Картина «день рождения», марк шагал, 1915

Муза и «День рождения» Замечательная история любви..

…Ты так прекрасно взлетел… Мы назовём это – «День рождения «

Понять Шагала можно путем «вчувствования», а не «уразумения». «Небо, полет – главное состояние кисти Шагала», – отмечал Андрей Вознесенский.

«Я ходил по Луне, – говорил художник, – когда еще не существовали космонавты. В моих картинах персонажи были в небе и в воздухе…»

Марк Шагал . Картина   «День рожденья »   (1915 год).

В 1990 году полотно «День рождения» было продано на «Сотбис» в Нью — Йорке за 13,5 миллиона долларов…

Любовь вошла в творчество Шагала в образе Беллы. Вошла, чтобы остаться навсегда, наполняя картины и жизнь новым смыслом. Их долгий счастливый брак стал для художника воплощением таинства бытия. Он по себе знал, насколько глубокой и чувственной бывает любовь, как наделяет это чувство способностью летать.

В 1915 году Марк Шагал женился на Белле Розенфельд, дочери богатого ювелира и с этого момента художник  рисовал для своей жены, она  стала частой героиней его картин. Позднее в дневнике Марк Шагал признавался, что ни одну картину он не мог закончить без одобрения супруги.

Белла получила прекрасное образование: изучала литературу, историю и философию, занималась актерским мастерством в одной из студий К.С. Станиславского. Но главное – Белла и Марк с первой же встречи стали предельно близки друг другу, слились душами.

Шагал так говорил о ней: «Ее молчание было моим молчанием. Глаза – моими глазами. Как будто мы давным-давно знакомы и она знает обо мне все: мое детство, мою теперешнюю жизнь и что со мной будет; как будто всегда наблюдала за мной, была где-то рядом… На бледном лице сияют глаза.

Большие, выпуклые, черные! Это мои глаза, моя душа».

Белла Розенфельд была очень похожа на самого Шагала. Хотя была красавицей, а он красавцем отнюдь не был. А еще Белла была одухотворенной и воздушной. Занималась в студии Станиславского, пробовала себя в литературе, интересовалась философией..

. В ее присутствии Марк испытывал невиданное чувство невесомости, парения и покоя. Часто он так ее и рисовал -безмятежно парящей в небе, и себя, летящим рядом с ней – над заборами, над свиньями, над столбами, над обыденным и милым Витебском.

Она ждала его четыре года, пока художник знакомился с мировыми шедеврами в Париже. Они были друг для друга единственными близкими людьми и ничего друг от друга не скрывали. И за границей, и в нетопленной, промозглой Малаховке Белла оставалась его музой. Даже женившись второй раз в 1952 году, Шагал не уставал повторять, что только девушка из Витебска была для него всем.

В качающихся, изгибающихся пространствах предметы, увиденные под разными углами, сползают со своих мест и зависают в невесомости; человеческие фигуры взмывают вверх и плывут как в сновидении. Эти ирреальные произведения, отмеченные тонкой красочностью, выразительным живописным рисунком, пронизаны ощущением нежности и одухотворенности.

Марк Шагал и Белла.

«Сама не помню как я в конце концов узнала, когда у тебя день рождения. И когда этот день настал, я с утра пораньше побежала за город и собрала большой букет…

— Стой, не двигайся!
Я все еще держала цветы. Сначала порывалась поставить их в воду. Завянут же. Но очень скоро про них забыла. Ты так и набросился на холст, он, бедный, задрожал у тебя под рукой. Кисточки окунались в краски. Разлетались красные, синие, белые, черные брызги. Ты закружил меня в вихре красок. И вдруг оторвал от земли и сам оттолкнулся ногой, как будто тебе стало тесно в маленькой комнатушке. Вытянулся, поднялся и поплыл под потолком. Вот запрокинул голову и повернул к себе мою. Вот коснулся губами моего уха и шепчешь…

Я слушаю музыку твоего голоса, густого и нежного. Она звучит и в твоем взоре, и вот мы оба, в унисон, медленно воспаряем в разукрашенной комнате, взлетаем вверх. Нам хочется на волю, сквозь оконные стекла. Там синее небо, облака зовут нас. Увешанные платками стены кружатся вокруг нас, и кружатся наши головы. Цветущие поля, дома, крыши, дворики, церкви все плывет под нами…

— Тебе нравится моя картина?
Ты вдруг опять стоишь на ногах. И смотришь то на холст, то на меня. То отстраняешься, то наклоняешься к мольберту.
— Еще доделать? Или можно оставить так? Скажи, где подправить?
Ты говоришь как будто сам себе. Ждешь и боишься моего ответа.
— Прекрасно. Ты так прекрасно взлетел… Мы назовем это «День рождения». У тебя отлегло от сердца.

— А завтра придешь? Я напишу новую картину… И мы опять будем летать».

Из мемуаров Беллы Шагал (Розенфельд)

«Горящие огни».

При написании использовались источники:

http://www.art-urok.ru/mark_shagal6.htm , http://www.m-chagall.ru/

Источник: https://drakoshkas.livejournal.com/285895.html

Полет над родиной: Россия в судьбе и творчестве Марка Шагала

Россия в судьбе и творчестве Марка Шагала

Жизнь Марка Шагала — это история целой эпохи, в которой вмещаются все главные события мировой истории ХХ века. Все, что было пережито в прошлом столетии, отразилось в богатом творчестве этого художника.

Среди множества сюжетов есть один, который сопровождает все творчество Шагала, — это родной город Витебск. Дома с двускатными крышами, Спасо-Преображенский храм, который виднелся из родительских окон, скрипачи на крышах, козы и коровы — все эти образы из детства переходят из картины в картину и вместе создают тот особый шагаловский мир на холсте.

Тема России в творчестве Шагала отражается не только в сюжетных мотивах, но также в особом укладе жизни начала ХХ века, который во многом был воспринят Шагалом от своих учителей — русских художников.

Первым учителем Шагала стал художник Юрий Пэн, открывший в Витебске частную художественную студию. Он был выходцем из императорской академии искусств в Санкт-Петербурге, воспитанником Павла Чистякова и развивал реалистические традиции в живописи.

В своей автобиографической книге Шагал утверждает, что обучался у Пэна два месяца, однако многие исследователи сходятся во мнении, что на самом деле срок его обучения составил около пяти лет (он начал посещать студию в четырнадцать лет и занимался в ней до девятнадцати лет). Несмотря на то, что собственный стиль у Шагала еще не сформировался, этот период очень важен в становлении Марка как художника. 

Юрий Пэн обращал внимание своих учеников на этнографические детали, призывал их запечатлевать окружающий мир во всем его многообразии: покосившиеся от времени заборы, складки талеса, которые покрывают морщинистое лицо старого еврея, множество бытовых сценок — он доказал на примере собственных работ, что подобные сюжеты могут стать объектом искусства. 

Юрий Пэн. «Домик с козочкой» (1920-е годы)

Однако Шагала не удовлетворял академический стиль, прививаемый Пэном. Живопись, которую он хотел создавать, отличалась от нарочитого реализма, унаследованного его учителем от передвижников. Поэтому он покидает родной город и приезжает в Петербург.

Не поступив в Академию Штиглица в 1907 году, Шагал отправляется в школу Общества поощрения художеств, руководимую Николаем Рерихом. Художник и участник самого знаменитого художественного объединения своего времени «Мир искусств» Рерих провел глобальную реформу образовательной программы ОПХ. 

Он ввел такой предмет, как история искусств, организовывал на регулярной основе экскурсии по русским деревням для знакомства учеников с мастерами кустарного дела, открыл мастерские керамики, деревянной скульптуры, витражной росписи, а также классы музыки и хорового пения. Кроме того, Рерих в это время находился под большим влиянием искусства Гогена (чьи картины он впервые увидел в Париже в 1901 году). Яркость цвета, декоративные мотивы и выбор экзотичного сюжета — вот то, чем вдохновлял французский живописец. 

Николай Рерих. «Заморские гости». Серия «Начало Руси. Славяне» (1901 год)

Читайте также:  Дом-музей акселя мунте, италия

Восхищение учителя творчеством Гогена не прошло незаметным для Шагала. Об этом можно судить по двум работам, которые он создает в 1908 году: «Автопортрет с красной маской» и «Портрет девочки на диване» (ныне обе работы находятся в собрании Центра Жоржа Помпиду).

На портрете, где Марк изображает себя, есть одна деталь, которая не сразу бросается в глаза, — это борода и усы, которых в то время не было у Шагала.

А на автопортрете Гогена 1889 года, который находился в собрании у Сергея Щукина, есть те самые признаки маскулинности, которые приписывал себе Шагал.

Кроме того, у Гогена краска на холсте распределена неравномерно, сквозь масляный слой можно видеть жесткую фактуру грубого холста. Такой же прием можно разглядеть и в работе Шагала.

Другая картина Шагала «Девочка на диване» (второе название — «Портрет сестры Марьяски») близка к работе Гогена «Цветы Франции» 1891 года. Об этом говорят схожие композиции: фигуры изображены на фоне плоской стены и расположены в левой части холста, напротив — ваза с цветами.

Изображая свою сестру с короткими волосами и в шляпе, Шагал уподобляет ее герою картины Гогена — юноше с короткой стрижкой и в соломенной шляпе. 

Поль Гоген. «Цветы Франции» (1892 год)

Достаточно быстро Шагал решает покинуть Общество поощрения художеств. В книге «Моя жизнь» он напишет: «Два года ушли даром». Такой вывод можно объяснить главным образом тем, что Шагал ощущал свою избранность, а беспристрастное отношение учителя к работам своего ученика вызывало у него разочарование в самой системе образования.

Тем не менее за время обучения у Рериха он знакомится со своим будущим покровителем, влиятельным депутатом Думы Максимом Винавером. Благодаря его материальной поддержке Шагал поступает в престижную художественную школу им. Е.Н. Званцевой. 

Марк Шагал. «Букет возле окна» (19591960 годы)

Здесь его учителем и кумиром был Лев Бакст, известный театральный художник, прославившийся своими декорациями для балетов Дягилева. В это время Бакст находился под впечатлением от поездки в Грецию, куда он отправился в 1907 году вместе с Валентином Серовым. Искусство Древней Греции так сильно подействовало на него, что он решил пересмотреть свои взгляды на классическое искусство.

Так появилась концепция «искусства будущего», ориентированная на творчество архаичных художников: рисунок должен быть свободным, как у детей, а цвета яркими и будоражащими. Бакст превозносил символическое значение художественных форм, способных, по его словам, возвысить простые предметы, как это можно увидеть в детских рисунках и примитивистском искусстве. 

«Новые художники должны быть наглыми, дерзкими и грубыми… Новое искусство должно быть примитивным и грубым, оно не может переносить изысканности и эстетства», — утверждал Бакст. Однако его работы не походили на примитивистское искусство. Скорее, они отличались особой рафинированностью и изяществом линий.

И все-таки именно в это время Шагал выбирает для своего творчества стиль примитивизма. При этом сюжетом его картин становятся такие философские понятия, как «смерть» и «рождение». 

Марк Шагал. «Наваждение» (1943 год)

Так, в картине «Покойник», где впервые цвета у Шагала становятся символичными, выбор сюжета связан одновременно с событиями, свидетелем которых он стал в детстве, а также с театральными постановками, где герои умирают, чтобы затем выйти на поклон аплодирующим зрителям. 

Вы смотрите на картину и видите не ужас смерти, а настоящий спектакль со множеством ироничных деталей: женщину с поднятыми руками, скрипача на крыше, мужчину, ныряющего в деревянную избу, и равнодушного дворника, который, несмотря ни на что, продолжает выполнять свою ежедневную работу.

За примитивистским планом этой картины скрывается множество символических деталей, связанных с русским фольклором и образами памяти. Синтез этих компонентов составляет в дальнейшем художественный язык Марка Шагала.

Как писал один из первых биографов Яков Тугендхольд, «Шагал в маленьком провинциальном быту улавливает… некое великое бытие». 

Итогом петербургского периода можно рассматривать картину «Рождение».

Здесь есть и грубоватая житейская прозаичность — художник с откровенностью показывает бытовые детали торжественного появления человека на свет, и в то же время здесь легко считывается аллюзия на евангельский мотив Рождества Христова.

Канонический христианский сюжет разыгрывается здесь в жанрово-местечковом исполнении. При этом рождение представлено художником как акт великого жизнетворчества, преображающий житейскую обстановку. 

Марк Шагал. Триптих «Сопротивление. Воскресение. Освобождение» (19371952 годы)

Конечно, когда в школе объявили о скором отъезде Бакста в Париж (для оформления дягилевских балетов), Шагал был обескуражен. Любимый преподаватель покидает Россию — что тогда остается его ученику? Ответ на этот вопрос был для него очевиден, и поэтому Шагал решает отправиться вслед за своим кумиром в Париж. 

Художественные достоинства мировой столицы искусств не вызывали сомнения, Шагал не ошибся: Париж стал его «вторым Витебском». Он обрел свой стиль, палитра стала ярче, и главное — здесь сформировался тот особый круг тем, который тесным образом связан с жизнью в России.

В Париже Шагал заново для себя открывает живопись. Прежде всего он отправляется в Лувр. Рассматривая картины Шардена, Фуке, Рембрандта, он намечает для себя новый путь. Немного позже произошло знакомство с произведениями современников — представителей парижской школы тех лет.

И спустя полгода после переезда Шагал имел в своей мастерской несколько полотен, отражавших опыт освоения кубизма.

Но художнику было чуждо хладнокровное разложение окружающего мира на геометрические формы, кубизм нужен был Шагалу для передачи необычных образов из памяти, которые наслаивались бы друг на друга, создавая ощущение видений из «прошлой» жизни в России.

Так, в его программной работе парижского периода «Я и деревня» 1911 года композиция построена по принципам кубизма. Здесь есть разделение на сектора и просвечивание одного сюжета в другом.

Голова ягненка становится пространством для сцены дойки коровы, дома, люди перевернуты с ног на голову, лицо главного персонажа окрашено в зеленый цвет — все детали этой картины созданы из памяти и подчиняются той высшей реальности, что стоит за видимым миром, где воспоминания становятся символами.

«Однажды в Париже мне, наконец, удалось выразить радость, похожую на удовольствие от еды, которую я иногда чувствовал в России, — радость моих детских воспоминаний о Витебске», — пишет Шагал.

Выставка «Шагал. Мастер модерна» в музее Кунстхаус в Цюрихе, 2013 год

Несмотря на то, что Шагал живет в Париже в мастерских La Ruche («Улей»), где собирались художники и скульпторы со всего света (здесь работали Модильяни, Хаим Сутин, Осип Цадкин и др.

), витебский мастер практически ни с кем не общается из своих скандальных соседей. Зато он достаточно быстро сводит знакомство с поэтами-авангардистами.

Сандрар Блез, Гийом Аполлинер становятся близкими друзьями художника, они помогают ему в организации выставок и активно продвигают Шагала на страницах местных СМИ.

В благодарность за оказанную поддержку Шагал создает картину «Посвящается Аполлинеру».

Читайте также:  Христос в пустыне, 1872, крамской

Основу композиции составляет гигантский круг с разделением на сегменты, на его фоне изображен гермафродит, чье туловище сверху разделяется на мужскую и женскую фигуры.

Эзотерический смысл этой работы давал самые разные прочтения — в этом отражается стремление Шагала изучать искусство из самых разных культурных источников.

Как пишет о Шагале поэт Андре Бретон в работе «Генезис и художественная перспектива сюрреализма»: «Тотальный лирический взрыв восходит к 1911 году. Именно с этого момента метафора, только у него, отмечает свой триумфальный вход в современную живопись».

Марк Шагал. «Желтая комната» (1911 год)

Всплеск художественного самовыражения связан не только с освоением уроков фовизма и кубизма, но и в первую очередь с определением собственного стиля, который смог выдержать все теоретические испытания и сохранить свою индивидуальность.

Особенность языка Шагала — это выбор определенных тем: мотивы России, портреты родственников-евреев, пейзажи родного города Витебска.

Каждую свою работу художник наполняет особой духовностью, символикой и мистицизмом, которым отличается сама русская культура. 

В 1914 году Шагал возвращается в Витебск. Он вновь в кругу близких на родной земле. Он женится на Белле, с которой познакомился еще до своего отъезда в Париж и о которой мечтал все эти годы разлуки. Именно с ней связан один из самых совершенных образцов любовной лирики ХХ века. 

Марк Шагал за мольбертом в своем ателье. Художнику позирует его жена Белла, позади мастера — его дочь Ида. Париж, 1927 год

Берта Розенфельд (именно так звучит ее настоящее имя) была незаурядной женщиной. Она получила прекрасное образование, занималась актерским мастерством в студии Константина Станиславского, но не смогла продолжить обучения из-за травмы спины и вынуждена была вернуться в родной Витебск, где и встретила будущего мужа.

Ощущение личного счастья запечатлено Шагалом в картинах «Над городом», «Прогулка» и «День рождения».

Марк Шагал. «Над городом» (1918 год)

После революции 1917 года у евреев появляются новые возможности и права — они получают паспорта и могут участвовать в политической жизни России. Кажется, теперь счастье станет всеобщим.

Анатолий Луначарский, с которым Шагал познакомился еще в Париже, ныне народный комиссар просвещения, которому поручено осуществлять в России Ленинский культурный план. Он предлагает Шагалу должность уполномоченного по делам искусств в Витебске. Шагал не раздумывая соглашается. 

Не покладая рук он работает на создание первого художественного музея Витебска и первой художественной школы.

Приглашает для преподавания своего первого учителя Юрия Пэна, Эля Лисицкого (также ученика Юрия Пэна), Казимира Малевича.

С последним происходит конфликт, который заканчивается отъездом Шагала в 1920 году в Москву. Однако при анализе творчества двух художников становится ясно, что антагонизм был неизбежен. 

В Москве Наркомпрос дает Шагалу возможность устроиться с семьей в небольшом подмосковном поселке Малаховка, где с 1919 года находилась колония для детей-сирот, оставшихся без родителей после еврейских погромов на Украине 1919 года. Здесь он преподает рисование и параллельно начинает работать над созданием декораций для камерного еврейского театра. 

Марк Шагал на уроке рисования в колонии для беспризорных детей. Малаховка, 1921 год

Руководители театра Алексей Грановский и Абрам Эфрос поручили Шагалу расписать интерьер их первого здания. На исполнение работ ему дали полтора месяца, и за этот короткий срок он создал собственный мир, или, как говорили современники, «шагаловскую шкатулку». 

Главным панно было «Введение в еврейский театр», напротив него — фриз «Свадьба», под ним в простенках между окнами находились четыре вертикальные картины: «Музыка», «Танец», «Театр», «Литература». Слева от входной двери — панно «Любовь на сцене». 

В ансамбль также входили плафон и занавес. Когда зритель попадал в зал, он оказывался как бы внутри разноликого волшебного мира. Для Шагала, как и шекспировского героя, «весь мир — театр». Его вселенная пляшет, танцует и радуется простому бытию.

Панно «Введение в еврейский театр» (1920 год)

Видимо, предчувствуя свой скорый отъезд, Шагал вкладывает в последнюю работу на родине всего себя. В панно есть истории из личной биографии, есть и сам Шагал, которого вносит на руках в театр Абрам Эфрос, есть портреты любимых — Беллы и дочери Иды, есть надписи на идише — это имена предков Шагала. Метафорический мир театра становится аллегорией самой жизни художника.

К сожалению, эти работы ни режиссер, ни зрители не смогли оценить по достоинству. Разочарованный в новом режиме и в неприятии им искусства магии и волшебства Шагал навсегда покидает Россию. Теперь связь с родиной будет существовать только в живописных образах его картин и личных воспоминаниях.

Искусство Шагала невероятно многогранно. Изучив все современные художественные системы начала ХХ века, он не присоединился ни к одной группе. Вероятно, магия его картин заключается в индивидуальных образах памяти, которые хранят в себе чудо воспоминаний и особую силу, вместе с которой зритель может совершить полет над городом. 

Марк Шагал за работой над картиной «Комедия дель арте», 1959 год

Источник: https://tass.ru/spec/chagall

Единственная муза Марка Шагала (6 фото)

Никто из знаменитых художников не передавал так просто и точно того воздушного, волшебного ощущения оторванности от земли, которое появляется во время влюбленности, как один из самых известных представителей художественного авангарда 20 века Марк Шагал.

Марк и Белла Шагал с дочерью Идой, 1924 г. / Белла Шагал в молодости Художник познакомился с Беллой Розенфельд в Витебске в 1909 г., через 6 лет они поженились и провели вместе 29 лет, вплоть до трагической смерти Беллы.

Все это время он не уставал признаваться в любви и посвящать любимой жене свои картины. В автобиографии Марк напишет, что рядом с Беллой ощущал необыкновенный покой, невесомость, даже полет. Он так ее и рисовал — легкую, летящую, влюбленную.

Образ Беллы встречается в сотнях работ Шагала.

Над городом, 1918 г. Белла была красива, могла стать талантливой писательницей или актрисой, но предпочла посвятить свою жизнь любви — любви к Марку Шагалу.

Она прошла вместе с Шагалом через все : его увлечение революцией, неудачную попытку стать преподавателем и общественным деятелем, полуголодную жизнь московского художника, годы скитаний — сначала по Советскому Союзу, а затем и за океаном, чтобы скрыться от антисемитской немецкой военной машины.

День рождения, 1915 г. Любовью и нежностью переполнена картина «День рождения». Как-то еще до свадьбы Белла пришла к Марку на день рождения с букетом цветов, и это настолько вдохновило художника, что он тут же сделал набросок будущей картины.

Белла вспоминала о том дне: «Не двигайся, стой, где стоишь! (Я все еще держу цветы)… Ты бросаешься к полотну, дрожащему под твоей рукой. Обмакиваешь кисти. Хлещет красный, синий, белый, черный. Ты закружил меня в вихре красок. И внезапно ты отрываешься от земли и тянешь меня за собой.

Нам хочется на волю, сквозь оконные стекла. Там синее небо, облака зовут нас».

Прогулка, 1918 г. В 1944 году Шагалы жили в США и очень обрадовались новости об освобождении Франции. Они уже собирались вернуться во Францию, когда Белла внезапно занемогла. Инфекция убила ее буквально за несколько дней.

Шагал работает над портретом супруги «Белла в Зеленом», 1935 г. Марк Шагал прожил долгую жизнь и создал еще множество полотен, мозаик, витражей и скульптур, расписал плафон Парижской Оперы Гарнье; скончался в почтенном возрасте 98 лет.

Читайте также:  «пророк исайя», микеланджело буонарроти — описание

После кончины любимой жены у Шагала были романы и новый брак, но любовь к Белле он пронес через всю жизнь, даже после ее смерти продолжая писать ее портреты. «Все можно изменить в жизни и в искусстве, и все изменится, когда мы избавимся от стыда, произнося слово Любовь.

В нем настоящее искусство: вот все мое мастерство и вся моя религия».

Белла в Мурийоне, 1926 г. По материалам: kulturologia , m-chagall Сморите также: Цветы от Маяковского Потрясающая история любви двух художников

Источник: https://fotojoin.ru/photo/photo_story/edinstvennaya-muza-marka-shagala/

Ранние работы Марка Шагала показывают в Базеле

Около ста картин художника представлено на выставке «Марк Шагал. Годы прорыва, 1911 — 1919» в Музее изобразительных искусств Базеля. Смотрим, какие культовые шедевры и малоизвестные работы мастера собрала экспозиция в Швейцарии.Выставки работ Марка Шагала в Швейцарии — отнюдь не редкость.

Здесь его любят и ценят; редкая экскурсия по Цюриху обходится без посещения церкви Fraumünster, для которой Шагал создал витражи — их торжественное открытие состоялось в сентябре 1970 года; Шагалу было тогда 83 года.

В 1978 году девяностолетний мастер выполнил на южной стене поперечного нефа церкви в дополнение к существующему циклу новый шедевр: круглое окно-розетку размером 2,7 метра в диаметре.Первая персональная выставка художника в Швейцарии состоялась в 1933 году в Базеле — после Берлина (1914), Парижа (1924) и Нью-Йорка (1925).

При этом, по сравнению с предыдущими, это был самый значительный ретроспективный показ картин Шагала — на выставке были представлены 172 работы. Потом, начиная с 1950-х, выставки Шагала проходили в Берне, Цюрихе, Женеве и не только.

С осени 2017-го работы Шагала снова в Базеле: до 21 января 2018 года в Музее изобразительных искусств работает выставка «Шагал — годы прорыва, 1911 — 1919».

Экспозиция получилась уникальной благодаря исключительной подборке его работ, находящихся в собраниях самого музея и коллекции коллекционера и ценителя искусств Карла Им Оберстега, который был одним из первых покупателей работ Шагала. Помимо этого, работы из своих коллекций для выставки представили МоМА, Музей Людвига (Кёльн), Сузей Соломона Гугенхайма (Нью-Йорк), парижский Центр Жоржа Помпиду, Русский музей (Санкт-Петербург), Государственная Третьяковская галерея, Музей Израиля (Иерусалим), Филадельфийский художественный музей, Художественная галерея Торонто, Музей Штеделя во Франкфурте-на-Майне и другие.

Название выставки не случайно. Марк Шагал нашёл свой стиль, свой путь в искусстве, когда жизнь его разрывалась между двумя противоположными мирами — его родным Витебском и Парижем, в котором он жил с 1911 по 1914 год.

Поэт Андре Бретон писал о Шагале в работе «Генезис и художественная перспектива сюрреализма»: «Тотальный лирический взрыв восходит к 1911 году. Именно с этого момента метафора, только у него, отмечает свой триумфальный вход в современную живопись».

Работы, созданные Марком Шагалом в первый парижский период, сочетают в себе воспоминания о русской провинции с известными видами французской столицы, которая была в то время и мировой столицей изобразительного искусства.

Помимо этого, работы Шагала представляют собой удивительный синтез фольклорного, примитивного искусства с новейшими стилистическими экспериментами, которые присутствовали в творчестве его парижских друзей — Пикассо, Робера и Сони Делоне, Жака Липшица.

В первом зале выставки, где представлены работы парижского периода, есть удивительный «Оммаж Гийому Аполлинеру» (1913), ещё одному парижскому другу Шагала, и двойной портрет Аполлинера с поэтом Блезом Сандраром (1911), чью авангардистскую поэму-коллаж «Проза о транссибирском экспрессе и маленькой Жанне Французской» иллюстрировала Соня Делоне.«Он спит Он проснулся Вдруг он пишет Он берёт церковь и пишет церковью Он берёт корову и пишет коровой Головами, руками, ножами Он пишет бычьим нервом Он пишет всеми нечистыми страстями еврейской деревушки Всей чрезмерной страстностью русской провинции… Для Франции…», — писал о Шагале Блез Сандрар.
«Его блестящие глаза дарили мне утешение», — писал о Сандраре Шагал.

Именно поэты Сандрар и Аполлинер стали в те годы ближайшими друзьями Шагала — хотя он и работал с 1912 по 1914 год в знаменитом «Улье», в котором было 140 ателье-студий художников. Именно Сандрар придумал названия к целому ряду знаковых работ Шагала: «Посвящение моей невесте», «России, ослам и другим», «Я и моя деревня», которые представлены на выставке.

Париж оказал важнейшее влияние на становление творческой манеры, художественного стиля Шагала. В автобиографии «Моя жизнь» он пишет: «Париж стал тем живительным источником, без которого мое творчество зачахло бы, как дерево без воды». «Здесь, в Лувре, перед полотнами Мане, Милле и других, я понял, почему никак не мог вписаться в русское искусство».

И, хотя в его работах появляются смелые, яркие цвета и новаторские приёмы, в Париже художник продолжает рисовать родной Витебск. «Однажды в Париже мне, наконец, удалось выразить радость, похожую на удовольствие от еды, которую я иногда чувствовал в России, — радость моих детских воспоминаний о Витебске», — писал Шагал.

На выставке в Базеле представлен целый ряд знаковых работ
первого парижского периода.

Фото в слайдере: работы Марка Шагала «Шабат» (1911), «Жёлтая комната» (1911), «Пара и козёл» (1911), «Мастерская» (1911), «Поэт, или половина четвёртого» (1911), «Мазин, поэт» (1911), «Святой кучер» (1912), «Свадьба» (1912), «Продавец скота» (1912), «Солдатское чаепитие» (1912−1913), «Летящая повозка» (1913).

Зато если уж на холст попадала Франция — то вся сразу. Представленную на выставке в Базеле картину «Париж из окна» (1913) можно читать справа налево, сверху вниз и наоборот.

Эйфелева башня, конечно, стала данью Делоне, окно играет роль границы между столь разными мирами, сам художник с двумя лицами смотрит и на Запад, и на Восток, а на него самого взирает прирученная муза — кот с человеческим профилем.

После успешной выставки в Германии, организованной в апреле 1914 года Гервартом Вальденом, издателем журнала «Der Sturm» и владельцем «Sturm-Galerie», — на выставку Шагал поехал с Сандраром, — он едет в родной Витебск.

Художник желает повидаться с любимой невестой и музой всей жизни, Бертой Розенфельд, которая вскоре сменила своё имя, став Беллой — именно под этим именем её знают все ценители творчества Шагала. Собственно, и сам Шагал стал Марком уже в Париже, а родился он Моисеем.Начавшаяся Первая мировая война лишает художника возможности вернуться в Париж. На восемь лет Шагал остаётся в России. В 1915 они с Беллой женятся, в 1916 рождается их единственная дочь Ида.

Брат Беллы Яков содействует освобождению Шагала от призыва на фронт и помогает с работой: художник получает место ответственного за обзор прессы в Военно-Промышленном комитете в Петрограде. Творчество Шагала в эти годы отражает его опыт и переживания. Из-под его кисти в эти годы выходят и виды родного Витебска, и портреты военных, и ряд религиозных работ.

Иллюстрация слева: «Красный еврей» (1915)

«…Шагал был среди тех, кого новая власть поначалу вдохновила. Ему более не указ напыщенные академики из отвергшей его Академии искусств. Да и социальная пропасть между дочерью ювелира и сыном приказчика рухнула. Захваченный свежими, как тогда казалось, переменами Марк Шагал даже некоторое время занимал пост уполномоченного по делам искусств в Витебской губернии. К первой годовщине Октября Шагалу поручено украсить город. Витебск был опутан бесконечными заборами. Более сотни городских маляров под руководством Марка Шагала раскрасили заборы, стены и все, на чем можно было рисовать. Такого граффити мир еще не видел…» — биография художника в Артхиве.

  • «Еврей в чёрно-белом» (1914)

В 1917-м по рекомендации Анатолия Луначарского, который бывал в мастерской художника ещё в Париже, Шагал возвращается в Витебск, где становится уполномоченным по делам искусств. Он работает над созданием первого в Витебске художественного музея и открывает там Народное художественное училище, куда приглашает для преподавания своего первого учителя Юделя Пэна, Эля Лисицкого и Казимира Малевича. Позже он перебирается в подмосковный посёлок Малаховка, где преподает живопись и литературу сиротам в еврейском приюте и оформляет для Еврейского камерного театра декорации к «Миниатюрам» Шолом-Алейхема, пишет настенные панно для театрального интерьера. И всё чаще мечтает о возвращении в Париж. В 1922-м они с Беллой и Идой через Вильнюс уедут в Берлин, а затем в Париж — уже навсегда.На выставке в Базеле представлены фотографии художника и его семьи; кроме того, целый зал отведён для фоторабот двух выдающихся фотографов еврейских местечек и еврейского быта — Романа Вишняка и Соломона Юдовина.

Помимо работ 1911−1919 годов на выставке демонстрируются также ряд более ранних и более поздних работ. Это «Автопортрет с кистями» (1909), «Моя невеста в чёрных перчатках» (1909), «Падающий ангел» (1923−1947).

Работа выставки продлится до 21 января 2018 года.Артхив: читайте нас в Телеграме и смотрите в Инстаграме

Текст, фото: Евгений Деменок.

Художники, упоминаемые в статьеБиография • Работы

Источник: https://artchive.ru/news/3101~Rannie_raboty_Marka_Shagala_pokazyvajut_v_Bazele

Ссылка на основную публикацию