перекроить жизнь заново, сделать ее такой, к которой мы привыкли. Он является для Сурикова символом кровавых перемен, а стрельцы – символом душ человеческих, которые не вписывались в новую эпоху.

Символично для картины число 7: горит 7 свечей, 7 стрельцов, которых будут казнить, 7 глав собора Василия Блаженного. Символична и свеча, которая упала в грязь – это душа, растоптанная Петром.

… Царь Петр был не так жесток и фанатичен, как его написал Суриков. Достоверно известно, что когда пришло утро казни, он предложил каждому из 150 стрельцов помилование, но с дальнейшей ссылкой. Лишь трое из них поняли ценность жизни и спокойствия их близких, а царь дал им это. Остальные шли на эшафот, гордо подняв головы и с яростью взирая на молодого Петра.

Есть еще один момент в «Утре стрелецкой казни» — она прекрасна особенной смертельной красотой. Полотно насыщенно яркими нарядами, костюмами стрельцов и башнями Кремля. Это словно отражение того, что и после гибели многих людей остальные будут жить, передавая рассказы о Петре и стрельцах из поколения в поколение.

Источник: http://5sec.info/kartiny/kartina-surikova-utro-streleckoj-kazni/

Утро стрелецкой казни — Актиноя

Суриков В.И. Утро стрелецкой казни. 1881 379 x 218 см, Государственная Третьяковская галерея, Москва

Эта первая по времени написания часть исторической «трилогии» Сурикова, в которую, помимо нее, вошли полотна «Меншиков в Березове» и «Боярыня Морозова», «оживляет» событие, сломившее хребет бунтарскому стрелецкому движению, а именно: казнь участников последнего стрелецкого восстания, устроенную по повелению и под присмотром молодого царя Петра I.

Восставшие стрельцы намеревались возвести на престол вместо Петра, окружившего себя иноземцами, царевну Софью, заточенную в Новодевичьем монастыре, или, в случае отказа Софьи, ее фаворита В. Голицына, находившегося в ссылке. В июне 1698 года они были разбиты верными Петру полками под Новоирусалимским монастырем.

В этом первом шедевре Сурикова уже громко заявили о себе прославившие его впоследствии качества — великолепного колориста и изысканного «композитора» (так его называли соученики по Академии). Показанная на 9-й передвижной выставке, эта работа поставила художника вровень с теми, кто задавал тон в тогдашней русской живописи.

«Картина Сурикова делает впечатление неотразимое, глубокое на всех. У всех написано на лицах, что она — наша гордость на этой выставке. Могучая картина!» — писал И. Репин П. Третьякову, купившему полотно у Сурикова прямо на выставке за восемь тысяч рублей. Эти деньги, избавив живописца от забот о хлебе насущном, развязали ему руки для продолжения работы в избранном направлении.

(Источник: 50 художников. Суриков: Шедевры русской живописи. 2010 год, вып. 8./ автор текста Александр Панфилов. – М.: ООО «Де Агостини», 2010. – 31 с.)

Фрагменты картины. Противостояние

Молодой Петр, преисполненный решимости довести дело до конца, изображен в окружении иностранцев и приближенных — эта группа символизирует собой грядущую Россию, рождающуюся в муках на глазах у зрителя.

Дуэль взглядов, происходящая между стрельцом, мятежно не снявшим шапки, и молодым царем, — один из приемов, «сбивающих» в целое эту композиционно распадающуюся на несколько отдельных групп картину.

Движение на полотне — слева направо — подчеркивается продуманными деталями. В частности, это свечи, являющиеся здесь своеобразными часами. Слева они горят в руках осужденных, в центре — свечу задувает преображенец, правее — погасшая свеча брошена на землю.

В работе, посвященной казни, нет казненных: этот факт изумлял многих. Репин даже советовал Сурикову пририсовать хотя бы одного повешенного, но это испортило бы замысел: не кровь здесь важна для художника, а неотвратимость исторической поступи.

…В 1869 г. В.И. Суриков юношей отправился в Петербург, где поступил в Академию художеств. В это время Россия переживала трудный, переломный период своей истории.

Отмена крепостного права и последовавшие за ней реформы, острые социальные проблемы, подъем народнического движения, споры в обществе о роли народных масс и личности в истории — все это не оставило художника равнодушным.

Он попытался осмыслить современность через историю, найти связь между прошлым и настоящим.

Главный герой исторических полотен Сурикова — народ, а основное содержание — драматический конфликт времени. Все это нашло отражение уже в первой значительной работе художника — «Утро стрелецкой казни». Замысел написать картину на этот сюжет художник вынашивал давно, но озарение наступило неожиданно.

Суриков вспоминал: «И вот однажды иду я по Красной площади, кругом ни души. Остановился недалеко от Лобного места, засмотрелся на очертания Василия Блаженного, и вдруг в воображении вспыхнула сцена стрелецкой казни, да так ясно, что сердце забилось.

Почувствовал, что если напишу то, что мне представилось, то выйдет потрясающая картина».

Описание казни художник нашел в записках ее очевидца, австрийского дипломата Иоганна Корба: «…на небольших московских телегах были посажены сто виновных, ожидавших своей очереди казни…

Каждый держал в руках зажженную восковую свечу.. Горький плач жен усиливал для всех страх предстоящей смерти…

мать рыдала по своем сыне, дочь оплакивала судьбу отца, несчастная супруга стонала об участи своего мужа…»

Источник: https://sites.google.com/site/aktinoia/gallery/russian_arts/surikov-v-i/utro-streleckoj-kazni

Ссылка на основную публикацию