«на концерте», оноре домье — описание картины

Творчество Оноре Домье

Революционные события вызвали пристальное внимание передовых художников к явлениям повседневной действительности, к жизни народа, к поэтическому пейзажу родной страны, способствуя как изживанию романтических иллюзий, так и еще более решительному размежеванию прогрессивных и реакционных сил в искусстве.

Домье. С революцией 1830 года и в еще большей мере с революцией 1848 года было связано творчество Оноре Домье (1808–1879), художника цельного, последовательного в своих убеждениях, непримиримого борца с буржуазными порядками.

Его острое, отточенное искусство оказало громадное воздействие на развитие критического реализма, и прежде всего сатирической графики и карикатуры.

Но Домье не только разоблачал фальшь и лицемерие, тупое мещанство и взяточничество, всю гнилость существующего буржуазного строя, он дал образ положительного героя – рабочего, сознательного борца за свои классовые интересы.

Художник работал главным образом в сатирической графике и карикатуре, но он оставил замечательные произведения живописи, иногда обращался и к скульптуре, везде находя новые средства и формы для воплощения своих замыслов.

Домье родился в Марселе в семье ремесленника. Он вырос в Париже, куда переехала его семья и где он сам начал работать рассыльным, а затем продавцом в книжном магазине. Шумная жизнь парижских улиц и торжественное спокойствие залов Лувра, где перед ним представал величественный мир классики, были сильнейшими впечатлениями его юности.

Он начал брать уроки рисования, а затем литографии, получившей в это время распространение. С первых же творческих шагов обнаруживаются политические симпатии и резкая оппозиция Домье по отношению к монархическому режиму.

В журнале «Карикатюр» художник помещает рисунки, высмеивающие Луи-Филиппа, изображенного то в виде груши (по-французски слово «пуар» означает одновременно и «груша» и «дуралей»), форму которой напоминает голова правителя Франции, то в виде великана Гаргантюа, поглощающего золото.

За эти карикатуры Домье, обвиненный в «оскорблении члена королевской фамилии», приговаривается к тюремному заключению. Но ни штрафы, ни тюрьма не сломили французского художника, который продолжал отстаивать республиканские идеи.

Домье – блестящий рисовальщик. Его ранние карикатуры, несколько перегруженные деталями, со временем уступают место более обобщенным, лаконичным, заостренным в своей характерности.

Домье обращается к созданию сатирического портрета, который исполняет в скульптуре, а затем, обостряя до гротеска черты изображаемого, переводит в литографию.

На использовании уничтожающе разоблачающих портретов строит художник Домье одну из самых прославленных литографий – «Законодательное чрево» (1834). Министры и члены парламента сидят амфитеатром, уподобляясь редкостной коллекции чудовищ.

Портретное сходство ясно обнаруживается в литографии «Мы все честные люди, обнимемся» (1834), где изображены видные политические деятели Июльской монархии во главе с Луи-Филиппом. И здесь художник разоблачает взаимный обман, надувательство, лицемерие, фальшивую частную и общественную мораль буржуазного общества.

Отбрасывая все второстепенное, акцентируя основное, Домье создает монументальный стиль в литографиях, раскрывающих эпизоды классовой борьбы рабочих, застенки и мрачные сцены убийств.

Он сочетает острую зарисовку умершего в тюрьме заключенного и полный сарказма гротеск в изображении его тюремщиков – Луи-Филиппа и министра юстиции. «Этого можно освободить, он больше не опасен»,– гласит подпись под листом, усиливая ноту боли, горечи и гнева.

Еще более лаконичен лист «Улица Транснонен» (1834), поразительный по силе обличающий документ, который призывает к отмщению. Изображена зверская расправа с обитателями рабочего квартала, один из эпизодов, завершивших цикл восстаний 1834 года.

На полу распростерты трупы убитых во время сна рабочего, его жены, старика и ребенка. Рисунок исполнен трагедийной силы, страстного пафоса, разоблачения, по существу, всей системы капиталистического строя с его звериными приемами уничтожения политических врагов.

Но Домье не только рисует сцены расправы с рабочими. Одним из первых в мировом искусстве он показывает образ сильного пролетария-борца, отстаивающего классовые интересы. Таков рабочий-печатник в литографии «Руки прочь! Свободу печати!» (1834), полный боевой готовности, энергии, при виде которого приходят в смятение монархи и правители.

После 1835 года, с усилением цензуры и запрещением политической сатиры, когда журнал «Карикатюр» был закрыт, Домье продолжал сотрудничать в журнале «Шаривари».

Он создавал множество полных иронии и занимательности карикатур на бытовые темы, клеймил эгоизм и духовное убожество буржуа, корысть и стяжательство, косность и лицемерие, трусость и тщеславие.

Он обличал и высмеивал продажность и взяточничество буржуазного суда, фальшь адвокатов, притворство подзащитных, напыщенность судей (серия «Люди юстиции», 1845). Иногда в сатирические рисунки Домье проникают ноты лиризма, поэтичности в изображении природы.

Иногда это иронически данная «поэтичность» общих мест романтического пейзажа, но и тогда еще более оттеняется мещанское убожество, тупость буржуазной морали – серии «Пасторали», «Лучшие дни жизни», «Супружеские нравы». От пластического рисунка, выявляющего объемы, художник переходит к линейной манере, живо набрасывая не только персонажи переднего плана, но и обстановку интерьера или пейзанка, в которой развертывается действие.

В период революции 1848 года Домье вновь обращается к политической карикатуре. Убежденный республиканец, он остается верен своим идеалам и в годы франко-прусской войны и в дни Парижской коммуны. Беспощадные, меткие карикатуры Домье разоблачают милитаристскую политику Наполеона III, предательство Тьера.

Непоколебимой была его вера в жизненные силы страны, в стойкость и мужество рабочего класса, представители которого оставались истинными героями его произведений. Политическую карикатуру Домье первый сделал подлинным искусством.

С 1848 года внимание Домье все больше поглощает живопись, героями которой остаются, как и в графике, трудящиеся Франции, мелкие служащие, ремесленники, прачки, рабочие, мужественные участники баррикадных боев. Свои картины Домье редко выставлял на суд публики. Именно в живописи воплощал он чаще всего образы положительные.

Эмоционально насыщенная, монументальная, обобщенная живопись Домье всегда выражает характер его творческих исканий, и когда он пишет сцены современной жизни и когда создает композиции на сюжеты бессмертного «Дон-Кихота», образ которого приобретает особую трагичность во времена Второй империи.

Он изображает трудящихся в обычной для них обстановке, на улицах и набережных города, во время работы, переездов или кратких часов отдыха: «Прачка» (Париж, Лувр), «Вагон 3-го класса» (Оттава, Национальная галерея), «Любитель эстампов» (1857 –1860, Париж, Пти Пале).

В «Любителе эстампов» художником дан образ поглощенного страстью к искусству героя. Обобщая формы, мощно моделированные светотенью, подмечая характерные движения, Домье добивается эмоциональности изображения, героизированного и в то же время лирического.

С глубиной и трогательной нежностью показывает он жизнь трудящихся большого города. Его прачка, поднимающаяся от реки с тюком белья,– женственна и человечна. Сгибаясь под тяжестью ноши, она заботливо поддерживает ребенка.

Их фигуры выявлены плотным силуэтом на фоне ярко освещенной набережной Сены. Вдали в воздушной дымке растворяются очертания города.

Свидетель неоднократных революционных выступлений народа, Домье вслед за Делакруа создает пламенный образ восставшей Франции в картине «Семья на баррикаде» (1848–1849, Прага, Национальная галерея), пронизанной пафосом революционного порыва, стремительной динамикой ритма.

Художник постоянно использует свет для усиления эмоциональной насыщенности произведения. Сильные, концентрированные лучи как бы выхватывают и озаряют главных действующих лиц. Подчас художник применяет особый прием – помещает персонажи против света, подчеркивая остроту их характерных силуэтов.

Он сообщает обыденным жизненным сценам особую значительность. Цельная, тонко сгармонированная красочная гамма насыщается многочисленными оттенками, отсветами. Выразительности образного решения способствует динамичный, широкий, свободный мазок кисти художника.

Обращаясь к повседневной жизни современного города, к образам людей труда, Домье своей живописью, так же как и графикой, пролагает новые пути реалистическому искусству.
История зарубежного искусства. Далее →

Источник: http://smallbay.ru/artfrance/daumier_creativity.html

Оноре Домье

Судьба этого французского художника подарила ему большой талант, который принес признание, но не дал богатства и славы.

Знаменитый живописец, скульптор и график XIX века Оноре Домье большую часть жизни посвятил жанру карикатуры. Изобличал то, что казалось ему неправильным, несправедливым, вопиющим — общество, законы, буржуазию.

Его работы поднимали народ на революционные баррикады, а сам бунтарь-живописец неустанно боролся с властями.

Детство и юность

Будущий художник родился 26 февраля 1808 года в Марселе, в семье стекольщика. Когда мальчику исполнилось 8 лет, отец перевез семью в Париж, надеясь, что там его ремесло заимеет больший спрос. При этом рассчитывал, что сынишка будет помогать ему. Но тот не проявлял никакого интереса к стекольному делу.

Художник Оноре Домье

Он рос настоящим разгильдяем, любимым занятием мальчишки было наблюдать за жизнью парижских улочек: вон там в подворотне стирают прачки, а на углу торгуются проститутки, булочник разгружает тележку ароматных круассанов…

Вокруг юного Оноре кипела разнообразная и интересная жизнь, которую так хотелось запечатлеть во всей красоте момента. Если бы он мог создавать такие рисунки, какие видел в альбомах из книжной лавки! Но мальчик лишь изображал шаржи на соседских мальчишек, углем на оберточной бумаге.

Оноре Домье

Успев поработать и помощником адвоката, и приказчиком в книжной лавке, парнишка в 14 лет, наконец, осуществил давнюю мечту — стал брать уроки живописи и скульптуры.

Вскоре познакомился в галерее «Пале Рояль» с известными художниками тех времен Камилем Коро, Эженом Делакруа, Жаном Гранвилем, начал работать в мастерской живописца Эжена Бурдена. В 1828 году Оноре увлекся новой техникой изображения – литографией.

В этом жанре выполняет свои первые работы, которые приносят ему долгожданный заработок.

Творчество

В 1830-х годах литографии Оноре увидел знаменитый французский карикатурист Шарль Филиппон, глава первого во Франции сатирического журнала «Карикатура» (Caricature), и пригласил к сотрудничеству.

Карикатура Оноре Домье на короля Луи-Филиппа

Домье подписывал свои журнальные работы псевдонимом Рожлен.

В 1832 году он изобразил нового монарха Луи-Филиппа в карикатурном образе Гаргантюа, за что загремел в тюрьму на полгода, откуда вышел знаменитым и настроенным еще более революционно.

В 1830-1832 годах Домье создал галерею скульптур и портретов-шаржей буржуазных политических деятелей под названием «Знаменитости золотой середины».

В 1834 жители Парижа увидели такие произведения-литографии, как «Законодательное чрево» (коллективный портрет Палаты депутатов), «Все мы честные люди, обнимемся», «Этого можно отпустить на свободу».

Картина Оноре Домье «Законодательное чрево»

В них автором изобличаются порочные страсти правящей буржуазии – алчность, корысть, глупость, и воспевается героический образ рабочего-революционера (литографии «Свобода печати» и «Современный Галилей»).

Парижане ждали ярких политических и социальных работ Домье, чтобы насладиться новой порцией сатиры, нужной в то время, как никогда, но мало кто знал автора этих шедевров.

Зато талант мастера ценили друзья, такие живописцы, как Жан-Франсуа Милле, Коро и Делакруа. А также писатели, в том числе Виктор Гюго, Оноре де Бальзак и Шарль Бодлер.

Бальзак говорил, что в «Домье живет сам Микеланджело», а Бодлер писал, что «его рисунок красочен по своей природе».

Картина Оноре Домье «Прачки»

В 1835 году власти закрыли журнал «Карикатура», тогда Домье уходит в другое издание Филиппона — «Шаривари» (Charivari). Здесь художник еще почти 30 лет публикует свои острые работы. Фирменный почерк автора – создание тематических серий.

К примеру, серия «Древняя история» (1841–1843) высмеивала буржуазное искусство. В серии «Парижские типы» (1839–1840), «Добрые буржуа» (1846–1849), «Люди юстиции» (1845–1848) автор изобличает мещанское мышление, продажность чиновников, падение нравов.

Картина Оноре Домье «Вагон третьего класса»

После 1848 года художник меняет направление в изобразительном искусстве – переходит на живопись, работает маслом и акварелью.

Меняется и жанровая направленность работ мастера: агрессивная карикатура уступает место реалистичным бытовым зарисовкам, не лишая их при этом глубокого социального смысла.

Герои его картин — простые люди, герои современности: рабочие, трудяги, крестьяне (цикл «Прачки», картины «Вагон третьего класса», «Семья на баррикаде»).

Венцом живописного периода Домье по праву считается серия картин «Дон Кихот», в которой автор символично изобразил человека в условиях несовершенного общества и мира. Критики усматривают в этой экзистенциальной серии автобиографичные мотивы: одинокий рыцарь печального образа – это сам Оноре, а его ветряные мельницы – порочная государственная система.

Картина Оноре Домье «Дон Кихот»

К концу жизни из-за нужды он вновь обращается к жанру литографии, только теперь в фокусе внимания живописца военные темы. Последний шедевр Домье – цикл работ «Осада», посвященный Франко-Прусской войне (1870-1871).

Наследие Оноре Домье – это почти 4 тыс. литографий, свыше 900 рисунков для гравюр, свыше 700 картин и 60 скульптур. Творчество художника не получило широкого признания при жизни и было оценено только в XX веке.

Картина Оноре Домье «Шахматисты»

Сегодня работы гения литографии находятся в крупнейших коллекциях мира – Метрополитен-музее в Нью-Йорке, музее Уолтерса в Балтиморе, Национальной галерее искусств в Вашингтоне, в мюнхенской Пинакотеке, российском Эрмитаже и других.

В 1992 году на экраны вышел анимационный фильм «Закон Домье», в котором режиссер-мультипликатор Джефф Данбар использовал рисунки французского карикатуриста.

Личная жизнь

Домье посвятил всю жизнь, в том числе и личную, борьбе с существующим строем и правящим режимом. Как истинный художник, он не мог отдаваться своей страсти вполсилы, поэтому у него так и не появилось жены и детей.

Смерть

В 1870-х годах у Домье стремительно ухудшается зрение. Из-за прогрессирующей слепоты художник стал беспомощным, оставшись в полном одиночестве.

Могила Оноре Домье

На помощь пришли друзья-живописцы. Камиль Коро снял для Оноре домик, нанял сиделку и оплатил долги. Домье умер 10 февраля 1879 в полной нищете в пригороде Парижа Вальмондуа.

Читайте также:  Музей люфтваффе в берлине

Картины

  • 1832-1834 – «Знаменитости золотой середины»
  • 1834 – «Законодательное чрево»
  • 1836-38 – «Карикатюрана»
  • 1834 – «Улица Транснонен»
  • 1850-53 – «Прачка»
  • 1856 – «На концерте»
  • 1863-65 – «Вагон третьего класса»
  • 1956-60 – «Мелодрама»
  • 1870 – «Дон Кихот»
  • 1870-71 – «Осада»

Фото

Источник: https://24smi.org/celebrity/69614-onore-dome.html

Афиша Воздух: Критики и очевидцы о том, чем были Joy Division – Архив

В прокат выходит «Контроль» — снятый Антоном Корбайном фильм о жизни и смерти лидера Joy Division Яна Кертиса. «Афиша» собрала воспоминания очевидцев и мнения критиков о главной группе постпанка

Пол Морли, музыкальный критик: Joy Division вывели нас из равновесия. Никаких дешевых трюков, никакой театральности — предельно реальные картины насилия, потерянности, страха. Социум угрожает тебе каждую минуту, смерть всегда рядом; их песни не убегали от одиночества, жестокости и страданий — они бросали им вызов.

В этом не было фальшивого восхищения мраком — но было отвращение к серости и лицемерию, к самодовольству, которое зачастую демонстрировала рок-музыка. Нет ничего глупее веры в то, что рок может спасти тебя, — и ничего оскорбительнее мнения, что он является просто развлечением.

Joy Division не принимали рок как должное, они доводили эту музыку до предела.

Саймон Рейнолдс, музыкальный критик: Главное, чему обязаны популярностью Joy Division, — это мрачное обаяние Яна Кертиса.

Корбайн точно поймал его образ на своих фотографиях: взгляд в пустоту, длинный серый плащ в восточноевропейском стиле, короткая стрижка. В текстах Кертиса безыскусная прямота сочеталась со сложными поэтическими образами.

Их безысходность была бесконечно привлекательна для впечатлительных подростков, впервые задумавшихся о том, что жизнь, возможно, не имеет смысла.

Где-то между первым и вторым альбомом фанаты и критики стали воспринимать Кертиса как пророка, своего рода Джима Моррисона эпохи новой волны, разве что центр тяжести сместился здесь от Эроса к Танатосу (песни Joy Division на удивление бесстрастны — в них нет ни вожделения, ни тем более смеха).

Марк Фишер, музыкальный критик, философ: Творчество Joy Division настолько пропитано философией Шопенгауэра, что их едва ли вообще можно причислять к рок-музыке. Они последовательно изгоняли из своей музыки секс, эту главную движущую силу рока; играли — что по духу, что по звуку — антирок.

Дебора Кертис, вдова: Не знаю, делалось ли это специально, но жен и подружек регулярно не пускали на их концерты. Это был такой мальчишник, парни веселились в своей компании.

Джон Сэведж, музыкальный критик: Сейчас под влиянием кертисовского мифа об этом часто забывают, но музыка Joy Division помогала жить. Они мастерски чередовали напряжение и избавление от боли, они создавали неповторимую смесь панка, краутрока и диско. И на все это накладывалось гипнотизирующее поведение Яна на сцене. Казалось, что эту группу невозможно остановить.

Пит Шелли, вокалист Buzzcocks: На концерте Ян преображался — все эти ломаные танцы и так далее. В жизни же это был обычный парень: ни дурных предчувствий, ни предчувствия смерти, ни тяжести мира на плечах, ничего подобного. Все те вещи, что приписывали ему позже, — ничего этого не было.

Дженезис Пи-Орридж, лидер Throbbing Gristle: На сцене Ян погружался в транс, излучал совершенно иррациональную энергию.

Именно поэтому он был так увлечен поэзией романтиков и символистов, поиском лирического и вместе с тем правдоподобного описания парадоксальности бытия.

В том, как он, Ян Кертис, вел себя, чувствовалось врожденное одиночество, очень сильное, глубокое ощущение хрупкости собственного я: ты знаешь, что смертен, и всегда чувствуешь дистанцию между собой и окружающими.

Саймон Рейнолдс: Стерильным методам записи мегаломанского рока 70-х панк-группы часто предпочитали запись всех инструментов сразу и в реальном времени.

Продюсер Joy Division Мартин Хэннетт вернулся к прошлому: он требовал кристально чистого разделения звука не только по отношению к отдельным инструментам, но и к каждому элементу ударной установки.

Хэннетт был деспотом, он помимо воли группы выхолостил из их песен человеческое начало — и это, безусловно, способствовало ощущению отчужденности, исходящему от музыки.

Марк Фишер: Депрессия Joy Division не мотивировалась никакими — даже формальными — причинами.

С самого начала, со времен Роберта Джонсона и Синатры, поп-музыка ХХ века была скорее способом излить тоску, нежели поделиться радостью. Однако и у блюзменов, и у эстрадных певцов всегда находились причины для печали, пусть мнимые.

Отчаяние Joy Division не было обосновано, они оказались в пространстве, где ничто не приносит ни радости, ни сожаления. Ноль эмоций.

Дебора Кертис: На «Unknown Pleasures» голос Яна звучал так, будто бы он в свои 22 уже прожил целую жизнь.

Когда я услышала текст «New Dawn Fades», я решила поговорить с ним, удостовериться, что это были всего лишь стихи, не имеющие ничего общего с его настоящими чувствами.

Бесполезно, все равно что со шкафом разговаривать — он отказался что-либо подтверждать или опровергать и просто вышел вон.

Бернард Самнер, гитарист Joy Division и New Order: Мы никогда не вслушивались в его тексты. Это странно, но это чистая правда.

Я понимал, что Ян пишет о страшных вещах, но я был уверен, что он подходит к ним как писатель. Это сейчас, когда оглядываешься назад, очевидно, что он говорил о себе.

Тогда нам это совершенно не приходило в голову: ну да, у чувака экстремальные взгляды на жизнь, он любит мрачную музыку — и что?

Дебора Кертис: В основном он читал Ницше, Достоевского, Сартра, Гессе и Балларда; была и пара книг про нацистов. Меня поразило, что все свое свободное время он посвящал изучению человеческих страданий. Я понимала, что он ищет вдохновения, но все это начало превращаться в нездоровую зацикленность на физической и душевной боли.

Стивен Моррис, барабанщик Joy Division и New Order: Когда у него случился первый эпилептический припадок, мы ехали в машине, и я сидел за рулем.

Если честно, я очень расстроился, что пришлось везти его в больницу, потому что из-за этого мы не смогли купить сигарет. Собственно, я их стибрил у Яна — но и это не помогло, потому что на территории больницы нельзя было курить.

И из-за этого я напрягался куда больше, чем из-за того, что Ян бился в конвульсиях.

Питер Хук, басист Joy Division и New Order: Когда Ян завел роман с Анник, все сильно изменилось. Он хотел предстать перед ней такой чувственной натурой, измученным поэтом, постигающим глубины бытия.

А мы с Бернардом были простыми пацанами, шатались без дела, верили в рок-н-ролл, читали сомнительные журнальчики. Когда Ян тусовался с нами, он так себя и вел — может, чисто из вежливости, не знаю. С Анник он был таким проклятым поэтом. С Дебби — тихоней и скромнягой.

Я до сих пор не знаю, когда он был самим собой, а когда таким, каким его хотели видеть.

Тони Уилсон, основатель лейбла Factory: Я спросил у Анник, понравился ли ей «Closer», и она разозлилась: «Пойми ты, он это всерьез». Я удивился: «Да брось, это всего лишь поза». Но она оказалась права, и потому-то это великая пластинка. Он и вправду делал все всерьез.

Дженезис Пи-Орридж: Я страдал по тем же причинам, что и Ян, — играл в набирающей популярность группе, получил приглашение на гастроли в Америку и одновременно чувствовал себя совершенно несчастным и одиноким… Окружающие жаждали твоей смерти на публике: ты участник спектакля, ты курица, несущая золотые яйца. Яна все больше и больше воспринимали как шаблонную икону, печального сумрачного манчестерского поэта-символиста с большими глазами. Мы оба чувствовали себя использованными.

Марк Фишер: Хотел ли он умереть? Кертис отлично знал, что ранняя гибель может разом превратить сценическую маску в крайне достоверную вещь. Самоубийство — это гарантия твоей честности, самое убедительное доказательство, что ты делал все по-настоящему.

Суицид разом превращает жизнь — со всей ее бытовой неразберихой, конфликтами, неопределенностью — в миф, столь же незыблемый, цельный и вечный, как мрамор и камень, изображенные Питером Сэвиллом на одной из обложек и воспетые Кертисом в «In a Lonely Place».

Вот почему Joy Division могут быть очень опасны для молодых людей — кажется, будто они несут Истину.

Дебора Кертис: Из Яна бы вышел хороший актер.

Он всех убедил в том, что его поведение было вызвано внешними обстоятельствами и что давление, которое он чувствовал, было непосредственно порождено той жизнью, которую он вел.

На самом деле он был сам себе и судья и надзиратель, он создал свой собственный ад и запланировал свою гибель. Окружающие были лишь второстепенными персонажами в его постановке.

Саймон Рейнолдс: Самоубийство Кертиса в возрасте 23 лет сразу же превратилось в миф. Необратимость этого поступка доказала подлинность музыки и текстов Joy Division пусть неоднозначным, но самым логичным и решительно неизбежным образом.

Кертис, как он всегда и стремился, оказался бок о бок с теми, кто жил слишком быстро и переживал все слишком ярко, чтобы надолго задержаться в нашем мире компромиссов и полумер.

Смахнув слезу, лейбл Factory с энтузиазмом принялся слагать и шлифовать легенду: обложка «Love Will Tear Us Apart» выглядела как каменный склеп, на конверте «Closer» было скульптурное изображение тела Христова с генуэзского кладбища.

Джон Сэведж: Когда я думаю о Яне, я представляю, как бы он был взбудоражен всей этой сегодняшней шумихой, которую он заслужил. Он всегда этого хотел. Ажиотаж вокруг его смерти не сыграл бы никакой роли, если бы несколько поколений не заслушало его пластинки до дыр.

Марк Фишер: Пусть Joy Division не написали ни строчки о современных им событиях, но болезненное впечатление от них отражается в каждом их звуке.

Даже то одновременно монументальное и призрачное звучание, которое выстраивал Мартин Хэннетт, вызывает в памяти картины разрушенных заводов и заброшенных промзон.

Слушая Joy Division в 2008 году, трудно отделаться от мысли, что их музыка — зловещее предчувствие пустоты постмодернизма, каким он виделся в конце модернистской эпохи.

Питер Хук: Я смотрел «Контроль» в Каннах. В тот момент, когда Ян повесился и заиграла «Atmosphere», у меня чуть сердце не остановилось — будто бы я проходил через все это снова. И тут люди вокруг меня встали и начали аплодировать. Я чуть с ума не сошел. Я думал: вашу мать, это же моя жизнь! Все это произошло на самом деле!

Ян КертисВокалист Joy Division. Повесился 18 мая 1980 года в возрасте 23 лет. Остальные участники группы продолжили работать вместе и создали группу New Order Бернард СамнерГитарист Joy Division. До сих пор играет в New Order — одной из первых групп, скрестивших в 80-х постпанк и новую электронную музыку 
Стивен МоррисБарабанщик Joy Division. До сих пор играет в группе New Order Питер ХукБасист Joy Division. В прошлом году вышел из состава New Order
Тони УилсонОснователь и идеолог лейбла Factory, выпускавшего Joy Division. Основатель клуба Hacienda. Человек, вокруг которого в 80-х крутилась вся музыкальная жизнь Манчестера. Подписал контракт с Joy Division собственной кровью. Умер в прошлом году от рака Мартин ХэннеттПродюсер обеих пластинок Joy Division, создатель студийного саунда группы. Также работал с Magazine, New Order, The Stone Roses и Happy Mondays. Сидел на героине. Умер в 1991-м от остановки сердца
Анник ОнореБельгийская журналистка-любительница, любовница Кертиса. Почти не комментировала жизнь и смерть Joy Division. При подготовке «Контроля» позволила дочери Кертиса Натали прочитать свою переписку с Кертисом Дебора КертисВдова Яна Кертиса. Автор биографии Кертиса «Touching from a Distance», по которой и был снят фильм «Контроль»

Источник: https://daily.afisha.ru/archive/vozduh/archive/yan_kertis/

«Страшный суд» Микеланджело: описание картины, особенности и интересные факты :

Тема смерти в творчестве глубоко верующего Микеланджело занимала огромное место: разрыв оболочки бренного тела и прорыв в Вечность интересовали художника. Фреска «Страшный суд» Микеланджело в Сикстинской капелле совершенно по-новому разрабатывает и воплощает эту идею.

Краткая история создания алтарного образа

В 1534 году гениальный творец получил заказ от папы Климента VII на роспись огромной стены Сикстинской капеллы, длина которой была 13,7 м, а высота — 12 м. Он не приступал к работе, но когда Климент VII скончался, то его преемник Павел III вызвал в 1537 году Микеланджело в Рим.

Работы не начинались до тех пор, пока не был изменен наклон стены и художник не получил ультрамарин, который стоил дороже золота. В это время он был уже немолод, ему было 62 года.

Грандиозная работа на лесах по сырой штукатурке требовала колоссальных не только моральных, но и физических усилий, которыми, сотворив «Страшный суд», Микеланджело поверг современников в благоговейный ужас 31 октября 1537 года.

Церемония открытия фрески

Высшее духовенство во главе с понтификом Павлом III (Фарнезе) и приглашенные миряне были потрясены увиденным космогоническим зрелищем. «Страшный суд» Микеланджело не имел аналогов. Потрясение было столь велико и витавшее напряжение столь сильно, что Павел III пал на колени, умоляя Бога не вспоминать о его грехах в день Страшного суда.

Читайте также:  Картина "сныть-трава. парголово", шишкин, 1885

Современники воспринимали фреску со страхом и восхищением, поражаясь мастерством и силой Микеланджело и грандиозной картиной конца времен.

На этом следует поставить акцент, потому что второе пришествие Христа – вселенская катастрофа, при которой земля обретет ее первоначальное состояние.

Человечество как исторически существующее переходит в новое качество из жизни временной и бренной к жизни вечной. Одни обретут спасение и вечную жизнь на небесах, а другие окажутся за свои грехи в аду.

Ватикан. Сикстинская капелла

«Страшный суд» Микеланджело вписывается во всю программу Сикстинской капеллы. На своде – сотворение мира и человека и его грехопадение, начало цивилизации, на стенах – Моисей и Христос как жизнь под законами, жизнь под благодатью, и, наконец, на торцевой алтарной стене изображается Страшный суд.

Это было исключительным для иконографии того времени, потому что Страшный суд изображался на западной стене. При выходе из церкви верующий видел предупреждение о том, что его ждет в конце времен. Расположение Страшного суда на алтаре еще больше усиливает его значение. Теперь мы приступаем к рассмотрению фрески Микеланджело «Страшный суд». Описание начинается.

Карающий и милосердный Бог

В центре композиции находится Христос-Гелиос, то есть Христос как свет, как Аполлон. Изначально это раннехристианская идея. Вокруг него кругами расположены святые и мученики, находящиеся на небесах.

Ближайшие к нему: Мария, св. Петр, св. Иоанн Креститель, св. Лаврентий и св. Варфоломей. Христос на небесах в совершенно непривычном образе без бороды как дарующий свет и этим светом окруженный.

Это совсем новый образ Спасителя.

Его поза одновременно выражает милосердие и гнев. Потому что одной рукой он благословляет. Она направлена налево в сторону праведников. Другой, указующей в правую сторону, — на грешников, он карает.

Фигура Спасителя проникнута мощью и неземной красотой. Надо помнить, что Микеланджело был неоплатоником. Потому у него были едины тело, ум и душа.

Жест правой поднятой руки усмиряет волнение и позволяет начать медлительное вращательное движение всех персонажей фрески.

Автопортрет

Самый удивительный во фреске — образ Варфоломея, сидящего у ног Христа. Он держит свою кожу, содранную с него язычниками. Так Микеланджело изображает свой автопортрет.

То есть он делает себя сопричастным к концу времен, становится участником этого вселенского катаклизма. Он таким способом молит Бога о прощении, представая пред ним в странном облике. Так выглядит центральная часть фрески «Страшный суд» Микеланджело.

Взятие праведников на небо

Воскрешение мертвых и обретение телес решено необычно. Ничего похожего в истории искусства не существует. Праведники, утратив материальную тяжесть, преодолевают земное притяжение и медленно воспаряют ввысь.

Им помогают святые и мученики, поддерживая их на этом пути. Здесь есть даже четки, за которые они хватаются: то есть спасемся только молитвой и аскезой.

Этот образ предлагает задуматься, насколько страшно предстать перед судом и не отдавать отчета о правых и неправых своих делах.

Перед нами возникает неумолимое бесстрастное колесо сансары, когда только за земные деяния человек получит по заслугам. Так видел Микеланджело Буонарроти Страшный суд.

Люнеты

Наверху в двух люнетах Микеланджело изображает ангелов, несущих орудия страстей. Это крест в одном, который является символом мученичества и унижения, и столб бичевания в другом. Он означает преходящую земную власть.

Ангелы без крыльев на фоне ультрамарина написаны в очень сложных позах и напоминают о страшных жертвах Христа. Так выглядит верхняя часть созданного мрачным гением произведения Микеланджело Буонарроти «Страшный суд».

Описание творения продолжается.

Первоначальный вариант

Следует иметь в виду, что изначально Микеланджело изобразил всех святых, Христа и Богоматерь обнаженными. Он исходил из текста св. Павла о том, что когда все воскреснут, то они обретут новые небесные тела, предназначенные для вечной жизни.

Поэтому для Микеланджело было не важно конкретное лицо, конкретный мученик или святой, которого он изображает. Все человечество объединилось вместе в этот момент конца времен.

Человечество едино в своей обнаженности. Это никак не связано с понятием наготы земной, а наоборот, обнаженность выравнивает всех перед лицом Бога. Мы различны лишь одеждами, а когда их нет, то мы все равны.

Эта идея для Микеланджело была важна.

Папа Павел IV потребовал, чтобы всех персонажей, а их более четырех сотен, «одели». Работу выполнил Даниеле да Вольтерра.

Погружение в Ад

Внизу ангелы трубят о начале Страшного суда. Они держат две книги.Маленькую книгу жизни, которая направлена в сторону праведников, и большую книгу смерти, которая смотрит в сторону грешников.

Их гораздо больше: много званных, но мало призванных. И с одной стороны мы видим низвергаемых вниз грешников, идет круговорот, потом воскрешающиеся праведники медленно поднимаются вверх.

Всей композиции придается эпический пафос.

Для грешников «Страшный суд» Микеланджело (описание картины продолжаем представлять вашему вниманию) воистину ужасен. Их тащат черти к лодке Харона, который переправит их навеки в Ад.

Из него выглядывают злорадные лица, которые будут доставлять людям муки в наказание за прегрешения.

«Страшный суд» Микеланджело – вечное напоминание о том, что жить надо по десяти заповедям, которые провозгласил Христос, спустившись с горы Фавор.

Один из многих

Достаточно взглянуть на фигуру грешника, закрывающего скорбное лицо рукой. Выражение страха и безнадежности написано на его лице: тоску и отчаяние показывает застывшая на лице маска.

Черти крепко схватили его за ноги и, радостно улыбаясь, тащат за собой. Его мощное атлетическое тело не делает попыток освободиться. Только теперь он осознал, что в его грешное существование вошел Страшный суд.

Микеланджело фиксирует неотвратимость наказания.

Интересные факты

  • Сикстинская капелла получила свое название в честь понтифика Сикста IV. Именно он заказал ее строительство, чтобы уберечься от посягательств Медичи и турецких султанов.
  • Для росписи капеллы из Флоренции от бывших врагов прибыли лучшие живописцы.
  • Потолок капеллы Микеланджело расписывал за двадцать пять лет до работы над «Страшным судом». Он быстро закончил работу за четыре года.
  • За написание обнаженных тел некоторые называли живописца еретиком. В ответ на это едкий художник изобразил кардинала Чезена в Аду в виде царя Миноса с длинными ушами осла. Его наготу скрывает обвивающаяся змея. Очень непростой характер был у Микеланджело.
  • «Страшный суд» (фреска Сикстинской капеллы) мог бы не дожить до наших времен, так как один из понтификов в 1596 году хотел уничтожить художественное творение.

Источник: https://www.syl.ru/article/288904/new_strashnyiy-sud-mikelandjelo-opisanie-kartinyi-osobennosti-i-interesnyie-faktyi

Нужно сочинение-описание с наречиями! тема- «Я была на концерте, и что я

ЗАДАНИЕ:

Нужно сочинение-описание с наречиями! тема- «Я была на концерте, и что я там увидела»
Надо написать типо ты на концерте и описывать что там певцы, певицы, танцоры и т. д. делают, и чтобы много наречий было! НАРЕЧИЯ ОБЯЗАТЕЛЬНО! нужно!

Мы сдрузьями пошли на концерт! мне  очень он понравился! там были певцыч и певицы, они пели очень аккуратно чтобы не порвать связки. я смотрел этот концерт с интереом, мои друзья ужансо вели себя. они сказали какой гадкий концерт, я вам советую побольше ходить на разные концерты и внимательно слушать выступающих.

В прошлую субботу я был замечательном концерте. Это было невероятное зрелище.

В концертмом зале над большим ярким потолком висел большой шар. Всё было ярко и красочно. Я сидел на третьем ряду от сцены, поэтому мне было всё отлично видно.  Сначала выступали танцоры. Я поражался тому как они ловко попадали в ритм. Потом было много талантливых певцов и певиц.

Но больше всего мне понравились фокусники. Как же они ловко обманывали зрителей. Их атрибуты словно мистическим способом перемещались по сцене. Под столом, в колпаке и даже в сумке одного из зрителей. Когда они начали вызывать зрителей на сцену, мне жудко захотелось попасть туда.

И всё же меня пригласили. Я немного волновался, но ребята были очень весёлыми. Один дал мне маленькую коробочку. Я конечно внимательно осмотрел её, вроде ничего странного. Потом  мне надо было загадать число. Немного поэдумав я загал шесть.

после чего в коробочке оказался листик с этим числом! Это было невероятно.

Я навсегда запомню тот вечер. 

______________________________________________________________

Много мало, наречий вроде нормально. Думаю, если надо для размера можно вставить немного предложений

З. Ы. если нравится не забудь поблагодарить звёздочками

ПОХОЖИЕ ЗАДАНИЯ:

  • Составьте текст или 4-5 предложений, в которых опишите свои воспоминания, переживания так, чтобы действие, состояние моглы быть отнесено к любому, т. е. обощённому, лицу. В та…
  • На основе собственных впечатлений расскажите, как влияет популярная молодёжная музыка на слушателей. Опишите состояние зала(стадиона, клуба)во время концерта. Объясните, что з…
  • Исправьте ошибки, придумайте заголовокчтобы узнать какую физическую нагрузку испытывает музыкантвовремя исполнеия симфонического произведения сравнительно нидавно былпроведён…
  • Источник: http://uhschool.ru/4522

    Романы в письмах: любовная переписка великих людей, покорившая мир

    Помните сцену, когда в первой части фильма «Секс в большом городе» Кэрри Брэдшоу зачитывается «Любовными письмами великих людей»? Кстати, говорят, что именно после выхода картины в 2008 году, спрос на книгу, которой никогда не существовало (имеется в виду именно сборник, а не изданные переписки отдельных людей или автобиографии), был настолько большой, что ее пришлось срочно издать. Мы понимаем героиню Сары Джессики Паркер – трудно найти что-то более красивое, волнующее, трогательнее, чем эти безупречные образцы отражения в словах переживаемой гаммы чувств и эмоций! Для вас мы отобрали самые невероятные истории любви и самые изящные письма, их иллюстрирующие. 

    Сестры Шарлотта и Зинаида Бонапарт, фрагмент картины работы Жака-Луи Давида, 1821 год

    Кто кому: Наполеон Бонапарт – Жозефине

    «Моя единственная Жозефина — вдали от тебя весь мир кажется мне пустыней, в которой я один… Ты овладела больше чем всей моей душой.

    Ты — един­ственный мой помысел; когда мне опостылевают докучные существа, называемые людьми, когда я готов проклясть жизнь, — тогда опускаю я руку на сердце: там покоится твое изображение; я смотрю на него, любовь для меня абсолютное счастье…

    Какими чарами сумела ты подчинить все мои способности и свести всю мою душевную жизнь к тебе одной? Жить для Жозефины! Вот история моей жизни…»

    Наполеон Бонапарт же­нился на Жозефине в 1796 году. Ему было 26, ей – 32. Впоследствии, он объяснял этот авантюрный со всех точек зрения поступок не страстью, а расчетом – мол, думал, что вдова де Богарне богата.

    Не верим! Трезвый ум не оставляет места для такой нежности чувств и такой отчаянной любви, которыми дышали первые письма Наполеона к обожаемой Жозефине. Первые письма были написаны французом сразу после свадьбы, часть – из Италии, где он командовал французскими войсками, какие-то – с поля боя австрийской войны 1805 года.

    Да, Наполеон развелся с Жозефиной из-за ее (и своих собственных) измен и бесплодия, но хорошие отношения вкупе с доверительной перепиской, бывшие супруги сохранили до конца жизни. 16 апреля 1814 года Наполеон написал Жозефине последнее письмо («Падение мое бездонно. Прощайте, моя дорогая Жозефина. Смиритесь, как смирился я.

    Никогда не забывайте того, кто не забывал Вас. Никогда Вас не забуду») и отправился в ссылку на остров Эльба.

    Кто кому: Дени Дидро – Софи Волан

    «Вы здоровы! Вы думаете обо мне! Вы любите меня. Вы всегда будете любить меня. Я верю Вам, теперь я счастлив. Я снова живу. Я могу разговаривать, работать, играть, гулять – делать все, что вы пожелаете. Должно быть, я был слишком мрачен последние два или три дня.

    Нет! Моя любовь, даже Ваше присутствие не обрадовало бы меня больше, чем Ваше первое письмо. С каким нетерпением я ждал его! Мои руки дрожали, когда я открывал конверт.

    Лицо мое исказилось; голос срывался, и если бы тот человек, что передал мне Ваше письмо, не был тупицей, он бы подумал: «Он получил весточку от матери, или от отца, или от кого-то, кого он сильно любит». В тот момент я был близок к тому, чтобы послать Вам письмо с выражением великого беспокойства.

    Когда Вы развлекаетесь, Вы забываете, как сильно страдает мое сердце… Прощайте, моя дражайшая любовь. Я люблю Вас пылко и преданно. Я любил бы Вас еще сильнее, если бы знал, что это возможно.»

    Портрет Дидро работы Луи-Мишеля ван Лоо (1767 г.)

    Издание любловных писем Дидро к Софи Волан, 1982 год

    «Письменная» история любви Дени Дидро, французского просветителя, писателя, философа и Софи Волан длилась 13 лет. 42-летний Дидро встретил 38-летнюю Луизу-Генриетту Волан на званом вечере. Он был несчастливо женат, она – одинока.

    К сожалению, в истории не осталось ни одного изображения женщины, известно лишь, что она носила очки и была слаба здоровьем. Скорее всего, она не была красива, но поразила Дидро живостью ума, любознательностью и изучала науку и философию.

    Покоренный этими качествами, Дидро окрестил ее «мадмуазель Софи» (в переводе с греческого это имя означает «мудрость»). Ничего не значащий обмен записками перерос в глубокое чувство.

    Читайте также:  Чудесный улов, рафаэль

    Великий просветитель, испытывавший до конца жизни значительные финансовые затруднения, продолжал жить обычной жизнью с опостылевшей женой и взрослеющей дочкой и обмениваться страстными посланиями с тайной возлюбленной (письма летели к ней даже из далекой России, куда Дидро приезжал в 1773 году).

    Этой истории не суждено было перерасти словесные рамки: он так и не развелся, она так и не вышла замуж и не познала радость материнства. Дидро написал Софи свыше 550 писем (лишь 187 из них сохранились до наших дней) и пережил свою возлюбленную всего на 5 месяцев.

    Кто кому: Отто Бисмарк – Иоганне Путкаммер

    «Благополучно приехал сюда, все уже обследовал, и к моему огорчению убедился, что, как всегда, приехал чересчур рано. Лед на Эльбе еще крепок, и все в порядке. Пользуюсь свободным получасом в скверной гостинице, чтобы написать тебе на сквер­ной бумаге хоть несколько слов.

    Как только сойдет вода (что, впрочем, еще отнюдь не начиналось), полечу снова на север, на по­иски цветка пустыни, по выражению моего двоюродного  брата. Как только приеду в Шенгаузен, напишу тебе подробнее, а пока лишь ─ немногие знаки жизни и любви; лошади бьют копытами землю, ржут и поднимаются на дыбы у дверей, сегодня у меня еще много дел.

    Сердечный привет твоим или si j’ose dire нашим родным. Твой с головы до пят. Поцелуев писать нельзя. Будь здорова»

    Отто Бисмарк женился Иоганне фон Путкаммер в 1847 году. В течение двух лет до брака – в это время как раз начала набирать обороты военная карьера Бисмарка – влюбленные вели очень интересную переписку, в которой письма будущего «железного  канцлера» к невесте были полны неж­ности и экспрессивности.

    Роман Бисмарка в письмах получил неожиданное продолжение спустя значительное время после свадьбы – уже Иоганна фон Бисмарк получала письма-анонимки с подробным описанием приключений ее 47-летнего мужа, выполнявшего на тот момент миссию посла Пруссии в Париже, с 22-летней княгиней Екатериной Орловой-Трубецкой.

    Мало что известно об этой странице личной жизни великого канцлера, который отличался не только крепкой волей, но и завидной верностью – анонимки Иоаганна тут же сжигала. Окружающие много злословили на счет Иоганны: красотой и стилем она не блистала, зато оказалась умна и дальновидна – брак оказался на редкость удачным.

    Супруги во всем поддерживали друг друга: она рожала детей и практически жила его жизнью, он тосковал в отъездах и даже после 40 лет брака обращался к ней в письмах не иначе как «любимая» и посылал самые теплые сердечные приветы.

    Кто кому: Оноре де Бальзак – Эвелине Ганской

    «Моя душа летит к Вам вместе с этими листками, я, как умалишенный, разговариваю с ними обо всем на свете. Я думаю, что они, добравшись до Вас, повторят мои слова.

    Невозможно понять, как эти листки, наполненные мной, через одиннадцать дней окажутся в Ваших руках, в то время как я останусь здесь… О да, дорогая моя звезда, во веки веков не отделяйте себя от меня. Ни я, ни моя любовь не ослабеет, как не ослабеет и Ваше тело с годами.

    Душа моя, человеку моих лет можно верить, когда он рассуждает о жизни; так верьте: для меня нет другой жизни, кроме Вашей. Мое предназначение исполнено. Если с Вами случится несчастье, я похороню себя в темном углу, останусь, забытый всеми, не видя никого в этом мире; allez, это не пустые слова.

    Если счастье женщины — знать, что она царит в сердце мужчины; что только она заполняет его; верить, что она духовным светом освещает его разум, что она его кровь, заставляющая биться его сердце; что она живет в его мыслях и знает, что так будет всегда и всегда.

    Eh bien, дорогая повелительница моей души, Вы можете назвать себя счастливой; счастливой senza brama, потому что я буду Вашим до самой смерти. Человек может пресытиться всем земным, но я говорю не о земном, а о божественном. И одно это слово объясняет, что Вы значите для меня»

    Письма всегда играли важную роль в жизни Оноре де Бальзака. С тех пор, как литературная среда его признала, французу с весьма посредственной внешностью ежедневно доставляли мешки писем от поклонниц с просьбами о свидании. Одно из них, подписанное загадочно и просто – «Чужестранка», заинтриговало его.

    Под псевдонимом скрывалась очаровательная 32-летняя француженка. Эвелина Ганская была замужем и поначалу совсем не прельстилась Бальзаком (слишком уж отличался вид реального персонажа – тучный и болезненный – от того, что она себе напредставляла, читая его опусы в газетах и журналах).

    Оноре не остановил ни этот факт, ни разница в возрасте – они стали переписываться. За обменом письмами протекали дни, месяцы и годы. Общий стаж переписки Бальзака и Ганской составил 17 лет. После того, как муж Эвелины скончался, они наконец-то смогли пожениться.

    Увы, счастье было недолгим – спустя 5 месяцев Бальзак скончался.

    Кто кому: Бетховен ─ «Бессмертной возлюбленной»

    «Едва проснулся, как мысли мои летят к тебе, бессмертная любовь моя! Меня охватывают то радость, то грусть при мысли о том, что готовит нам судьба.

    Я могу жить только с тобой, не иначе; я решил до тех пор блуждать вдали от тебя, пока не буду в состоянии прилететь с тем, чтобы броситься в твои объятия, чувствовать тебя вполне своей и наслаждаться этим блаженством.

    Твоя любовь делает меня и счастливейшим, и несчастнейшим человеком в одно и то же время; в моих годах требуется уже некоторое однообразие, устойчивость жизни, а разве они возможны при наших отношениях? Будь покойна; только спокойным отношением к нашей жизни мы можем достигнуть нашей цели ─ жить вместе. Душа моя – прощай ─ о, люби меня по-прежнему ─ не сомневайся никогда в верности любимого тобою Л. Навеки твой, навеки моя, навеки мы ─ наши»

    Один из величайших композиторов за всю историю музыки Людвиг ван Беховен, не смотря на то, что был чрезвычайно влюбчив, никогда не был женат. Возможно, причиной тому был его скверный характер – мрачный, раздражительный, мизантропичный, который становился все хуже по мере развития такой катастрофичной для музыканта глухоты.

    Уже после смерти Бетховена в 1827 году в его личных вещах были найдены обезличенные страстные послания, написанные карандашом. Точного адресата, т.е. имя той самой «Бессмертной возлюбленной», установить не удалось, но найденный рядом миниатюрный потрет Джульетты Гвиччарди намекает на то, что им могла быть итальянская аристократка, одно из самых серьезных сердечных увлечений Бетховена.

    Брак 30-летнего Людвига и  Джультетты, которой на момент их знакомства в Вене в 1800 году не исполнилось и 17-ти, едва ли мог состояться – девушка принадлежала к старинному аристократическому роду, а музыкант был безызвестен и беден.

    Родные, заметив их странное сближение, поспешили выдать юную красавицу замуж и отправить на родину в Италию, а Бетховен собрал в кулак оставшиеся силы, продолжил жизнь практически в полной глухоте и создал свои величайшие шедевры.

    Кто кому: Александр Пушкин – Наталье Гончаровой

    «Я отправляюсь в Нижний, без уверенности в сво­ей судьбе.

    Если ваша мать решилась расторгнуть нашу свадьбу, и вы согласны повиноваться ей, я подпишусь подо всеми мотивами, какое ей будет угодно привести мне, даже и в том случае, если они будут настолько основательны, как сцена, сделанная ею мне вчера, и оскорбления, которыми ей угодно было меня осыпать. Может быть, она права, и я был неправ, думая одну минуту, что я был создан для счастья. Во всяком случай, вы совершенно свободны; что же до меня, то я даю вам честное слово принадлежать только вам, или никогда не жениться»

    Российское национальное достояние, поэт Александр Пушкин женился на одной из первых московских красавиц Наталье Гончаро­вой в 1831 году.

    Общественность была не слишком доброжелательно настроена к семье: говорили, что Наталья Николаевна – пустоголовая кокетка, а Александр Сергеевич – вольнодумец, женившийся по прихоти и для статусности.

    Опубликованная после смерти поэта его переписка с невестой и женой (сегодня доступна в букинистических изданиях) развеяла этот клеветнический туман: содержание и тон писем (особенно в период «острой» влюбленности) не оставляет сомнений – Пушкины поженились по любви, а в их семье царили нежность, уважение и доверие. 

    Кто кому: Иван Тургенев ─ Полине Виардо

    «Доброй ночи ─ надо ложиться. Прежде чем заснуть, буду читать дневник моей матери, который только случайно избежал огня. Если б я мог увидеть вас во сне… Это случилось со мною четыре или пять дней тому назад. Мне казалось, будто я возвращаюсь в Куртавнель во время наводнения: во дворе, поверх травы, залитой водою, плавали огромные рыбы.

    Вхожу в переднюю, вижу вас, протягиваю вам руку; вы начинаете смеяться. От этого смеха мне стало больно… не знаю, зачем я вам рассказываю этот сон. Доброй ночи. Да хранит вас бог…

    Кстати, по поводу смеха, все тот же ли он у вас очаровательно искренний и милый ─ и лукавый? Как бы я хотел хоть на мгновение услышать его вновь, этот прелестный раскат, который обычно наступает в конце… Спокойной ночи, спокойной ночи»

    Светлая и пронзительно-грустная история – чувство, которое пронес через время Иван Тургенев к Полине Виардо. Он влюбился в дочь известного испанского певца Мануэля Гарсиа сразу, как только увидел ее на концерте, долго ждал возможности приблизиться и познакомиться, а после – просто любил.

    Он следовал за ней повсюду («Судьба не послала мне собственного моего семейства, и я прикрепился, вошел в состав чуждой семьи, и случайно выпало, что это семья французская. С давних пор моя жизнь переплелась с жизнью этой семьи. Там на меня смотрят не как на литератора, а как на человека, и среди ее мне спокойно и тепло.

    Переменяет она место жительства – и я с нею; отправляется она в Лондон, Баден, Париж – и я переношу свое местопребывание с нею»), постоянно терзался сомнениями и страдал. Она же с достоинством позволяла ему себя любить, держась корректно и уважительно. Бросаясь в омуты новых влюбленностей, Тургенев, казалось, отчаянно пытался избавиться от болезненного чувства к Виардо.

    Роковая привязанность, продолжавшаяся почти 40 лет, подкреплялась письмами, тон которых иногда порой заставлял усомниться в платонических отношениях русского писателя и французской певицы. 

    Кто кому: Пьер Кюри ─ Мари Склодовской

    «Ничто не может доставить мне большего удовольствия, чем весточка от Вас. Перспектива жить два месяца, ничего о Вас не зная, для меня совершенно невыносима. Я хочу сказать, Ваша маленькая записка была более чем желанна. Надеюсь, Вы надышитесь свежим воздухом и вернетесь к нам в октябре.

    Что до меня, то я никуда не поеду. Останусь в деревне, здесь я провожу целый день перед открытым окном или в саду. Мы обещали друг другу быть, по крайней мере, близкими друзьями. Только бы Вы не передумали! Ведь нет таких обещаний, которые связывают навеки; наши чувства не подчиняются усилию воли.

    Как было бы прекрасно (об этом я не смею даже думать) вместе пройти по жизни, мечтая. Ваша патриотическая мечта, наша гуманитарная мечта и наша научная мечта.

    Посмотрите, что получается: мы решили, что станем друзьями, но если Вы уедете из Франции через год, это будет слишком платоническая дружба, дружба двух созданий, которые никогда больше не увидят друг друга.

    Не лучше ли Вам остаться со мной? Я знаю, эта тема Вас расстраивает, Вы не хотите обсуждать ее снова и снова. Так что я, поднимая ее, в любом случае чувствую себя недостойным Вас. Я хотел просить разрешения случайно встретиться с Вами во Фрайбурге»

    Гениальное дарование (получив только домашнее образование, он в 16 лет сам поступил в университет) Пьер Кюри встретил свою любовь в парижской Сорбонне. Полячка Мари Склодовская была бедной студенткой, которой отсутствие денег и плохое знание языка не помешали стать блестящей ученицей. Ей было 27, ему – 35.

    Оба успели зарекомендовать себя блестящими физиками и с осторожностью думали о возможном браке. Точнее, думал Пьер. Маня, как он нежно называл ее, собиралась возвращаться на родину, в Варшаву. Она ответила на предложение руки и сердца отказом.

    Именно мягкими, но настойчивыми попытками переубедить Мари и наперекор всему соединить судьбы стала переписка влюбленных летом 1894-го. Их союз оказался очень плодотворным – в 1903 году супруги получили Нобелевскую премию за открытие радиоактивности.

    Их разлучил автомобиль, лихо мчащийся по одной парижских улиц, под колеса которого попал Пьер. После трагедии Мари получила еще одну Нобелевскую премию – в области химии, а замуж больше так и не вышла

    Источник: http://www.marieclaire.ru/stil-zjizny/romanyi-v-pismah-lyubovnaya-perepiska-velikih-lyudey-pokorivshaya-mir/

    Ссылка на основную публикацию