Вавилонская башня, питер брейгель старший, 1563

Картина «Вавилонская башня»

Дата создания: 1563 год. Автор: Питер Брейгель Старший. Тип : масло, деревянная панель. Жанр: религиозная историческая живопись.

Местонахождение: Художественно-исторический музей, Вена.

Интерпретация Вавилонской башни

Данная картина была второй из трех интерпретаций видения Вавилонской башни, написанных Питером Брейгелем. Первая работа, ныне утерянная, представлял собой миниатюру на слоновой кости.

Она была указана в описи итальянского миниатюриста Кловио, с которым художник сотрудничал в Риме. Последняя версия написана маслом в 1564 году, в настоящее время хранится в музее Бойманса-ван Бёнингена.

Предшествующая ей венская «большая башня» почти в два раза больше по размеру.

Все три работы основаны на одном и том же сюжете (Бытие 11: 1-9), в котором люди начинают стоить башню высотою до небес, чтобы достигнуть уровня создателя. За гордыню Бог сделал так, что строители башни стали говорить на разных языках. Невозможность коммуникации поставила под удар совместную работу над величественным строением.

Основа башни

Изображение башни в форме огромного объекта со спиралевидными подъемами было довольно распространенным явлением в Северном искусстве эпохи Возрождения, но вдохновлялся Брейгель не имеющимися моделями и картинами, а увиденным в Риме Колизеем.

В то время это сооружение считалось символом гордыни, а Рим, задуманный как Вечный город, после разрушения олицетворял скоротечность и бессилие земных амбиций и трудов человека. На «фундаменте» этого символизма Брейгель и строит свою Вавилонскую башню.

Достаточно странным является то, что структура башни заметно пострадала и выглядит неустойчиво. Кажется, что в конечном итоге сооружение рухнет из-за инженерных проблем и трудностей в строительстве, а не по решению Бога, пытавшегося усмирить родившуюся в людских сердцах гордыню.

Строительство происходит на прибрежном ландшафте, возле реки, что, возможно, демонстрирует актуальность водных грузоперевозок в 16-м веке, в частности, для Антверпена. Таким образом, картина может служить аллегорическим предупреждением для властей города о том, что быстрое развитие торговли и денежный поток может принести и ряд проблем.

Тема того, что человек не имеет никакой власти над окружающим его миром и установленными законами, появляется в различных работах мастера (в том числе, в картине «Охотники на снегу»). В этой картине безумные усилия рабочих, каменщиков и инженеров показывают бессмысленность человеческой деятельности, тщетность людских амбиций.

Вавилонская башня демонстрирует невероятно скрупулезную работу, показывая множество мелких деталей. Можно до бесконечности наблюдать за связями на столь глобальной стройке и тем, как еще более высокие рампы наслаиваются на уже имеющуюся конструкцию.

Несмотря на то, что подробный анализ обоснования действий отдельных персонажей еще не проведен, гротескная неадекватность средств, траты ресурсов и общее безрассудство предприятия очевидны.

«Трудолюбивые муравьи» вступают в гонку со временем, возводя новые и новые уровни, в то время как нижние этажи уже начинают подвергаться разрушению.

Картина «Вавилонская башня» обновлено: Октябрь 26, 2017 автором: Глеб

Историческая живопись (архив)

Источник: https://artrue.ru/style/renessans/bruegel/kartina-vavilonskaya-bashnya.html

Питер брейгель старший. вавилонская башня

5 сентября 1569 года, четыреста сорок четырегода назад, умер Питер Брейгель Старший.Великий художник прошлого, он сталнашим современником,  мудрым

собеседником

людей 21 века.

Городов вавилонские башни,Возгордясь, возносим снова,А Бог города на пашни

Рушит, мешая слово.


В. Маяковский     

Что такое Вавилонская башня – символ единства людей всей планеты или знак их разобщенности? Вспомним библейское сказание. Потомки Ноя, которые говорили на одном языке, расселились в земле Сеннаар (Шинар) и решили построить город и башню высотою до небес.

По замыслу людей, она должна была стать символом человеческого единства: «сделаем себе знамение, дабы не рассеялись мы по лицу всей земли». Бог, увидев город и башню, рассудил: «теперь не будет для них ничего невозможного».

И он положил конец дерзкому деянию: смешал языки, чтобы строители перестали понимать друг друга, и рассеял людей по свету.

{C}{C}
Зиккурат Этеменанки. Реконструкция. 6 в. до н.э.

Эта история выглядит в библейском тексте, как вставная новелла. В 10-й главе книги «Бытие» подробно излагается родословная потомков Ноя, от которых «распространились народы по земле после потопа». Глава 11 начинается с рассказа о башне, однако с 10-го стиха возобновляется прерванная тема родословной: «вот родословие Сима».

Строительство Вавилонской башни.
Мозаика в капелле Палатина. Палермо, Сицилия. 1140-70 гг.

Драматичная, полная концентрированной динамики легенда о вавилонском столпотворении словно разрывает спокойное эпическое повествование, кажется более современной, чем последующий и предшествующий ей текст.

Однако это впечатление обманчиво: исследователи Библии считают, что сказание о башне возникло не позднее начала 2-го тысячелетия до н. э., т.е.

почти за 1000 лет до того, как древнейшие пласты библейских текстов были оформлены письменно.    

Так существовала ли в действительности Вавилонская башня? Да, и даже не одна! Читая далее главу 11 книги «Бытие», мы узнаем, что Фарра, отец Авраама, жил в Уре, крупнейшем городе Месопотамии. Здесь, в плодородной долине рек Тигра и Евфрата, в конце 3-го тысячелетия до н. э.

существовало мощное царство Шумера и Аккада (кстати, библейское название «Сеннаар» ученые расшифровывают как «Шумер»). Его жители возводили в честь своих богов храмы-зиккураты – ступенчатые кирпичные пирамиды со святилищем на вершине. Построенный примерно в ХХI в. до н. э. трехъярусный зиккурат в Уре высотой 21метр был для своего времени поистине грандиозной постройкой.

Возможно, воспоминания об этой «лестнице в небо» надолго сохранились в памяти евреев-кочевников и легли в основу древнего сказания.

Строительство Вавилонской башни.
Мозаика  собора в  Монреале, Сицилия. 1180-е гг.

Спустя много столетий после того как Фарра и его родичи покинули Ур и отправились в землю Ханаанскую, далеким потомкам Авраама суждено было не только увидеть зиккураты, но и участвовать в их строительстве. В 586 г. до н. э. царь Вавилонии Навуходоносор II покорил Иудею и угнал     в свою державу пленников – почти все население иудейского царства.

Навуходоносор был не только жестоким завоевателем, но и великим строителем: при нем в столице страны Вавилоне было возведено много замечательных зданий, и среди них — зиккурат Этеменанки («Дом основания неба и земли»), посвященный верховному богу города Мардуку.

Семиярусный храм высотой 90 метров строили пленники вавилонского царя из разных стран, в том числе и иудеи.

Строительство Вавилонской башни.
Мозаика в соборе Сан-Марко, Венеция.
Кон.12-нач.13 вв.

Историки и археологи собрали достаточно доказательств, чтобы с уверенностью утверждать: зиккурат Этеменанки и другие подобные постройки вавилонян стали прообразами легендарной башни. Окончательная редакция библейского сказания о вавилонском столпотворении и смешении языков, которая оформилась после возвращения иудеев из плена на родину, отразила их недавние реальные впечатления: многолюдный город, разноязыкая толпа, строительство исполинских зиккуратов. Даже название «Вавилон» (Бавель), которое происходит от западносемитского «баб илу» и означает «врата божьи», иудеи переводили как «смешение», от сходно звучащего древнееврейского слова балал (смешивать): «Посему дано ему имя Вавилон, ибо там смешал Господь язык всей земли».

Читайте также:  Музей соломона гуггенхайма в нью йорке, сша

Мастер «Часослова Бедфорда». Франция.
Миниатюра «Вавилонская башня». 1423-30 гг. 

В европейском искусстве Средневековья и Ренессанса мы не найдем значительных произведений на интересующий нас сюжет: в основном это мозаики и книжные миниатюры — жанровые сценки, интересные сегодняшнему зрителю как зарисовки средневекового быта. Тщательно, с милой наивностью изображают художники причудливую башню и старательных строителей.

Герард Хоренбоут. Нидерланды.
«Вавилонская башня» из Бревиария Гримани. 1510-е гг.

Достойного интерпретатора сказание о Вавилонской башне получило лишь на исходе эпохи Возрождения, в середине XVI в., когда библейский сюжет привлек внимание Питера Брейгеля Старшего. О жизни великого нидерландского художника известно очень мало. Исследователи его творчества «вычисляют» биографию мастера, изучая косвенные свидетельства, вглядываясь в каждую деталь его картин.

Лукас ван Фалькенборх. Нидерланды.
Вавилонская башня. 1568 г.

Работы Брейгеля на библейские темы говорят о многом: он не раз обращался к сюжетам, которые редко выбирали художники того времени, и что самое примечательное, интерпретировал их, опираясь не на устоявшуюся традицию, а на собственное, оригинальное понимание текстов. Это дает основание предполагать, что Питер Брейгель, выходец из крестьянской семьи, достаточно хорошо знал латынь для того чтобы самостоятельно читать библейские истории, и среди них – сказание о Вавилонской башне.

Неизвестный немецкий художник. Вавилонская башня. 1590 г.

Легенда о башне словно притягивала художника: он посвятил ей три работы. Самая ранняя из них не сохранилась. Известно лишь, что это была миниатюра на слоновой кости (ценнейшем материале!),   принадлежавшая прославленному римскому миниатюристу Джулио Кловио. Брейгель жил в Риме во время своего итальянского путешествия в конце 1552 — начале 1553 гг.

Но была ли миниатюра создана именно в этот период по заказу Кловио? Возможно, художник написал ее еще на родине и привез в Рим как образец своего мастерства.

Этот вопрос остается без ответа, равно как и вопрос о том, какая из двух следующих картин была написана раньше – малая   (60х74см), хранящаяся в Роттердамском музее Бойманса ван Беннингена, или большая   (114х155см), самая знаменитая, из Картинной галереи Художественно-исторического музея в Вене.

Одни искусствоведы весьма остроумно доказывают, что роттердамская картина предшествовала венской, другие не менее убедительно утверждают, что сначала была создана венская. Во всяком случае, Брейгель вновь обратился к теме Вавилонской башни примерно через десять лет после возвращения из Италии: большая картина написана в 1563 г., малая – несколько раньше или чуть позднее.

Питер Брейгель Старший. «Малая» Вавилонская башня.  Ок. 1563 г.

В архитектуре башни роттердамской картины явственно отразились   итальянские впечатления художника: сходство постройки с римским Колизеем очевидно.

Брейгель, в отличие от своих предшественников, изображавших башню прямоугольной, делает грандиозную ступенчатую постройку круглой, подчеркивает мотив арок.

Однако отнюдь не сходство брейгелевской башни с Колизеем поражает зрителя прежде всего.

Римский Колизей.

Друг художника, географ Абрахам Ортелиус, сказал о Брейгеле: «он написал много такого, о чем считалось, что это невозможно передать».

Слова Ортелиуса можно в полной мере отнести к картине из Роттердама: художник изобразил не просто высокую мощную башню — ее масштаб запределен, несопоставим с человеческим, он превосходит все мыслимые мерки.

Башня «главою до небес» возносится выше облаков и в сравнении   с окружающим пейзажем – городом, гаванью,   холмами – представляется какой-то кощунственно огромной. Она попирает своими объемами соразмерность земного уклада, нарушает божественную гармонию.

Но нет гармонии и в самой башне.

Похоже, что строители говорили друг с другом на разных языках уже с самого начала работы: иначе почему они возводили арки и окна над ними кто во что горазд? Даже в нижних ярусах соседние ячейки отличаются друг от друга, и чем выше башня, тем заметнее разнобой.

А на заоблачной вершине царит полный хаос. В трактовке Брейгеля, Господне наказание – смешение языков – настигло людей не в одночасье; непонимание с самого начала было   присуще строителям, но все же не мешало работе, пока не достигло какого-то критического предела.

Питер Брейгель Старший. «Малая» Вавилонская башня. Фрагмент..

Вавилонская башня на этой картине Брейгеля никогда не будет завершена. При взгляде на нее вспоминается выразительное слово из религиозно-философских трактатов: богооставленность.

Еще копошатся тут и там муравьишки-люди,   еще пристают в гавани корабли, но ощущение бессмысленности всего начинания, обреченности усилий человеческих не покидает зрителя.

От башни веет заброшенностью, от картины – безнадежностью: гордый замысел людей вознестись до небес не угоден Богу.

Питер Брейгель Старший. «Большая» Вавилонская башня. 1563 г.

Обратимся теперь к большой   «Вавилонской башне». В центре картины — все тот же ступенчатый конус со множеством входов. Облик башни существенно не изменился: мы снова видим разнокалиберные арки и окна, архитектурную несуразицу на вершине.

Как и на малой картине, слева от башни раскинулся город, справа – порт. Однако эта башня вполне соразмерна пейзажу.

Ее громада вырастает из прибрежной скалы, она высится над равниной, словно гора, но ведь гора, какой бы высокой она ни была, остается частью привычного земного ландшафта.

Питер Брейгель Старший. «Большая» Вавилонская башня. Фрагмент.

Башня отнюдь не выглядит заброшенной – напротив, здесь кипит работа! Повсюду деловито снуют люди, подвозятся материалы, вращаются колеса строительных машин, тут и там расставлены лестницы, на уступах башни примостились сарайчики-времянки. С удивительной точностью и истинным знанием дела изображает Брейгель современную ему строительную технику.

Картина полна движения: живет город у подножия башни, бурлит порт.

На переднем плане мы видим волне актуальную, истинно брейгелевскую жанровую сценку: ударную стройку всех времен и народов посещает начальство — библейский царь Нимрод, по заказу которого, по преданию, возводилась башня. Ему спешат освободить дорогу, каменотесы падают ниц, свита трепетно ловит выражение лица чванливого владыки…        

Питер Брейгель Старший. «Большая» Вавилонская башня.
Фрагмент. Царь Нимрод со свитой.

Впрочем, это единственная сцена, проникнутая иронией, тонким мастером которой был Брейгель. Работу строителей художник изображает с большой симпатией и уважением.

Да и как может быть иначе: ведь он — сын Нидерландов, страны, где, по выражению французского историка Ипполита Тэна, люди умели «без скуки делать самые скучные вещи», где обыденный прозаический труд чтили не менее, а может быть даже более, чем возвышенный героический порыв.

Питер Брейгель Старший. «Большая» Вавилонская башня. Фрагмент.

Однако каков же смысл этого труда? Ведь если посмотреть на вершину башни, становится очевидным, что работа
явно зашла в тупик. Но заметим – стройка охватывает нижние ярусы, которые, по логике вещей, должны были быть уже завершены. Кажется, что отчаявшись возвести «башню высотою до небес», люди занялись более

Читайте также:  Портрет наполеона i, энгр, 1806

конкретным и посильным делом – решили получше обустроить ту ее часть, что ближе к земле, к реальности,

к повседневности.     

А может быть, одни «участники совместного проекта» отступились от строительства, а другие продолжают работу,
и смешение языков им не помеха.

Так или иначе, возникает ощущение, что Вавилонской башне на венской картине суждено строиться вечно. Так испокон веков, преодолевая взаимное непонимание и вражду, возводят люди Земли башню человеческой цивилизации.

И не перестанут возводить, пока стоит этот мир, «и не будет для них ничего невозможного».

Источник: https://marinagra.livejournal.com/73199.html

Вавилонская башня

Искусство Нидерландов 16-го века
«Вавилонская башня» – знаменитая картина художника Питера Брейгеля. Художник создал несколько картин на этот сюжет. В основе этой работы лежит библейское иносказание о человеческой гордыне.

Картина Брейгеля вместе с тем в своей грандиозной и вместе поэтической форме напоена ощущением жизни.

Оно в бесчисленных фигурках строителей, в движении повозок, в пейзаже (особенно в изображении расстилающегося по сторонам от башни моря крыш – небольших, стоящих порознь и вместе с тем тесно друг около друга, отливающих нежными тонами).

Характерно, что в картине, написанной на тот же сюжет ранее («Малая Вавилонская башня»; Роттердам), башня совершенно подавляла человеческое начало. Здесь Брейгель не только избегает такого эффекта, но идет дальше – он, для которого природа была несравненно прекраснее человека, ищет теперь в ней человеческое начало.

В основу картины положен сюжет из Первой книги Моисея о строительстве Вавилонской башни, которая была замыслена людьми, чтобы достичь своей вершиной неба: «Построим себе город и башню высотою до небес».

Чтобы усмирить их гордыню, Бог смешал их языки, так что они больше не могли понимать друг друга и рассеял их по всей земле, таким образом строительство не было завершено. Мораль сей картины – бренность всего земного и тщетность стремлений смертных сравниться с Господом.

Вавилонская башня Брейгеля вполне отвечает традициям живописного изображения этой библейской притчи: налицо потрясающие воображение масштабы строительства, присутствие огромного количества людей и строительной техники.

Известно, что в 1553 году Брейгель побывал в Риме. В картине «Вавилонская башня» Питера Брейгеля легко узнаваем римский Колизей с его типичными чертами римской архитектуры: выступающими колоннами, горизонтальными ярусами и двойными арками. Семь этажей башни уже так или иначе построены, возводится восьмой этаж.

Вавилонская башня окружена строительными бараками, кранами, подъёмниками, использовавшимися в те времена, лестницами и строительными лесами. У подножия башни расположился город с оживлённым портом. Местность, где возводится Вавилонская башня, своими равнинами и морем очень напоминает Нидерланды.

Изображённые на картине люди – рабочие, каменотёсы – кажутся очень маленькими и напоминают своим усердием муравьёв.

Гораздо крупнее фигуры инспектирующего строительный объект Нимрода – легендарного завоевателя Вавилона во II тысячелетии до нашей эры, по традиции считавшегося руководителем строительства вавилонской башни, и его свиты в левом нижнем углу картины. Низкий, на восточный манер поклон каменотёсов Нимроду – дань происхождению притчи.

Представляется интересным, что по мнению Брейгеля в неудаче, постигшей столь «масштабный проект», повинны не внезапно возникшие языковые барьеры, а ошибки, допущенные в процессе строительства.

На первый взгляд огромное строение кажется достаточно прочным, однако при ближайшем рассмотрении видно, что все ярусы положены неровно, нижние этажи либо недостроены, либо уже рушатся, само здание кренится в сторону города, и перспективы всего проекта весьма печальны.

История искусства. Далее →

Источник: http://smallbay.ru/article/bruegel01.html

Вавилонская башня .П.Брейгель.(1563г.)Это символ единства людей или знак их разобщённости? | Волшебная сила искусства

   Питер  Брейгель Старший..Вавилонская башня.1563г.

       Вспомним библейское сказание. Потомки Ноя, которые говорили на одном языке, расселились в земле Сеннаар (Шинар) и решили построить город и башню высотою до небес. По замыслу людей, она должна была стать символом человеческого единства: «сделаем себе знамение, дабы не рассеялись мы по лицу всей земли».

       Бог, увидев город и башню, рассудил: «теперь не будет для них ничего невозможного».

И он положил конец дерзкому деянию: смешал языки, чтобы строители перестали понимать друг друга, и рассеял людей по свету. Эта история выглядит в библейском тексте, как вставная новелла.

В 10-й главе книги «Бытие» подробно излагается родословная потомков Ноя, от которых «распространились народы по земле после потопа».

        Так существовала ли в действительности Вавилонская башня? Да, и даже не одна! В древнем Шумере в конце 3 тысячелетия до н.э. его жители возводили в честь своих богов храмы-зиккураты – ступенчатые кирпичные пирамиды со святилищем на вершине.

Зиккурат в Уре.Восстанавливался несколько раз.

          Легенда о башне привлекла внимание нидерландского художника Питера Брейгеля Старшего.(1525-1569гг).Он посвятил ей три работы,одна из них не сохранилась.

       Точная дата написания этой картины- неизвестна.

  Никогда ранее не удавалось художникам передать так живо чудовищную величину башни, размах строительства, превосходящего все ранее известное человеку.

Несколько слов о самом художнике.

               Мало найдется в истории искусства личностей столь загадочных и неоднозначных. В течение всей своей жизни Брейгель оставался «немым». Он не писал статей и трактатов, не оставил переписки и за исключением двух-трех близких по духу лиц не знал друзей. Брейгель не оставил портретов ни своей жены, ни детей, ни друзей.

             Брейгель женился на дочери своего учителя Питера КукаЗа 6 лет до своей смерти.У них было двое сыновей.Когда Брейгель умер,они были ещё очень маленькими.Оба стали известными художниками:Питер Брейгель Младший и Ян Брейгель Старший.

    Что же касается документов, относящихся к Брейгелю непосредственно, то их обнаружено было всего три. Это справка о принятии в Гильдию живописцев в Антверпене (1551 г.), регистрация его брака (1563 г.) и сведения о его смерти и погребении (1569 г.).

               Уникальность Брейгеля как художника заключается в том, что он совмещает приемы панорамной живописи и миниатюры. Гармоничность его картин вытекает из уравновешенности целого и его частей. Для Брейгеля каждая деталь значима — Клод-Анри Роке в своей книге «Брейгель» так передает свои впечатления от «Вавилонской башни».

             «Невозможно представить ничего более громадного под небом, на морях или на земле, чем эта башня: даже гора служит всего лишь опорой, вокруг которой обвиваются ее стены, — а между тем я различаю на одной из самых дальних строительных площадок желтую птичку, которую рабочий кормит с руки крошками хлеба.»

               В центре картины – все тот же ступенчатый конус со множеством входов. Облик башни существенно не изменился: мы снова видим разнокалиберные арки и окна, архитектурную несуразицу на вершине.

                  На первой картине, слева от башни раскинулся город, справа – порт. Однако эта башня вполне соразмерна пейзажу. Ее громада вырастает их прибрежной скалы, она высится над равниной, словно гора, но ведь гора, какой бы высокой она ни была, остается частью привычного земного ландшафта.

              Башня отнюдь не выглядит заброшенной – напротив, здесь кипит работа! Повсюду деловито снуют люди, подвозятся материалы, вращаются колеса строительных машин, тут и там расставлены лестницы, на уступах башни примостились сарайчики-времянки.  

Читайте также:  Хождение по водам, айвазовский, описание картины

              С удивительной точностью и истинным знанием дела изображает Брейгель современную ему строительную технику. Картина полна движения: живет город у подножия башни, бурлит порт.

             На переднем плане мы видим волне актуальную, истинно брейгелевскую жанровую сценку: ударную стройку всех времен и народов посещает начальство – библейский царь Нимрод, по заказу которого, по преданию, возводилась башня.

                    Ему спешат освободить дорогу, каменотесы падают ниц, свита трепетно ловит выражение лица чванливого владыки… Впрочем, это единственная сцена, проникнутая иронией, таким мастером которой был Брейгель. Работу строителей художник изображает с большой симпатией и уважением.

    Но заметим – стройка охватывает нижние ярусы, которые, по логике вещей, должны были быть уже завершены. Кажется, что отчаявшись возвести башню высотою до небес, люди занялись более конкретным и посильным делом – решили получше обустроить ту ее часть, что ближе к земле, к реальности, к повседневности.

                  А может быть, одни «участники совместного проекта» отступились от строительства, а другие продолжают работу, и смешение языков им не помеха.

Так или иначе, возникает ощущение, что Вавилонской башне на картине суждено строиться вечно. Так испокон веков, преодолевая взаимное непонимание и вражду, возводят люди Земли башню человеческой цивилизации.

И не перестанут возводить, пока стоит этот мир, «и не будет для них ничего невозможного». 

                    К уступам башни и ее галереям успели прилепиться, подобно птичьим гнездам, деревни. Город, готические крыши которого виднелись далеко внизу, сквозь дымку тумана, стал для этих людей чужим.

            Теперь их отдаляет от этого места огромное расстояние… Башня была гигантским олицетворением тщеты. Все это рано или поздно исчезнет. Вся эта конструкция из камня, такая прочная и так умело построенная, когда-нибудь уподобиться песку на морском дне. 

Метафора этой тщетной погони за ветром, которая и есть наша жизнь…

    … Башня — это сама История, цикл ее веков. Она подобна дереву, возраст которого определяют по годовым кольцам, каждый ее этаж есть итог определенного этапа в развитии человечества, однако, пока мы строим новые этажи, приходится постоянно переделывать или обновлять то, что подтачивает и разрушает время…»

         В трактовке Брейгеля, Господне наказание – смешение языков – настигло людей не в одночасье; непонимание с самого начала было присуще строителям, но все же не мешало работе, пока его степень не достигла какого-то критического предела. Вавилонская башня на этой картине Брейгеля никогда не будет завершена. При взгляде на нее вспоминается выразительное слово из религиозно-философских трактатов: богооставленность.

      Творчество Питера Брейгеля Старшего — величественный итог сложной и противоречивой эволюции нидерландского искусства XV-XVI веков, одна из высочайших вершин европейской культуры Позднего Возрождения. Брейгель был чутким свидетелем и бурного экономического расцвета своей страны и той напряженнейшей борьбы, которую она вела против испанского владычества, феодального и церковного гнета.

Картины художника были высоко оценены современниками.

Городов вавилонские башни,Возгордясь, возносим снова,А Бог города на пашни

Рушит, мешая слово.

 

В. Маяковский

http://smallbay.ru/article/bruegel01.html

http://www.ikleiner.ru/lib/brueghel/brueghel-0015.shtml

http://muzei-mira.com/kartini_gollandia/1036-vavilonskaya-bashnya-piter-breygel-starshiy.html

http://opisanie-kartin.com/opisanie-kartiny-pitera-brejgelya-vavilonskaya-bashny

Источник: http://maxpark.com/community/6782/content/3351464

450 лет назад Питер Брейгель написал «Вавилонскую башню»

В 1563 году Питер Брейгель старший  написал картину «Вавилонская башня».

Этот сюжет восходит к книге «Бытие» о строительстве  Вавилонской башни: «И сказали они: построим себе город и башню, высотою до небес, и сделаем себе имя, прежде, нежели рассеемся по лицу всей земли.… И сказал Господь: сойдем же и смешаем там язык их так, чтобы один не понимал речи другого. И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город» (Быт.11, 4-8).

Долгое время этот сюжет не привлекал особого внимания художников и мыслителей.  Проблема разделения языков потеряла актуальность со времен Римской империи.

Латинский и греческий язык лежали в основе античной цивилизации, они были близки и понятны во всех уголках империи. Переход из варварства в цивилизацию осуществлялся усвоением одного из этих языков.

И даже когда в Западной Европе Римская империя рухнула физически, ее духовное бытие, выраженное латинским языком, продолжалось.

Мартен Робен и Architecture-Studio. Здание Европейского парламента. 1996–2000. Страсбург. 

Питер Брейгель Старший жил уже в иную эпоху. Наряду с латинским языком  в обществе все большие позиции завоевывали национальные языки.

Различные государства, коммуны, города начинали приобретать национальный характер, между ними постоянно возникали конфликты. Люди как будто утратили способность понимать друг друга, стремиться к общей цели.

Грандиозные попытки объединения христианских народов раз за разом терпели крах. Символ Вавилонской башни вдруг стал близок и понятен.

Вавилонская башня Питера Брейгеля Старшего стала первым полноценным художественным образом этого события.  Это была не иллюстрация к библейскому тексту, как в средневековых миниатюрах, а произведение со своим внутренним смыслом. Именно с брейгелевской башни в европейскую культуру входит этот символ тщетности титанических человеческих усилий, их хрупкости, бесплодности и мимолетности.

На картине башня полна величия и мощи, люди с гордостью осматривают результаты своей работы. Но уже начавшийся осыпаться фундамент, зияющие провалы в правой части башни, предрекают близкий и неизбежный крах этого грандиозного начинания.

Комплекс зданий Европейского парламента. Вид сверху.

В новейшее время истории Европы была предпринята попытка изменить привычный символ Вавилонской башни.

Строительство Европейского Союза воспринимается, как дерзновенная попытка вновь воссоединить то, что некогда было разделено. Вновь построить объединяющую всех башню.

Не случайно здание Европарламента возведено в форме недостроенной Вавилонской башни. Своими обнаженными конструкциями справа, здание прямо отсылает к брейгелевскому образу.

Две концепции Вавилонской башни – Питера Брейгеля старшего и Европейского Союза – вступили в спор между собой, и историческая правда останется за какой-то одной из них.

Источник: http://eaculture.ru/picture/814

Ссылка на основную публикацию