«перед атакой. под плевной», верещагин — описание картины

Верещагин : Мир искусства

Февраль 13, 2013

Передовое русское искусство второй половины XIX века не исчерпывалось деятельностью передвижников. Некоторые крупные художники этого периода организационно не входили в Товарищество. Среди них должен быть в первую очередь назван Василий Васильевич Верещагин (1842–1904).

Его творческая позиция, в ряде существенных моментов совпадавшая с передвижнической, во многом отличалась от нее. Верещагин принадлежал к широкому крылу русской культуры, знаменем которой являлась борьба за научный прогресс, за цивилизацию.

Жизнь и творчество Верещагина дают яркое тому доказательство.

Верещагин родился в городе Череповце, бывшей Новгородской губернии, в дворянско-помещичьей семье. В 1860 году он окончил Морской корпус и в том же году поступил в Академию художеств. Обучение Верещагина в Академии шло весьма успешно.

В 1862 году им был представлен в Совет Академии эскиз на тему: «Избиение женихов Пенелопы возвратившимся Улиссом», за который получена вторая серебряная медаль. В 1863 году он сделал по этому эскизу большой картон сепией, удостоенный «похвалы Совета Академии».

Но неожиданно для всех Верещагин разрезал и сжег этот картон для того, чтобы «уже наверное не возвращаться к этой чепухе»,– как объяснял он свой поступок.

Под «чепухой» он разумел искусство условное, основанное на мифологических представлениях, не отвечающее нынешнему уровню научных знаний, трезвому взгляду на жизнь. Разрыв Верещагина с Академией явился вместе с тем выражением его стремления к полной независимости творчества от официальной опеки.

В период с середины 60-х по середину 80-х годов шло присоединение к России путем военного захвата феодальных государств Средней Азии – Кокандского ханства, Бухарского эмирата и Хивинского ханства.

В представлении Верещагина военный поход русского царизма преломился как столкновение европейской цивилизации с феодальной отсталостью. Естественно, что художник устремился к месту военных событий.

В 1867 году Верещагин совершил свою первую поездку в Туркестан. В 1869 году он был в Туркестане вторично. Результатом этих двух поездок явилось большое количество картин, написанных уже позже (1871–1872) в Париже, Ташкенте, Мюнхене и изображающих быт феодального Востока.

Из них в Третьяковской галерее представлены: «Самаркандский зиндан» (подземная тюрьма), эскиз картины 1873 года, «Политики в опиумной лавочке», «Хор дервишей, просящих милостыню», «Продажа ребенка-невольника» и другие.

Основной идеей всех этих картин являлось изображение проявлений средневекового варварства и косности – от курения опиума до работорговли.

Будучи в Туркестане, Верещагин добился своего зачисления в экспедицию генерала Кауфмана в качестве прапорщика. Он хотел вблизи увидеть войну и непосредственно участвовать в военных действиях. Фронтовые зарисовки художника послужили ему материалом для создания большой серии картин, написанных в течение 1871 – 1873 годов.

Смертельно раненный

Уже в серии 1871 – 1873 годов Верещагин поставил перед собой задачу изображения войны без прикрас, во всей ее суровой правде. Он хотел показать, как атакуют, штурмуют, обходят, берут в плен и умирают в действительности. В этом смысле чрезвычайно характерной является картина «Смертельно раненный» (1873). Картина эта изображает солдата, раненного в грудь.

Он выпустил из рук винтовку и, зажав рану обеими руками, бежит по кругу, словно стремясь в этом движении уйти от боли. Художник показывает, что последнее предсмертное движение человека может быть странным, неожиданным, не имеющим ничего общего с красивой позой.

Отметим здесь характерную для Верещагина черту, заключающуюся в том, что выразительность этой картины дана прежде всего в фигуре и движении умирающего солдата и в меньшей степени в выражении его лица. Самым капитальным произведением Верещагина туркестанского периода явился цикл картин, объединенных под общим названием «Варвары» (художник называл этот цикл поэмой).

Он распадается на части – первая из них состоит из трех картин: «Высматривают» (1873), «Нападают врасплох» (1871), «Окружили – преследуют» (1872).

Эти три картины, изображающие, по свидетельству самого художника, эпизоды, которые в действительности не были связаны между собой, расположены в серии таким образом, что воспринимаются как связный рассказ о судьбе одного из отрядов русской армии, погибшего в Туркестане. Следующие три картины переносят зрителя в стан победителей.

Первая из них – «Представляют трофеи» (1871–1872) – дает понять, чем кончилось сражение, перипетии которого были показаны в трех картинах первой части. Небольшой героический русский отряд был перебит. Затем, по старинному обычаю, у побежденных были отрублены головы и в виде трофеев представлены эмиру бухарскому. Этот момент, то есть представление трофеев эмиру, происходящее во дворце Тамерлана в Самарканде, и явился сюжетом картины.

Действие следующей картины, названной художником «Торжествуют» (1871–1872), происходит в Самарканде на площади Регистан перед зданием медресе Шир-Дор. Отрубленные головы русских воинов, водруженные на высокие шесты, выставлены на обозрение народа, слушающего проповедь муллы.

Основной тезис этой проповеди сформулирован в эпиграфе, данном художником к картине: «Так повелевает бог! Нет бога кроме бога». И наконец, третья картина изображает эмира и его двор у гробницы святого, когда они благодарят «всевышнего» за одержанную победу. Картина так и называется «У гробницы святого.

Благодарят всевышнего».

Лучшей из этих картин является «Торжествуют». Своеобразие восточного феодального города с его живописной толпой, величественной архитектурой под ярким небом с патриархальностью жизненного уклада убедительно передано художником. Однако замысел Верещагина был гораздо шире, чем простое воспроизведение этнографического облика азиатского города.

Этот замысел состоял в том, чтобы показать жестокость и изуверство феодальных обычаев. Свидетельствам тому должны были явиться отрубленные головы русских воинов, водруженные на шесты. Но содержание этой картины далеко не сразу раскрывается зрителю. Причина этого лежит в ее построении.

Художник не воспользовался композицией для того, чтобы выделить и подчеркнуть в картине те элементы, которые существенно важны для раскрытия ее содержания.

Из-за этого передний план оказался занятым второстепенными деталями, тогда как наиболее существенная для понимания смысла картины фигура муллы оказалась отодвинутой на второй план и написанной с тем же отношением, что и малозначащие подробности. Пестрота цвета, обусловленная характером точно передаваемой натуры, рассеивая внимание зрителя, также мешает ему сразу выделить в картине главное.

Торжествуют

С аналогичным недостатком в композиционных и колористических решениях мы встретимся и в других картинах Верещагина.

В этом, с одной стороны, сказалось унаследованное от Академии понимание композиции, главным образом, как средства создания формально уравновешенного целого, а с другой – стремление художника к протокольной точности изображения.

Для того, чтобы разъяснить смысл своих произведений, Верещагин был вынужден прибегать к эпиграфам, то есть своего рода литературным комментариям, которые он помещал на рамах.

В процессе работы над поэмой «Варвары» в мировоззрении Верещагина произошел существенный сдвиг. В план поэмы с самого начала входила картина, известная в настоящее время под названием «Апофеоз войны» (1871). Но по первоначальному замыслу она должна была называться «Торжество Тамерлана».

Художник имел в виду дать в ней обобщающий образ результатов воинственной деятельности древних азиатских завоевателей. События, разыгравшиеся в Европе в то время, когда Верещагин работал над своей поэмой, а именно франко-прусская война 1870 года, заставили художника расширить свой замысел.

Он дал картине название «Апофеоз войны» и, по-видимому, передвинул ее с предпоследнего места, которое она должна была занять в серии, на последнее. Такое перемещение вместе с изменением названия дало художнику возможность расширительного толкования образа картины.

На ней изображена пирамида человеческих, иссеченных саблями черепов, сложенная в степи, и кружащиеся над ней птицы.

Апофеоз войны

Можно предполагать, исходя из внутренней логики поэмы, что по первоначальному замыслу ее должна была завершать картина «У гробницы святого», рисующая превращение образа Тамерлана в объект религиозного культа.

Эпиграф к этой картине гласит: «Слава тебе, бог войн». Картина посвящается теперь уже не Тамерлану, но «всем великим завоевателям прошлого, настоящего и будущего», о чем гласит надпись, вырезанная на ее раме.

В 1874 году Верещагин совершил свою первую поездку в Индию и в 1876 году посетил ее еще раз, проявляя большой интерес к быту, людям, древней культуре. Результатом этих двух поездок явилось огромное количество превосходных этюдов, рисующих архитектуру, типы людей и природу Индии.

В их числе: «Монастырь Хемис в Ладаке», «Посмертные памятники в Ладаке», «Главный храм монастыря Тассидинг», «Буддийский храм в Дарджилинге», «Всадник в Джайпуре», «Всадник-воин в Джайпуре», «Повозка богатых людей в Дели», «Мавзолей Тадж-Махал в Агре», «Раджпугур. Мраморная, украшенная барельефами набережная на озере в Удайпуре» и многие другие.

На основании всех этих материалов художник предполагал создать большую серию картин, посвященную истории порабощения Индии Англией. Работа над этой серией была прервана начавшейся в 1876 году русско-турецкой войной. Верещагин не мог остаться равнодушным к этому событию и поспешил присоединиться к русской армии.

На основе материалов военных наблюдений, собранных художником в труднейших условиях и с постоянным риском для своей жизни, им было создано большое количество картин, изображающих различные эпизоды войны на Балканах.

Перед атакой. Под Плевной

К числу лучших картин Верещагина этой серии бесспорно относятся две: «Перед атакой. Под Плевной» (1877–1878) и «После атаки. Перевязочный пункт под Плевной» (1877–1878). В них художник попытался передать характер «большой войны».

Одну из важнейших особенностей этой войны, по сравнению с войнами прошлого, составляет участие в ней огромнейших человеческих масс, определяющее масштабы ее страшных последствий. Массовый характер современной войны был передам Верещагиным в картине «Перед атакой» через изображение бесконечных и однообразных цепей пехоты, залегших в ожидании сигнала к атаке.

Однообразие подчеркнуто в картине ритмом скаток, одинаково пересекающих наискось каждую солдатскую спину. Основное впечатление, которое производит картина,–впечатление будничной серости поля сражения, лишенного каких бы то ни было ярких красок, томительной скуки долгих часов ожидания боя, без какого бы то ни было воодушевления.

Показав в картине «Перед атакой» поле боя перед началом сражения, в картине «После атаки» Верещагин изобразил последствия состоявшегося боя. На обочине пыльной дороги расположился перевязочный пункт. Его палатки не вмещают огромного количества раненых, искалеченных людей.

Сидя и лежа, тесно прижавшись друг к другу, они расположились под открытым небом прямо на земле, заполнив собой все пространство картины. Внимание зрителей в особой степени привлекает солдат, стоящий на переднем плане в повязке, насквозь пропитанной кровью. Жестокая правда войны выступает в этой картине в своем обнаженном виде.

Читайте также:  Тополя, клод моне, 1892 - описание картины

После атаки. Перевязочный пункт под Плевной

Заключительной картиной балканской серии является «Шипка – Шейново» (1877–1878). Сюжетом для этого произведения послужил смотр, устроенный Скобелевым войскам после боя под Шипкой 9 января 1878 года, определившего победное окончание войны.

Таким образом, темой картины является тема победы, но решена она по-верещагински. Действие картины происходит на недавнем поле боя. Ее передний план усеян убитыми, позы которых как бы сохраняют в себе последние предсмертные движения людей.

Показывая торжество победы, Верещагин не позволяет забывать о цене, которой она была завоевана.

Шипка – Шейново

Ни одна из трех картин балканской серии не показывает самого боя. Отсутствие изображения таких моментов войны составляет характерную особенность не только балканской серии, но всей вообще батальной живописи Верещагина.

И это вытекало из основной задачи, которую ставил перед собой художник в изображении войны – показать, что на войне «на каждый час славы приходится 20, 30, 40 и, пожалуй, гораздо больше часов страданий и мучений всякого рода».

Бесспорно, что картины Верещагина, заключавшие в себе значительную долю правды о войне, и поныне не потеряли своего значения, ибо воспитывают ненависть к милитаризму, служат делу пропаганды идеи мирного разрешения международных конфликтов. И все же справедливость требует сказать, что Верещагиным была раскрыта не вся правда о войне.

Критикуя войну, Верещагин видел в ней прежде всего угрозу цивилизации. С этой точки зрения любая война, безотносительно к целям, должна быть отвергнута. Но ведь мы знаем, что бывают и справедливые войны, как, например, войны национально-освободительные. В своем отрицании войны Верещагин был ограничен пацифистскими идеями.

А это, в свою очередь, ограничивало его реализм, мешало ему показать всю правду о войне. Отдавая себе отчет в том, что составляло ограниченность общественной и художественной позиции Верещагина, мы уверенно можем выделить в его наследии то, что сделало его одним из крупнейших художников XIX века.

Это почти равная толстовской безбоязненность взгляда на жизнь, как бы страшна и горька ни была ее правда, исключительная честность художника в отношении к этой правде.

Ни его политические взгляды, ни его симпатии к европейской цивилизации, ни его личная дружба с генералом Скобелевым, а до этого с генералом Кауфманом не могли отвратить художника от разоблачения того, что он считал наростом варварства на цивилизации, то есть от разоблачения войны.

Именно этого и не могли простить Верещагину травившие его всю жизнь царские чиновники. Начавшаяся в 1904 году война России с Японией вновь призвала Верещагина, которому в это время было уже 62 года, на поле военных действий. Здесь он погиб при взрыве броненосца «Петропавловск», на борту которого находился вместе с адмиралом Макаровым.

Посуда ситон официальный сайт — каталог товаров москвы в разделе посуда benefit24.ru.

Багровые языки пламени, непроглядный мрак подземного царства, фантастические фигуры уродливых дьяволов – все

Мадонна Фиренце

Несмотря на наличие подписи, остается неясным, кто был автором эрмитажной хоругви. Существовало несколько

«Купающаяся в ручье женщина»

Этот интимный бытовой сюжет, не притязающий ни на какое философское или психологическое значение,

«Пейзаж с замком Стен»

Его могучий реализм, чуждый здесь внешним эффектам, захватывает нас проникновенной

Святой Себастьян

Юный, безбородый Себастьян, с густыми вьющимися волосами, голый, прикрытый лишь по чреслам, привязан

«Похищение сабиянок»

Кипучий темперамент великого фламандского мастера заставлял его весьма вольно обращаться

«Венера» Веласкеса

Настоящая известность «Венеры с зеркалом» началась с выставки испанской живописи, устроенной Королевской Академией

«Лавки» Снейдерса

Многообразие форм и красок, живой ритм, особый мажорный тон и яркая декоративность присущи каждой из этих картин,

Мастер женских полуфигур

Однако Мастер женских полуфигур выработал собственную индивидуальность

Творчество Артсена

Он обобщал формы, уменьшал количество деталей и мелочей в картине, стремился к ясности композиции. В образе

Нидерландская «Голгофа»

Четкие линии ограничивают контуры тел, контрасты света и тени выявляют их пластический

Исцеление иерихонского слепца

Христос, исцеляющий слепого, изображен в центре, но не на первом плане, а в глубине

Ночное кафе

В «Ночном кафе» – ощущение пустоты жизни и разобщенности людей. Оно выражено тем сильнее, что вера в жизнь

Едоки картофеля

Это программное произведение художника, он писал его с огромным увлечением и мыслил как вызов академическому

Портрет Томаса Мора

Широкий красивый лоб. Тесно сомкнутые губы. Человек действия? Безусловно. Но и умница, с живым любопытством

Юдифь

На ней была изображена молодая женщина, попирающая ногой мертвую голову врага. В глубокой задумчивости, держа

Фрески Дионисия

Оторвать от этих росписей взгляд невозможно. В них гармония и изящество, в них светлая праздничность, в них

Страшный суд

Страшный суд. Тот, на котором, по учению церкви, воздается всем: и праведникам и грешникам. Страшный, последний

Гентский алтарь

Краски, засиявшие на бессмертных картинах Яна ван Эйка, не имели себе равных. Они переливались, сверкали,

Тайны «Помолвки»

Таинство брака носило в средневековье несколько иной характер, чем ныне. Взаимное решение о вступлении в брак

Источник: http://ourarts.ru/?p=900

Верещагин: послание человечеству

17 мая 2017

Василий Верещагин изучил войну настолько хорошо, что мог бы написать о ней целую энциклопедию. И он написал — красками на холстах. В его картинах почти нет атак, маневров и помпезных парадов. Зато много такой войны, о которой не принято говорить.

Сам художник как-то сказал: «Я задумал наблюдать войну в различных видах и передать это правдиво. Факты, перенесенные на холст без прикрас, должны красноречиво говорить сами за себя». Сегодня творческое послание Верещагина актуально настолько, что от исторических и социальных параллелей становится не по себе.

В преддверии юбилея художника мы отобрали 10 самых страшных картин и рассказали, как правильно их «читать».

«Представляют трофеи»
1872 г. Холст, масло. 240×171 см. Государственная Третьяковская галерея.
Цикл «Варвары», Туркестанская серия

Изящные восточные колонны, залитый солнцем внутренний двор, нарядные одежды собравшихся — что ужасного в этой картине? Сама суть происходящего. В недавнем сражении солдаты эмира продемонстрировали отвагу и доблесть. Они только что прибыли ко двору с ценным трофеем.

Увы, это не золото и не захваченные знамена: у ног восточного владыки в кучу свалены отрезанные головы «неверных» — русских солдат, проигравших в битве. Потемневшие лица в запекшейся крови, отвратительная вонь разложения, от которой собравшиеся прикрываются рукавами халатов, — так выглядит сладкая победа.

Такова минута славы армии-победителя. Одна из голов подкатилась к ноге эмира, и он задумчиво разглядывает лицо мертвого врага. Картина «Представляют трофеи» вошла в цикл «Варвары», который Верещагин написал после возвращения из Туркестана, когда бухарский эмир объявил России джихад — священную войну.

Но может ли война быть священной, когда под твоими ногами отрезанные головы?

«Торжествуют»
1872 г. Холст, масло. 195,5×257 см. Государственная Третьяковская галерея.
Цикл «Варвары», Туркестанская серия

На площади перед величественным медресе Шердор в Самарканде собралась толпа. Одетый в белое мулла в центре читает проповедь. Люди празднуют, но что? Ответ становится очевидным, если приглядеться получше.

На шестах торчат головы солдат — почетный трофей армии эмира, выставленный на всеобщее обозрение. Их можно было бы совсем не заметить на фоне разноцветных орнаментов, залитых ярким солнцем. И все же они здесь, наблюдают за толпой, которая пиршествует буквально на костях.

На раме надпись: «Так повелевает Бог! Нет Бога, кроме Бога». 

«Подавление индийского восстания англичанами»
1884 г. Местонахождение неизвестно.
Серия «Три казни»

Эта утерянная картина имеет традиционную трактовку: английские солдаты казнят повстанцев во времена борьбы Индии за независимость от Британской империи. К дулу пушек привязаны мятежники. Вот-вот раздастся залп и несчастных разнесет на куски.

Казнь, которая называлась «дьявольский ветер», была жестока не только в физическом смысле. Для глубоко религиозного населения Индии страшнее, чем смерть, было «предстать пред высшим судьею в неполном, истерзанном виде, без головы, без рук, с недостатком членов».

Сложно придумать более унизительную расправу, учитывая и кастовость индийского общества: собранные после расстрела части тел хоронились все вместе, скопом. После того как Верещагин написал это полотно, британцы обвинили его в шпионаже.

Однако свою идею он передал точно: колониальная война, как и любая другая, делает из одних — хозяев, а из других — рабов.

«На Шипке все спокойно», триптих
1878–1879 гг. Холст, масло. Частные коллекции, Костромской государственный объединенный художественный музей.
Балканская серия

Три картины, объединенные одним сюжетом, рассказывают о последних часах жизни рядового солдата в период Русско-турецкой войны (1877–1878). Несмотря на снежную бурю и лютый холод, он до последнего вздоха держит пост на захваченном Шипкинском перевале: на третьей картине от него остается лишь сугроб да кончик торчащего из-под снега штыка.

Кажется, командование просто забыло про него и оставило на растерзание стихии. Этот триптих рассказывает о недобросовестности и безответственности руководителей армии, которые старательно скрывали настоящее положение дел.

Война здесь — не в прекрасных батальных сценах и глазах, горящих героизмом, а в непростительной беспечности командиров, которым дела нет до своих людей. Русские солдаты, охранявшие перевал, не только ежедневно подвергались обстрелам турок. Часто они попросту замерзали в снегу, так как не имели должной экипировки.

За период с сентября по декабрь 1877 года 700 человек выбыли из строя ранеными и убитыми, а больше 9000 — больными. Но разве генералам было до этого дело? «На Шипке все спокойно», — регулярно рапортовали командиры в столицу.

«Шипка — Шейново. Скобелев под Шипкой»
1878–1879 гг. Холст, масло. 147×299 см. Государственная Третьяковская галерея.
Балканская серия

Сражение за Шипкинский перевал произошло 9 января 1878 года и принесло русской армии долгожданную победу. Наконец закончилась изнурительная оборона, и пришло время героям ликовать.

Генерал Скобелев объезжает шеренги выживших с поздравлениями, и солдаты радостно подбрасывают в воздух шапки. Резво скачет белый конь, развевается победное знамя.

Только какая цена у этой победы? Веселье и радость победителей не так важны, раз на переднем плане оказались десятки окровавленных и изувеченных тел — русских и турецких солдат. В отличие от собратьев, они навсегда останутся в снегах под Шипкой.

Это полотно Верещагина вошло в Балканскую серию, посвященную событиям Русско-турецкой войны. Свою работу над циклом он описывал так: «Возьмешься писать, разрыдаешься, бросишь… За слезами ничего не видно…»

«Перед атакой. Под Плевной»
1881 г. Холст, масло. 179×401 см. Государственная Третьяковская галерея.
Балканская серия

Читайте также:  Якопо бассано — биография и картины

Командование отдало приказ о штурме Плевны. Войско готово начать наступление. Император Александр II вглядывается вдаль, адъютанты рассматривают врага в бинокль. Как ни парадоксально, командиры почти никогда не участвуют в сражении. Они только отдают приказы, посылая на смерть простых людей.

На этой картине Верещагина руководители армии даже не могут толком разглядеть происходящее. Они визуально отделены от войска и выглядывают «из-за угла».

В день атаки император наблюдал за сражением с «закусочной горы» — холма, где он со штабом отмечал именины и поднимал бокалы шампанского «за здоровье тех, которые там теперь дерутся».

После битвы художник возвращался к этому месту: «Везде валяются груды осколков гранат, кости солдат, забытые при погребении. Только на одной горе нет ни костей человеческих, ни кусков чугуна, зато до сих пор там валяются пробки и осколки бутылок шампанского — без шуток». 

«После атаки. Перевязочный пункт под Плевной»
1878–1881 гг. Холст, масло. 183×402 см. Государственная Третьяковская галерея.
Балканская серия

Третий штурм Плевны обернулся полным провалом — русская армия потеряла около 13 000 человек и была вынуждена временно отступить. В сражении погиб и Сергей Верещагин — родной брат художника.

Василий долго бродил среди разлагающихся тел погибших, стараясь его отыскать, и это зрелище произвело на него неизгладимое впечатление. Художник вспоминал о днях после сражения: «Число раненых было так велико, что превзошло все ожидания.

Все, что заготовлено, оказалось недостаточным.

«Победители»
1878–1879 гг. Холст, масло. 180×301 см. Киевский национальный музей русского искусства. 
Балканская серия

Еще одна картина о Русско-турецкой войне изображает финал битвы под Телишем, когда по вине командующих был почти полностью уничтожен русский полк. Снова на холсте тела погибших и немногочисленные выжившие. Но ужас этой картины не в унесенных смертью жертвах. Ужасна бесчеловечность тех, кто остался жить.

Победители-турки рыщут по карманам убитых — вдруг найдется что-то ценное? Тут же стягивают с еще теплых тел мундиры и сапоги и весело хохочут, забирая в плен одного из уцелевших. Война шокирует и замыливает глаз, и в какой-то момент жестокие поступки перестают казаться противоестественными.

Верещагин показывает неуважение к погибшим — пусть и врагам, но таким же людям, у которых дома остались дети и семьи. 

«Побежденные. Панихида»
1879 г. Холст, масло. 179,7×300,4 см. Государственная Третьяковская галерея

После окончания штурма Плевны и Русско-турецкой войны Верещагин написал: «Не могу выразить тяжесть впечатления, выносимого при объезде полей сражения в Болгарии. В особенности холмы, окружающие Плевну, давят воспоминаниями — это сплошные массы крестов, памятников, еще крестов и крестов без конца».

На картине «Панихида» война изображена как всепоглощающая смерть. Бледно-желтое поле до самого горизонта усеяно телами, и нет им конца и края. Две мрачные фигуры священника и командира, совершающие панихиду, — единственное живое, что здесь есть.

Небо в трауре льет горькие слезы по великой человеческой глупости, заставляющей раз за разом, из поколения в поколение затевать бессмысленные и жестокие войны.

«Апофеоз войны»
1871 г. Холст, масло. 127×197 см. Государственная Третьяковская галерея

Пожалуй, это самое известное полотно художника, которое венчает его творчество. На картине раскаленная пустыня, выжженный фруктовый сад, руины города — все, что осталось от некогда цветущего края. Стая стервятников кружится над этим кладбищем в поисках добычи.

Верещагин прекрасно знал человеческую анатомию и старательно выписал каждый череп в огромной пирамиде. Эти останки принадлежат не только солдатам: здесь и старики, и женщины, и дети. А значит, война касается всех. И уничтожает — всех. Эта работа — нравственная проповедь всем живущим и апофеоз философии Верещагина.

На раме адресная надпись: «Посвящается всем великим завоевателям — прошедшим, настоящим и будущим». 

Верещагин ненавидел войну, хотя всю жизнь самоотверженно писал только ее. Он погиб, делая зарисовки очередного сражения во время морского столкновения России и Японии. О своем творчестве он писал: «Существует немало других предметов, которые я изображал бы с гораздо большей охотой. Я всю свою жизнь горячо любил и хотел писать солнце».

Для справки

Увидеть вживую картины художника вы можете с 20 апреля по 24 июля в Государственном Русском музее на ретроспективной выставке «Василий Васильевич Верещагин. К 175-летию со дня рождения», генеральным спонсором которой выступает банк ВТБ.

Источник: https://vtbrussia.ru/culture/rm/vereshchagin-poslanie-chelovechestvu/

Неполиткорректный живописец ©

?Колотун-Бабай (v_murza) wrote,
2017-12-16 17:29:00Колотун-Бабай
v_murza
2017-12-16 17:29:00К ПРОШЕДШЕМУ 175-ЛЕТИЮ ВАСИЛИЯ ВАСИЛЬЕВИЧА ВЕРЕЩАГИНА (1842-1904)

«Верещагин не просто только художник, а нечто большее»,— так записал И.Н. Крамской после первого знакомства с его живописью.

Через несколько лет он скажет: «Несмотря на интерес его картинных собраний, сам автор во сто раз интереснее и поучительнее».26 октября исполнилось 175 лет со дна рождения Василия Васильевича Верещагина, крупнейшего русского художника. Его называют баталистом, что является неким упрощением, поскольку ему прекрасно удавались и портрет, и пейзаж.

Еще он был неутомимым путешественником, писателем, этнографом и военным разведчиком.В Русском музее с мая по июль были выставлены 150 его картин с этнографическими дополнениями. Выставка эта уже подзабылась, особо на фоне ажиотажа с Айвазовским. Отпустить уходящий 2017 год, не обратившись еще раз к работам Верещагина, положительно невозможно.

Как-то невыносимо актуальным стало сегодня его творчество.

ПАМЯТЬ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ

Морской корпус Петра Великого, что на Васильевском острове в Петербурге, является старейшим учебным заведением страны. На его фасаде целая галерея мемориальных досок, посвященных учившимся здесь мореплавателям, флотоводцам, ученым, адмиралам.

Среди них одна отличается от всех, и надпись на ней гласит: «Здесь учился и в 1860 году окончил полный курс Морского кадетского корпуса Василий Васильевич Верещагин, великий русский художник».

Все доски умыты и ухожены, эта единственная пребывает в плачевном состоянии: не очищена от пыли и грязи, во всю толщину мраморной плиты проходит поперечная трещина, другая наискосок у правого нижнего угла. Краска, заполнявшая контуры букв, почти полностью исчезла. Доска надломлена и в любой момент может свалиться прохожим на голову.

Вот, нашел ссылку оказывается, еще в июне Военно-морская академия им. Кузнецова грозилась эту доску восстановить. Правильно, господа офицеры! «Festina lente,— как говорил тов. Светоний — торопись медленно».

Василий Верещагин поступил в Морской кадетский корпус 9-ти лет отроду и закончил его первым по баллам в 1860 г. Лучшего гардемарина даже представили Вел. князю Константину Николаевичу. «Проси чего хочешь»,— обратился он к нему. Отличник попросил рапорт об отставке.

Гардемарин Василий Верещагин. Фото 1859 г. Все были в гневе, родители лишили его наследства. А он поступил в Академию художеств. Вскоре он и там прервет обучение и отправится повышать квалификацию в Париж — к Жану-Леону Жерому.В жизни Верещагина будет много загадок и парадоксов. Он участвовал во всех крупных войнах, которые вела Россия во второй половине XIX в. и был номинирован на Нобелевскую премию мира.Он объездил половину земного шара, десятилетиями жил в Париже, подолгу пребывал в Нью-Йорке, Токио и Стамбуле; был наиболее известным русским живописцем за рубежом, но самые сенсационные его картины пропали. Цензура запрещала его полотна, и ему позировал президент США Теодор Рузвельт. Верещагина, Георгиевского кавалера, обвиняли в антипатриотизме, и он погиб в 1904 г. в Порт-Артуре вместе с адмиралом С.О. Макаровым на борту броненосца «Петропавловск».

ФУРИИ ВОЙНЫ

«Я всю жизнь любил солнце и хотел писать солнце. И после того, как пришлось изведать войну и сказать о ней свое слово, я обрадовался, что могу посвятить себя солнцу. Но фурия войны вновь и вновь преследует меня» (© В.В.)В 1867 г. Верещагин был зачислен на службу в чине прапорщика и направлен во вновь присоединенные к России области Средней Азии в распоряжение генерал-губернатора К.П. Кауфмана. По Туркестану он путешествует в 1867-1868 гг. и в 1869-1870 гг. (уже в гражданской должности при штабе). Выполняя служебные задания, делает зарисовки с натуры, ведет путевой дневник, собирает этнографические коллекции и даже занимается археологическими раскопками.3 мая 1868 г. Верещагин прибыл в Самарканд, где в качестве секретаря принял участие в мирных переговорах с бухарскими послами, а уже в начале июня побежденный эмир бухарский Музаффар возобновил военные действия.2-го июня в город вошли бухарцы, взбунтовалось местное население. Горстке русских пришлось отойти в цитадель у западной стены города. Осаждающие огромными толпами бросились на стены цитадели, цепляясь за них железными кошками. Три попытки штурма были отбиты, был тяжело ранен командующий русским отрядом майор Альбедиль.Утром 3 июня штурм возобновился. Бухарцы, сломав остатки крепостных ворот, разобрали сооруженную русскими баррикаду и захватили пушку. Солдаты бросились в штыки, причем впереди всех был художник Василий Верещагин. После рукопашной осаждающие отступили. Еще 3 дня продолжались стычки, художник участвовал в 2-х вылазках из цитадели в лабиринт городских улочек и едва избежал смерти. И только 8 июня к Самарканду подошли войска генерала Кауфмана.За храбрость в бою Верещагин был награжден орденом Св. Георгия 4-й ст. Этот крест он с гордостью носил на своем гражданском сюртуке до конца жизни и не принял больше ни одной награды, отказавшись даже от звания профессора Императорской академии.Вот одни из первых работ Верещагина, посвященных войне.«После удачи» (1868)Это бухарские сарбазы собирают трофеи — отрезанные головы, одежду и оружие русских солдат. Кто такие сарбазы, вы знаете? Пехотинцы армии эмира, от персидского سرباز‎ — удалец, рискующий головой. Правильнее сказать, головорез.«После неудачи» (1868). Тут у сарбазов что-то пошло не так.

В воспоминаниях о туркестанской кампании художник писал: «Ужасны были тела тех нескольких солдат, …головы которых были глубоко вырезаны из плеч, чтобы ничего, вероятно, не потерять из доставшегося трофея.

Солдаты кучкой стояли кругом этих тел и решали, кто бы это мог быть — «Сидороу или Федороу» — и только по некоторым интимным знакам на шее земляки признали одного из них.

Читайте также:  Музей рериха в нью-йорке, сша

Известно, что за каждую доставленную голову убитого неприятеля выдается награда, преимущественно одеждой, и это не в одной Средней Азии… Этот случай дал мне также тему для небольшой картины, представляющей собирание в мешок голов убитых неприятелей…».

«Представляют трофеи» (1871).«Торжествуют» (1871-1872) — картина в заголовке поста, это ее фрагмент.На полотне центр Самарканда, медресе Шердор. Здесь активно идет проповедь о войне с неверными. Для антуража и поднятия боевого духа головы русских солдат насажены на шесты. Некое подобие ДАИШ (запрещен в РФ), существовавшее у границ Российской империи в XIX в.Что это, если не грозное предупреждение художника толерантным потомкам. Кои получили в итоге столь неприятное явление, как НМР — неомусульманский радикализм.После этих картин начинаешь понимать истинный смысл «Апофеоза войны», горы черепов с воронами. Приводить здесь общеизвестную работу мы не будем, а покажем пару жанровых картин.«Опиумоеды» (1868), без комментариев.«Портрет бачи» (1867-1868). Бача или батча – мальчик-танцор, для представлений наряженный в девочку, без комментариев.Вернемся к батальному. «У крепостной стены. «Пусть войдут» (1871-72) — эпизод обороны Самарканда.«У крепостной стены. «Вошли». Картина была уничтожена художником.«Забытый» (1871).Эпиграфом к этой картине служили строки печальной народной песни.

Ты скажи моей молодой вдове,Что женился я на другой жене,Нас сосватала сабля острая,

Положила спать мать сыра земля.

«Туркестанская серия» была с огромным успехом показана на выставке Верещагина в Лондоне в 1873 г. А на выставке 1874 г. в Петербурге художника обвинили в «клевете» на российскую армию. Возмутил «Забытый» и императора Александра II. Со всех сторон сыпались обвинения. В ответ художник вынимает из рам три картины — «Забытый», «Окружили — преследуют», «У крепостной стены. Вошли» — относит домой и сжигает.Правительство отказалось приобрести картины, позднее их купил Павел Третьяков.Чтобы разрядить обстановку, немного позитива из «Туркестанской серии». «Богатый киргизский охотник с соколом» (1871).Картина посвящена другу художника, офицеру РИА и предводителю киргизского племени Байтику Канаеву, с которым он познакомился в 1867 г., когда Канаев был приглашен в Петербург в числе 17 представителей Туркестана на торжественный прием у императора Александра II.«Проход Барскаун» (1869)Не дождавшись завершения петербургской выставки, Верещагин с супругой отплыл в Индию, где пробыл 2 года в путешествиях по этой огромной колонии. Англичане подозревали в бывшем морском офицере русского шпиона, но холсты Верещагина, созданные по итогам поездки, отличались полной аполитичностью. В апреле 1877 г. началась русско-турецкая война.

БАЛКАНСКАЯ СЕРИЯ. НОВЫЙ ИЕЗЕКИИЛЬ

Верещагин направляется в действующую армию, где причисляется к составу адъютантов главкома. В этой кампании он будет тяжело ранен, его будет оперировать и спасет от гангрены сам Николай Склифосовский.Балканская серия картин создавалась в Париже в 1878-1879 гг. на основе этюдов, привезенных из Болгарии.

В ней около 30 работ, объединенных в группы по основным эпизодам войны.«Перед атакой. Под Плевной» (1881)Отдан приказ о 3-м штурме Плевны.

Генерал и штабные офицеры рассматривают врага, бесконечная цепь русских солдат неудержимо стремится к турецкому редуту по желтому сжатому полю мимо изуродованных снарядами деревьев.«После атаки. Перевязочный пункт под Плевной» (1878–1881).

Русская армия потеряла около 13 тысяч чел.

и была вынуждена временно отступить. В сражении погиб Сергей Верещагин — родной брат художника. «Число раненых было так велико, что превзошло все ожидания. Все, что заготовлено, оказалось недостаточным…

Каждый из докторов работал за двоих, сестры милосердия оказали невознаградимые услуги в эти дни, и, несмотря на то, все-таки массы раненых по суткам оставались без перевязки и без пищи. Когда шел дождь, раненые промокали буквально насквозь, так как укрыться всем было негде»,— строки из воспоминаний художника.

Обратите внимание: на картине слева изображены турецкие раненые, которые ждут от наших врачей помощи.«Побежденные. Панихида» (1879). Здесь изображен эпизод несчастливой битвы под Телишем, которой Верещагин был свидетелем. Тогда по вине командующих был почти полностью уничтожен русский полк.

Тела убитых уже сливаются с землей, с горизонтом, облаками, сама живопись, коричнево-охристо-мглистая, дает ощутить это взаимопроникновение. Изображение поднимается до уровня мистерии. Один из европейских критиков заметил, что в этом полотне есть что-то уподобляющееся видению пророка Иезекииля.

«Была на мне рука Господа, и Господь вывел меня духом и поставил меня среди поля, и оно было полно костей, и обвел меня кругом около них, и вот весьма много их на поверхности поля, и вот они весьма сухи.

И сказал мне: сын человеческий! оживут ли кости сии? Я сказал: Господи Боже! Ты знаешь это» (Иез. 37, 1-3).

«На Шипке все спокойно», триптих (1878–1879).«На Шипке все спокойно», — так регулярно рапортовали командиры в имперскую столицу.

«ТРИЛОГИЯ КАЗНЕЙ»

Так называется цикл из трех картин, исполненный в середине 1880-х гг.: «Распятие на кресте у римлян», «Подавление индийского восстания англичанами» и «Казнь заговорщиков в России».

Расправа правительств над мятежниками с учетом местной специфики.

Работа над «Трилогией» началась со второй картины: «Этот сюжет проберёт не одну только английскую шкуру»,— строка из письма художника искусствоведу Владимиру Стасову.

Он оказался прав. Картина, изображавшая варварскую казнь «цивилизованными» англичанами мятежных сипаев — их разрывали на части пушечными выстрелами,— куда-то подевалась из американского музея лет сто назад: говорят, ее выкупили и уничтожили оскорбленные британцы.«Распятие на кресте у римлян».Это полотно вызвало весьма злые отклики клерикальных кругов, как в России, так и на Западе из-за несоответствия принятым канонам.«Казнь заговорщиков в России».Сложно найти даже фотографию этой картины приемлемого качества. На посмертной выставке Верещагина в 1904 г. она отсутствовала. В 1908 г. И.Е. Репин видел ее в музее петербургского Общества поощрения художеств повёрнутой лицом к стене, выставлять ее было запрещено. Картину приобрёл проживавший в России французский подданный Левитон, у которого ее отобрали полицейские власти, невзирая на протесты французского посла Палеолога.По имеющейся информации «Казнь заговорщиков в России» хранится в запасниках Музея политической истории и не выставлялась с 1920-х гг. Русский музей не смог ее получить «по техническим причинам».

ПАЛЕСТИНСКАЯ СЕРИЯ

Работа над Балканской серией тяжело повлияла на душевное и физическое состояние Верещагина. Он пытается отойти от военной темы, заявляя: «Больше батальных картин писать не буду — баста! Я слишком близко принимаю к сердцу то, что пишу; выплакиваю (буквально) горе каждого раненого и убитого».В начале 1884 г. художник отправляется с женой в новое путешествие — на Ближний Восток, чтобы восстановить душевные силы и набраться новых впечатлений. Поездка по Святой земле вдохновила его вновь приняться за работу. В путешествии он писал этюды с натуры, а дома создавал крупные произведения.«Стена Соломона» (1884–1885).«Старая еврейская могила близ Иерусалима» (1883-1884).«Русский отшельник на Иордане».В палестинскую серию входили и картины на Евангельские сюжеты, в частности, «Святое семейство» и «Воскресение Христово». Они принесли художнику немало неприятностей на выставке в Вене в 1885 г. Для начала оскорбился в религиозных чувствах князь-архиепископ Целестин-Иосиф, кардинал Гангльбауер. В ответ Верещагин выступил в прессе и подробно изложил свои рассуждения о евангельских текстах, предложив собрать Вселенский собор для разрешения спорных вопросов.Тогда в ход была пущена тяжелая артиллерия: гопники с бутылками разной едкой и вонючей дряни (ничего не напоминает?).

«Какой-то сумасшедший, проповедовавший перед моими картинами, все спрашивал мой адрес.

Другой, как ты знаешь, бросил витриоль, и хотя не столько испортил, сколько хотел, но все-таки несколько рам надо перезолотить, одну маленькую картинку переписать, 5 других поправить и в «Воскресенье» всю правую половину переписать, если только полотно не лопнет, так как местами кислота прошла через краску», — писал художник жене.

В итоге часть картин была безвозвратно утрачена. Например, вот это замечательное полотно «Святое семейство».

ШТУРМ ХОЛМА САН-ХУАН

Весною 1898 г. сорокалетний помощник министра военно-морских сил США Теодор Рузвельт сформировал из «золотой молодежи» и отчаянных сынов диких прерий добровольческий кавалерийский батальон Rough Riders (обычно переводится, как «Буйные всадники»). С этими парнями отправился покорять Кубу. Штурмом холма Сан-Хуан близ г.

Сантьяго-де-Куба (причем в пешем порядке), на котором окопались испанцы, будущий президент добыл себе чин полковника, всеобщее признание героя войны и безграничную любовь женщин, единодушно признавших его одним из храбрейших мужчин Америки.
Теодор Рузвельт, 1902 г.Верещагин узнал об этой истории в ходе своей выставки в США 1901-1902 гг.

Он обратился к президенту США с предложением написать картину и просьбой о личной встрече. Хозяин Белого дома к этой идее отнесся благосклонно. Рузвельт всегда гордился боевым опытом, приобретенным в испано-американской войне, и, как истинный янки, не упустил случая еще раз публично продемонстрировать эту гордость.

Верещагин задел самую отзывчивую струну в душе президента, за что и был вознагражден не только любезностью хозяина Белого дома, но и широкими полномочиями пребывания на закрытом для иностранцев мятежном острове. В феврале 1902 г. Василий Васильевич отправился на Кубу. Там он встречался с участниками знаменитого штурма, с которых написал несколько этюдов.

По возвращении в июне Верещагин подарил президенту две небольших картины: вид холма Сан-Хуан и морской пейзаж с затопленным испанским кораблем. Рузвельт в ответ преподнес художнику свою недавно изданную книгу «Буйные всадники».
В.Верещагин. Взятие Рузвельтом холма Сан-Хуан (эскиз) В итоге было создано грандиозное полотно (пять футов в ширину и девять в высоту).

С этой картиной вышла интересная история. Почему-то в России за нее принимают показанный выше эскиз, а где она в настоящее время находится, никто не знает.Так вот, по имеющейся у автора информации, само полотно пребывает в ресторане Duane’s Prime Steaks & Seafood Restaurant, 3649 Mission Inn Avenue, Riverside, CA.

Его изображения в сети нет, но картина хорошо видна на рекламном проспекте ресторана.
Источник фото.

Это не реклама! Обращаюсь к френдам из Северо-Американских Соединенных Штатов: друзья, если кого из вас занесет на Южную Калифорщину, сделайте доброе дело, сфотографируйте это полотно, выложите в сети скан приличного разрешения! Тогда будет закрыто еще одно белое пятно в судьбе творений замечательного русского художника Василия Васильевича Верещагина.

Основные источники:
1. Сайт http://veresh.ru
2. Дэвид ван дер Ойе. Завоевание Средней Азии на картинах В.В. Верещагина.

Источник: https://v-murza.livejournal.com/152335.html

Ссылка на основную публикацию