«водяной», теодор киттельсен — описание картины

Теодор Киттельсен (1857 — 1914)

В расовом наследии духа встречаются художники, музыканты, творцы, порой недооценённые, но тем не менее оставившие глубокий след в искусстве и богатое творческое наследие.

Теодор Киттельсен — один из таких европейских писателей и художников, что наиболее своеобразно выразили в своих картинах извечную Северную Традицию, который поднимался к вершинам выразительного искусства шаг за шагом, минуя непростые жизненные трудности. 

Теодор Киттельсен родился 27 апреля 1857 года в небольшом городке Крагерё в графстве Телемарк, Норвегия, в семье купца Йоханнеса Киттельсена, вторым из восьми детей. С детского возраста он приобщился к рисованию, однако вся его юность прошла под знаком борьбы за выживание.

После смерти отца в 11-летнем возрасте мальчик был вынужден искать себе работу, и был принят в качестве ученика часовых дел мастера.

Его жизнь изменилась в лучшую сторону только в 17 лет после знакомства с меценатом Дидрихом Марией Олом, который рассмотрел в молодом художнике-любителе недюжинный талант и оплатил его переезд в столицу Норвегии Кристианию (позднее получившую другое название Осло), обучение в школе художественного мастерства, а также посещение Королевского Колледжа. Щедрая финансовая поддержка со стороны мецената позволила Киттельсену спустя два года продолжить обучение в Мюнхене, где он продолжал оттачивать своё мастерство и профессиональные навыки.

В это время Киттельсен впервые начал зарабатывать в качестве иллюстратора немецких газет и журналов. Уже на этом этапе он начал нащупывать свой характерный стиль, который проявлялся не в монументальных полотнах, но, скорее, в создании иллюстрации и миниатюр, в которых, тем не менее, содержался порой целый мир, представленный в воображении художника.

Киттельсен писал: «Мне более всего по душе таинственное, сказочное и величественное в нашей природе, и если я не смогу впредь совмещать свою работу с разумным изучением природы, я боюсь, что невольно отупею в своих чувствах.

Мне становится всё более и более ясно, что я должен делать, у меня всё больше и больше идей — но я должен вернуться домой, иначе из этого ничего не выйдет».

 

В 1887 году после кратковременного посещения Парижа и возвращения в Мюнхен, Теодор Киттельсен возвратился в Норвегию, на этот раз навсегда.   Киттельсен писал: «Мне более всего по душе таинственное, сказочное и величественное в нашей природе, и если я не смогу впредь совмещать свою работу с разумным изучением природы, я боюсь, что невольно отупею в своих чувствах.

Мне становится всё более и более ясно, что я должен делать, у меня всё больше и больше идей — но я должен вернуться домой, иначе из этого ничего не выйдет».

  Первое время он жил со своей сестрой и её мужем, содержавшими стекольный магазинчик, а когда его зять получил должность смотрителя маяка на Лафотенских островах, отправился с ними в это живописное место, чтобы полностью посвятить себя творчеству. 

Здесь, на острове Скомвар (Лофотенские острова), местная природа вдохновляет и наталкивает его на создание нескольких серий рисунков, которые были изданы отдельными книгами (тексты написал также Киттельсен): «Жизнь в стеснённых обстоятельствах» (Fra Livet i de smaa Forholde, 1890), «С Лофотенских островов» (Fra Lofoten, 1890-1891) и «Колдовство» (Troldskab, 1892).

Семейство Киттельсенов неоднократно переезжало, живя в разных уголках Норвегии. Самым долгим и счастливым было пребывание в имении Лаувлиа в норвежской провинции Сигдал: там Теодор Киттельсен провел свои лучшие творческие годы.

В этот период Киттельсен был принят на работу для иллюстрации норвежских сказках (Norske Folkeeventyr), создав и многочисленные собственные произведения: «Черная Смерть»(Svartedauen), «В животном царстве», «Есть ли душа у животных?», в которой изобразил животных в антропоморфном варианте с человеческими повадками, что особенно характерно для его творчества. В руках норвежского мастера кисть и краски будто бы оживали, давая жизнь удивительным существам, приподнимая завесу призрачного мира, который незримо окружает нас, причём рисунки троллей в его исполнении вызвали такое восхищение, что и сегодня считаются их натуральным обликом. В 1908 году Теодор Киттельсен стал Рыцарем Королевского Норвежского ордена Святого Олафа. Тем не менее, из-за материальных трудностей он был вынужден продать и оставить своё имение в 1910 году, когда здоровье начало его подводить. Он получил стипендию художника в 1911 году, но умер в нужде в 1914 году. После себя он оставил не только множество рисунков, миниатюр и картин, но и девять детей, которых нажил со своей женой в счастливом браке. 

Творческое наследие Киттельсена и сегодня в значительной степени и остаётся недооценённым и недостаточно хорошо изученным – в основном известны лишь его изображения из «Волшебных сказок Норвегии», иллюстрации к Перу Гюнту, да сюжеты из книги про Чёрную Смерть.

Для профессиональных художников он остаётся прежде всего иллюстратором и это мешает по достоинству оценить его картины, которые исполнены в минималистичной манере и наполнены волшебством и чудесной мистикой природы, пропитаны глубокой ностальгией по одухотворённой жизни.

Зато в обложках многих альбомов металлических групп, таких как Burzum, Empyrium, Otyg и Carpathian Forest часто используются иллюстрации выдающегося норвежского мастера. 

Fattigmannen, 1894-95 (Нищий) Картины и изображения Киттельсена создали мир, в котором человек не занимает ведущего положения, но отступает на задний план, являясь лишь малой частью тех сил, которые действуют в природе, согласно его признанию: «Мы любим тебя, глухой, тёмный лес, таким, какой ты есть, — сильным и мрачным. Ты — наша любимая книжка с картинками — вот белка грызёт шишку, синица выглядывает из сосновых веток, медведь ревёт в рощице. И лесной тролль идёт, тяжело ступая и держа голову высоко над верхушками деревьев». 

Sjøtrollet, 1887 (Морской тролль)

Nøkken, 1887-92 (Водяной)

Источник: http://wotanjugend.info/kittelsen

Народный фольклор — Волшебные сказки Норвегии (илл. Теодор Киттельсен)

Здесь можно скачать бесплатно «Народный фольклор — Волшебные сказки Норвегии (илл. Теодор Киттельсен)» в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Сказка, издательство РИПОЛ классик, год 2011.

Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте

Описание и краткое содержание «Волшебные сказки Норвегии (илл. Теодор Киттельсен)» читать бесплатно онлайн.

Норвегия — самая северная страна, полная таинственной магии, овеянная легендами и сказками, обитель необузданной силы Природы. Глубоко и талантливо красоту и волшебство родной земли передал самый любимый художник Норвегии Теодор Северин Киттельсен (1857–1914).

Его иллюстрации — это путеводная нить в мир северных преданий, в которых живут огромные и неуклюжие Тролли, добрые и иногда очень капризные Ниссе, опасные Водяные, заколдованные девы Хюльдры, злые Ведьмы и бессмертные, величественные Драконы.

В книге собраны наиболее известные и красивые сказки, проиллюстрированные Теодором Киттельсеном.

Волшебные сказки Норвегии

Художник Т. Киттельсен. Составитель Е. Рачинская

Теодор Северин Киттельсен. Для любого норвежца имя этого художника звучит как приглашение в сказку. Сказку высоких, неприступных гор, каменистых плоскогорий, глухих дремучих лесов, таинственных озёр и — моря, бесконечного и переменчивого, как сама царица-природа, наделившая художника бесценным даром видеть загадочное и необыкновенное — всё, что скрывает она в своих чертогах…

27 апреля 1857 года в маленьком приморском городке Крагерё, что в Южной Норвегии, в купеческой семье родился мальчик, и назвали его родители Теодор Северин. Семья была зажиточной, весёлой, дружной, и рос Теодор в окружении семи братьев и сестёр, не зная забот и печалей.

Вместе с друзьями исследовал он окрестные леса, где запросто можно было встретить огромного лесного тролля, вглядывался в озёрца, где в глубине притаился коварный водяной нёкк. Подолгу мог стоять Теодор, любуясь прекрасными цветами и забывая обо всём на свете.

А больше всего мальчика влекли к себе море, загадочные островки и скалы, разбросанные вдоль побережья, и корабли — ведь город был торговый, в порту стояло множество судов из разных стран.

Друзья любили собираться на крыльце одной из местных купеческих лавок и рассказывать страшные истории. Непогода, море бушует, скрипят корабельные мачты.

До жути хорошо лежать потом ночью, вслушиваться в шторм и представлять себе кораблекрушения, морского царя хавмана, играющего на арфе на морском дне… Казалось бы, мальчишка как мальчишка. Да не совсем.

С детства умел Теодор подмечать всё необычное, странное, смешное, и не только подмечать, но и зарисовывать. Особенно удавались ему карикатуры на горожан.

Постепенно в душе мальчика зрела мечта — стать художником. Но на пути к этой мечте ему, как настоящему сказочному герою, пришлось пройти не одно испытание.

Когда Теодору исполнилось одиннадцать лет, умер его отец. Семья потеряла кормильца, и мальчику пришлось самому зарабатывать на жизнь. Кем только не работал Теодор: и помощником часовщика в родном городке, и подмастерьем маляра в столице, носившей тогда название Кристиания, пока волею судеб не оказался в соседнем городе Арендале.

Там он поступил учеником к немцу-часовщику Штейну. Хозяин только вздыхал да охал: «Ну какой из тебя выйдет часовщик, если ты всё время только и делаешь, что мечтаешь!» Однако рисунки Теодора так ему нравились, что в один прекрасный день он собрал их и отнёс показать одному из самых знатных горожан.

Читайте также:  Расставание, эдвард мунк, 1896

Известный покровитель искусств Дидерик Мария Олл сразу оценил талант Киттельсена и пригласил его к себе. Так Теодор встретился со своим волшебным помощником. Убедившись в решимости юноши стать художником, Олл объявил, что собрал необходимые средства и теперь Киттельсен должен немедля отправляться в Кристианию учиться.

Теодор не мог поверить своему счастью и в волнении принялся благодарить своего благодетеля.

Но как бы то ни было, а сказка стала реальностью, и осенью 1874 года семнадцатилетний Киттельсен уже приступил к занятиям в художественной школе архитектора Вильгельма фон Ханно, а по вечерам брал уроки рисования с натуры у известного скульптора Юлиуса Миддельтуна.

За два года в Кристиании Теодор многому научился.

Но как станешь настоящим художником, не поучившись за границей! В те времена в Норвегии столицей изобразительного искусства считался Мюнхен, вот добрые учителя Теодора и похлопотали за него перед Оллом, который с радостью отправил юное дарование в Мюнхенскую академию художеств.

Два года в Мюнхене стали одними из самых безоблачных в жизни Киттельсена. Здесь он обрёл много новых друзей среди земляков-однокашников, здесь судьба свела его с Эриком Вереншёллом, вместе с которым он будет иллюстрировать норвежские народные сказки.

В местных кабачках зоркий глаз художника находил множество забавных типажей и характеров для своих карикатур, а в окрестных Альпах — прекрасные виды для пейзажей.

Здесь Киттельсену пришла идея проиллюстрировать знаменитую драматическую поэму Хенрика Ибсена «Пер Гюнт».

Тем горше было, когда в 1879 году пришло известие, что Дидерик Мария Олл больше не в состоянии оплачивать пребывание Киттельсена за границей, и в 1880 году Теодор вернулся домой. Но, как и в каждой сказке, не бывает худа без добра.

В Норвегии тем временем только что вышло первое иллюстрированное собрание норвежских народных сказок Петера Кристена Асбьёрнсена и Иогена Му, которых по праву называют норвежскими братьями Гримм. Оно принесло славу художнику-иллюстратору Эрику Вереншёллу.

Неутомимые собиратели сказок уже планировали следующее издание, и Вереншёлл предложил в качестве иллюстратора кандидатуру своего однокашника Киттельсена. Правда, Асбьёрнсен после знакомства с его работами выразил опасение, как бы такие рисунки не напугали детей, но его сомнения не оправдались.

Время подтвердило: если кто из норвежских художников и может рисовать волшебных существ будто с натуры, то только Киттельсен.

Отныне в жизни Теодора сказка и действительность соединяются навсегда, а кроме того, становится ясна его судьба — он будет иллюстрировать книги. Однако к иллюстрации народных сказок художник снова вернётся только через долгие двадцать лет. А пока продолжаются его путешествия по миру.

В 1883 году Киттельсен получает стипендию и едет в Париж, но, не прижившись там, снова отправляется в Мюнхен. За границей ему приходится нелегко — денежные невзгоды ещё можно было бы перетерпеть, хотя ему временами и приходится голодать, но вот тоска по родине становится нестерпимой.

«Мне более всего по душе таинственное, сказочное и величественное в нашей природе, и, если я не смогу впредь совмещать свою работу с разумным изучением природы, боюсь, я невольно отупею в своих чувствах. Мне становится всё яснее, что я должен делать, у меня всё больше и больше идей — но мне необходимо вернуться домой, иначе из этого ничего не выйдет», — пишет он в письме Андреасу Ауберту.

И снова на помощь приходят друзья. Они собирают деньги на билет, и весной 1887 года Теодор возвращается на родину.

А там Киттельсена ждёт новое путешествие, на сей раз в настоящую сказку. В 1887 году мужу его сестры предлагают место смотрителя маяка на самом севере Норвегии, на Лофотенских островах, и Теодор отправляется с ними.

На крохотном, обдуваемом всеми ветрами островке Скумвэр Теодор продолжает работу над иллюстрациями к «Перу Гюнту», а главное, создаёт свою самую сказочную книгу «Волшебство».

В ней в полной мере раскрывается дар художника видеть существ, издревле обитающих по соседству с людьми: на хуторе, в дремучих лесах, в непроходимых горах, в рокочущих водопадах, в тихих лесных озёрах и в бурлящем штормовом море.

В этой книге благодаря Теодору Киттельсену мы знакомимся с норвежским домовым ниссе; со скрытым народцем, живущим в своём, но так похожем на людской, мире; с коварной обитательницей норвежских лесов красавицей хюльдрой; с вселяющим ужас духом утопленников драугом, чей крик предвещает рыбакам скорую гибель; с королями царства гор великанами-ютулами и конечно же с троллями. Художник не только пишет «портреты» фольклорных персонажей, но и сочиняет про каждого из них истории, основанные на быличках и преданиях, а их уже не одно поколение норвежцев считает самой что ни на есть взаправдашней правдой.

Суровая и таинственная северная природа и живущие там мужественные люди вдохновляют Киттельсена на создание ещё двух книг — серии пейзажей и бытовых зарисовок «С Лофотенских островов» I и II, в которых находит своё выражение его талант художника и рассказчика.

Пока книги ждут своего часа, чтобы встретиться с читателем («С Лофотенских островов» были изданы в 1890–1891 годах, а «Волшебство» — в 1892 году), Киттельсен уезжает на юг страны, где продолжает писать пейзажи. А сказка идёт за ним по пятам.

В 1889 году Теодор встречает свою принцессу, уроженку, пожалуй, одного из самых сказочных городков Норвегии Дрёбака, считающегося родиной юлениссе, норвежского Деда Мороза. Инга Кристине Дал на одиннадцать лет моложе своего избранника, однако, несомненно, обладает всеми необходимыми талантами, чтобы стать спутницей жизни художника и разделить его непростую судьбу.

Их брак становится настоящим благословением, и у счастливых родителей один за другим появляются на свет девять детей.

У Киттельсена начинается самый плодотворный период творчества.

Он много выставляется, готовит к изданию альбом «Времена года» (1890), серию акварельных пейзажей «Йомфруланн» (1893), возвращается к своей любимой карикатуре и анималистике в альбоме «Есть ли у животных душа?» (1894), создаёт один из шедевров графического искусства — книгу «Чёрная смерть» (1900), пишет пейзажи, среди которых стоит особо упомянуть серию «Тирилиль Тове» (1900), где каждое дерево, сук, корень или пень буквально оживают и превращаются в сказочное существо, выполняет заказ для оформления здания только что построенной на водопаде Рьюкан гидроэлектростанции (1907), иллюстрирует книги, в том числе и народные сказки. В 1908 году Киттельсен становится кавалером ордена Святого Улава, высшей государственной награды Норвегии.

Источник: https://www.libfox.ru/345601-narodnyy-folklor-volshebnye-skazki-norvegii-ill-teodor-kittelsen.html

История Теодора Киттельсена, самого загадочного и мрачного художника Норвегии

В честь 160-летия норвежского художника, графика и иллюстратора Теодора Киттельсена сегодня Google изменил свою обложку, включив в дудл одну из его картин — «Водяной».

Весь мир знает художника по его рисункам мифологических персонажей и считает его создателем троллей — таких, какими мы их сейчас представляем.

Фигурки троллей в Норвегии, сделанные по рисункам Киттельсена, — популярный сувенир среди туристов.

Теодор Киттельсен, автопортрет.

Теодор Северин Киттельсен родился 27 апреля 1857 года в городке под названием Крагерё в семье купца. Он рисовал с детства. Его отец рано умер, и ему пришлось начать работать, чтобы прокормить братьев и сестер.

Будущий художник работал помощником маляра, помощником часовщика, а затем познакомился с состоятельным меценатом и любителем искусства Дидрихом Марией Олом. Именно он помог Киттельсену поступить в художественную школу в тогдашней столице Норвегии Кристиании.

Там Теодор отучился два года, а затем отправился продолжать получать образование в Мюнхен.

«Лесной тролль», 1906.

Киттельсен одновременно учился и рисовал картины. Три года спустя у него начались финансовые трудности, так как Ол больше не мог его финансово поддерживать. Продажа картин не приносила много денег, а связи с известными художниками в Германии не особенно помогали прокормиться. В возрасте 30 лет Теодор вернулся в Норвегию и больше никогда надолго не уезжал.

«Водяной», 1887-1892.

Через два года художник познакомился с девушкой на 10 лет моложе его, и через какое-то время они поженились. Киттельсен рисовал иллюстрации к норвежским сказкам и мифам, природу родной страны, крестьянский быт, а также картины на тему исторических событий в Европе.

«Страшный, жуткий, шуршащий, шумный», 1900.

Черпая вдохновение в природе Норвегии, Теодор Киттельсен создал несколько серий иллюстраций, которые легли в основу его книг. В таких изданиях, как «Колдовство», «Жизнь в стесненных обстоятельствах» и «С Лофотенских островов», художник не только стал автором иллюстраций, но и написал текст.

«Нищий», 1894-1895.

В 1908 году Киттельсен получил высшую государственную награду в Норвегии — орден Святого Олафа.

Но хотя его труд оказался признанным и востребованным, художник жил в бедности и, несмотря на болезнь, работал до последних дней жизни, пытаясь прокормить семью. Он умер 21 января 1914 года в возрасте 56 лет.

В памяти всего мира он остается как автор самых загадочных, мрачных и удивительно завораживающих иллюстраций к нордическому фольклору.

Источник: http://www.ucnews.ru/detail/1527600456652907

Киттельсен, Теодор Северин — Сонькин чердак

Теодор Северин Киттельсен (1857-1914) – норвежский художник, иллюстратор сказок. 

Читайте также:  «200 однодолларовых купюр», энди уорхол — описание картины

“Мне более всего по душе таинственное, сказочное и величественное в нашей природе, и если я не смогу впредь совмещать свою работу с разумным изучением природы, я боюсь, что невольно отупею в своих чувствах.”

Киттельсен родился в маленьком городке Крагерё (Kragerø) в семье купца, вторым из восьми детей. С детского возраста он начал рисовать. Поскольку отец рано умер, Киттельсен с раннего возраста был вынужден работать. В том числе он на короткое время ездил в столицу Норвегии Кристианию работать учеником маляра.

Когда Киттельсен работал учеником часовщика, его хозяин познакомил Киттельсена с состоятельным меценатом и любителем искусства Дидрихом Марией Олом (Diderich Maria Aall), который помог ему поступить в школу искусств в Кристиании и оплатил обучение. Киттельсен учился в Кристиании два года, после чего отправился в Мюнхен, чтобы продолжить обучение, снова за счёт Ола.

Через три года у Киттельсена начались финансовые затруднения, так как Ол больше не мог его обеспечивать. Картины приносили мало денег. В результате он вынужден был вернуться в Норвегию. Тогда же Киттельсен отслужил в армии.

После армии благодаря стипендии он на короткое время смог поехать в Париж, а затем снова в Мюнхен.

В 1883 году Киттельсен совместно с немецкими художниками Эриком Вереншёллем и Отто Синдингом получил заказ на иллюстрации к трёхтомному изданию норвежских народных сказок.

Поскольку Киттельсен сильно тосковал по родине, в 1887 году он вернулся в Норвегию и больше её не покидал. Он получил работу смотрителя маяка на острове Скомвар (Лофотенские острова). 

Рисунок морского тролля, несомненно, был одним из первых, навеянных пейзажами Нурланна — северо-восточной части Норвегии.

Встреча с троллем — сюжет многих норвежских историй, одна из них послужила тематикой картины Киттельсена. Это история о Йохане Перса и Элиасе Нильса, об их встрече с морским троллем.

В конце истории Элиас нашел на одной из шхер огромный камень и в гневе сбросил его в море, и тут:

“Едва он упал в воду, как стал стремительно увеличиваться, он рос и рос и

вскоре из морской пучины поднялось ужасное чудовище, которое раскрыло свои огромные челюсти, настолько огромные, как открытый гроб, и прорычало: “Ну-ка, попробуй плюнуть мне в лицо еще раз, Элиас, но позволь мне сказать тебе…”

Другие рисунки из книги “Колдовство” посвящены персонажам норвежского фольклора и народных преданий.

Водяной тролль, питающийся только молодыми девушками

В 1889 году Киттельсен познакомился с девушкой по имени Инга Кристине Дал, которая была на десять лет моложе его. Очень скоро они поженились.

В 1890-е гг. Киттельсен выпускает целый ряд книг, самой значительной из которых считается “Чёрная Смерть” (Svartedauen). В ней художник воспроизвёл самый драматичный период истории страны, когда под угрозой оказалось само существование норвежцев как нации.

“Чёрная Смерть” — это пятнадцать поэм с иллюстрациями, в большинстве своём целиком созданные самим Киттельсеном. 

из цикла “Черная смерть” Чума идет

из цикла “Черная смерть” Она гуляет по стране




Образ главной героини — самой Чумы, с метлой и граблями опустошающей города и сёла — был навеян не только фольклором, но и реальными обстоятельствами жизни Киттельсена. В первые месяцы после женитьбы они с Ингой жили в доме в Скатей, недалеко от тех мест, где родился художник. 

Там им повстречалась старуха, столь же безобразная внешне, сколь и мерзкая по характеру. В округе её так и звали «Чума». В “Книге забвения” (Glemmebogen) он пишет: 

“Она была маленькая и сгорбленная, лицо её было зеленовато-жёлтое с чёрными пятнами. Глаза её смотрели искоса, тёмные и беспокойные, глазницы глубоко вдавались в череп.

Время от времени странный, зловещий свет вспыхивал в них, и они начинали быстро сверкать сразу во все стороны, так что было невозможно поймать её взгляд. Голова ее тряслась вверх-вниз, рот рывками двигался при разговоре — остро, ожесточённо.

Она была хуже, чем сама чума, подумалось мне, и я взял её имя, чтобы назвать им Чёрную Смерть”. 

Из цикла «Чёрная Смерть», Чума на лестнице

 “Чума на Лестнице” – кульминация “Чёрной Смерти”, где странная, головокружительная перспектива рисунка необычайно усиливают исходящее от него ощущение ужаса. И в плане темы, и в манере исполнения этот рисунок занимает особенное место во всём творчестве Киттельсена.

Из других книг Киттельсена следует отметить цикл «Есть ли душа у животных?» (Har Dyrene Sjæl?, 1893-94), продолжающий сатирическую линию в творчестве художника.

Жабы, лягушки, птицы, насекомые изображены здесь в ситуациях, весьма характерных для человеческой жизни: праздники, пирушки, сватовства, детские игры — и сами служат гротескными иллюстрациями свойств и типов человеческого характера. 

Цикл «Тиририль Тове» (Tirilil Tove) погружает нас в мир природных таинств. Зоркий глаз художника, всматриваясь в, казалось бы, обыкновенные пни, деревья и корни, видит в них пугающие и завораживающие образы лесных и горных обитателей. Грань между реальным и фантастическим практически невидима. 

В 1908 году Киттельсен был награждён Орденом Святого Олафа — высшей наградой Норвегии. В 1911 году он написал автобиографию «Люди и тролли, воспоминания и грёзы. Автобиография» (Folk og Trold, minder og drømme).

В 1910 году местный банк отказал семейству Киттельсенов в поддержке, и они с болью в сердце вынуждены были продать свой дом в Лаувлиа — дом, где каждая половица была пропитана их духом, духом Искусства.

Последние годы художник и его семья жили сначала в пригороде Осло, а затем в местечке Йелойа (Мосс).

Несмотря на одолевавшую его болезнь и тяжкое сознание того, что он не в силах прокормить свою семью, Киттельсен работал до последних дней. 

Тролль моет своё дитя

Тролль-птицы сражаются в чащобе

Водяной в облике белой лошади 1909

Чары альвовЛесной тролль Водопад Рьюкан. 1908

Как ниссе кота вокруг пальца обвел! 1887-1892.

Тролль,задумавшийся над тем,сколько ему лет 1911.

Т. Киттельсен. Дракон, охраняющий сокровища. 1892Т. Киттельсен. Дух водопада. 1887-1892Из книги Замок Сория Мория На пир в замок троллей 1904

Умирающий горный тролль 1905г

Источник: https://sites.google.com/site/sonkincerdak/iskusstvo/illustracii/kittelsen-teodor-severin

Никсы. Нэкк — скандинавский водяной

?annablaze (annablaze) wrote,
2006-10-30 02:31:00annablaze
annablaze
2006-10-30 02:31:00Итак, никсы (Nix, Nixe). В широком смысле слова — все германо-скандинавские водяные и водяницы, какие только есть.

Э-э-э… много картинок 🙂
Слово никс (никса) происходит от англосаксонского nicor («водяной дух, водяное чудовище»; в «Беовульфе» nicor называется чудовищная мать Гренделя, обитающая на дне морском) и древневерхненемецкого nihhus («водяной») и nihhusa («водяница»).

Все эти слова восходят к общему праиндоевропейскому корню *nigw- со значением «купать(ся), мыть(ся)», в древних германских языках входившего в состав названий крупных водяных животных (например, nihhus — «крокодил» или «гиппопотам»). Слово Nixie в английском языке — заимствование из немецкого, впервые употребленное в 1816 году Вальтером Скоттом.

Шведские никсы называются нэккен или ноккен (Näcken, Nøkken, от того же корня, что и никсы); они же — стромкарлен (Strömkarlen, от ström — «быстрый поток» и karl — «человек»), акарлен (Åkarlen) или форскарлен (Forskarlen, от fors — «водопад»).

В Норвегии нэкк известен под названием грим (Grim) или фоссегрим (Fosse-Grim, от foss — «водопад») (не путать с другим норвежским гримом — духом, обитающим в церквях и на кладбищах).

Это водяной дух в мужском облике, обитающий в ручьях и озерах, чаще всего у мостов, мельниц и водопадов. В скандинавских народных сказках нэккен упоминаются с XII века.Как выглядит нэкк на самом деле, сказать сложно, потому что одно из главных его свойств — оборотничество.

Быть может, истинного лица у него и нет вовсе. Чаще всего он является в облике красивого молодого мужчины в венке из листьев или водорослей, играющего на скрипке посреди ручья или у водопада. В старинных преданиях он нарядно одет, по более современным версиям — обнажен.

У него большие раскосые глаза и длинные волосы, зеленые, синие, черные или золотые.

«Стромкарл» (1884) шведского художника Эрнста Юсефсона (1851—1906):Его же эскиз к картине «Нэкк» (1889):И — великолепный «Нэкк» в завершенном виде (1890):«Форскарл» (1933) Юхана Лундквиста (1882—1972), статуя, украшающая фонтан в Лахольме (Швеция):«Нэкк» шведского скульптора Стига Бломберга (1901—1970)«Нэккен» Брора Хьорта (1894—1968)Иногда нэкк показывается в виде старичка в красной шапке и с длинной белой бородой, или с зелеными волосами и бородой из водорослей (в отличие от безбородых молодых нэккен). По некоторым версиям, на одной ноге у него лошадиное копыто вместо ступни; по другим — между пальцами ног перепонки, как у лягушки.Норвежские фоссегрим, обитающие под водопадами и у мельниц, чаще бывают уродливы, но они тоже очень искусны в игре на скрипке.

Читайте также:  Ярмарка в гавре, альбер марке - описание

Вот «чудовищный», но очень симпатичный «Нэкк» (1904) норвежского художника Теодора Киттельсена (1857—1914), чем-то смахивающий на речного духа до купания из миядзаковских «Унесенных призраками»:

Бывает, что нэкк прикидывается каким-нибудь предметом, плавающим в воде, или грудой сокровищ, лежащей на берегу. А порой оборачивается животным — чаще всего «речной лошадью» (о которой мы еще поговорим в отдельном посте), но иногда и быком, кошкой или собакой. Это вот нэкк в самой современной трактовке Энн-Кэтрин Лоо (2005):Встретить нэккен можно в канун середины лета или в ночь перед Рождеством, а кроме того, они показываются людям по четвергам. Иногда нэкк даже и не показывается, а только подает голос — кричит, как гагара. Считается, что в том месте озера или реки, откуда донесся его крик, вскоре кто-нибудь утонет.Играя на скрипке волшебные песни, нэккен заманивают в воду и топят женщин (особенно незамужних и беременных) и детей (особенно некрещеных). Для защиты от нэкка, прежде чем идти купаться, следует воткнуть нож в землю на берегу.Иногда нэккен соблазняют молодых женщин и приходят к ним в дом, но подобные союзы не бывают прочными: в конце концов нэкк возвращается в свой водопад или ручей, так как не может долго жить вдали от воды.(Это картины Юхана Бауэра, 1882—1917, замечательного шведского художника-иллюстратора, которого вообще важно знать каждому 🙂

Startsida

http://runeberg.org/jbauer/
http://runeberg.org/gudasaga/Кстати о нэккен… Бауэр в тридцать пять лет утонул вместе с женой и маленьким сыном на переправе через озеро Ваттерн.)

Более распространен сюжет, когда нэкк забирает свою возлюбленную в свое подводное жилище. Но в этом случае женщина сама покидает его — как, например, в известной датской балладе «Агнете и водяной»:

Агнете шла через мост, над волной,

Со дна поднялся водяной.
Эй, эй, эй!

Со дна поднялся водяной.«Агнете, ты приглянулась мне,Хочешь жить у меня на дне?»«Если возьмешь меня на дно,Значит, с тобой мне жить суждено».Он закрывает ей уши и рот,К себе на дно ее берет.Восемь лет она с ним жилаИ семерых сыновей родила.Она у колыбели сидитИ слышит — колокол гудит.

«Послушай, муж, ты меня отпусти,Я нынче в церковь хочу пойти».«До церкви недалекий путь,Да только назад прийти не забудь.Церковный двор пройди поскорей,Не распускай золотых кудрей.Будешь с народом в церкви стоять,Туда не ходи, где сидит твоя мать.Поп Всесильного назовет,Не кланяйся низко, как весь народ».

Уши и рот он ей закрыл,Вынес на землю, а сам уплыл.Прошла церковный двор она,Упала кудрей золотых волна.В церковь она зашла постоятьИ туда подошла, где сидела мать.Поп о Всесильном речь повел,Она, как все, поклонилась в пол.

«Скажи, Агнете, скажи, мой свет,Где ты была все восемь лет?»«Я восемь лет жила с водяным,Семь сыновей прижила я с ним».«Скажи, Агнете, голубь мой,Чем же тебя наградил водяной?»«Он дал мне ленту щедрой рукой,У королевы нет такой.Он туфли мне дал с золотым ремешком,Годятся они королеве в дом.

Он дал мне арфу, к струне струна,Чтоб я играла, когда я грустна».Со дна водяной поднялся на свет,До церкви оставил мокрый след.Прошел водяной церковным крыльцом,Образа повернулись к стене лицом.Печален водяного взгляд,А волосы золотом горят.«Агнете, ты задержалась тут,Дома дети плачут и ждут».

«Пусть плачут, пусть попадут в беду,Я к ним назад никогда не приду».«Дома дети весь день не ели,И вспомни о том, кто лежит в колыбели».«Пусть твои дети весь день не ели,Не вспомню о том, кто лежит в колыбели».

Эй, эй, эй!
Не вспомню о том, кто лежит в колыбели.

(перевод с датского Игн. Ивановского; есть еще перевод Маршака — http://www.lib.ru/POEZIQ/DANTE/stihi.txt#19, но, как это обычно бывает в переводах Маршака, в нем не хватает многих строф)

Самое, пожалуй, известное произведение на тему любви между человеком и сказочным обитателем подводного мира — «Русалочка» Андерсена (ее еще обсудим подробнее, но в надлежащем месте, ибо Русалочка — не нэкк, а кое-кто другой).

Однако эту же тему Андерсен разрабатывал и в других произведениях: в 20-е годы XIX века он написал две стихотворные сказки — «Невеста морского короля», «Русалка с острова Самсё», а в 1833—1834 гг. — драматическую поэму «Агнете и водяной» по мотивам народной баллады.

Спустя сто лет, в 1933 году, Агнете и Водяному поставили памятник в датском городе Орхус:Но вернемся к особому таланту, которым нэккен славятся в первую очередь, — скрипичному искусству. Стромкарл знает одиннадцать наигрышей, но человек может танцевать только под десять из них, одиннадцатый же предназначен для духов тьмы.

Если кто-нибудь заиграет эту мелодию, то запляшет всё вокруг: столы и скамьи, горшки и чашки, старики и старухи, слепые, хромые и увечные, и даже младенцы в колыбели.

Если музыкант-человек сумеет задобрить нэкка, тот научит его играть так искусно, что, как поется в одной балладе, «деревья пустятся в пляс, и умолкнет пенье водопадов».

Для этого нужно капнуть в воду три капли крови, угостить нэкка брэнвином (скандинавским самогоном), снусом (влажным жевательным табаком) или мясом или принести ему в жертву какое-нибудь черное животное, обычно овцу (делать это следует в четверг вечером, отвернувшись от воды).

Если подарок будет недостаточно щедрым, нэкк в лучшем случае научит только настраивать скрипку, а в худшем — не на шутку рассердится. Известны сказки о том, как человек пытается обмануть водяного, подсунув ему вместо мяса обглоданную кость, и оскорбленный нэкк наказывает его немотой. Если же подарок придется нэкку по вкусу, он схватит человека за правую руку и примется размахивать ею и выкручивать, пока из-под ногтей не потечет кровь. После этого человек сможет играть на скрипке не хуже самого водяного.

«Музыкант и нэкк» (1898) шведского художника Юхана Тирена (1853—1911)Деталь той же картины, нэкк в водопаде:По другой версии, чтобы нэкк поделился тайнами своего искусства, следует три четверга подряд приходить на берег ручья и слушать, как шумит вода. На третий четверг нэкк выйдет на берег — и тут важно не испугаться и не убежать, а потом устоять перед чарами нэкка, который непременно попытается заманить человека в воду. В уплату за науку нэкк оцарапает человеку палец и возьмет из него три капли крови. После этого они будут вдвоем играть на скрипке всю ночь, а к рассвету человек овладеет волшебным искусством водяных духов. Но если он отнесется к своему наставнику без должного уважения, тот его заколдует, и скрипач будет играть без остановки, пока кто-нибудь не придет и не… ну, короче не отцепит его как-нибудь от заколдованной скрипки. Есть и такой вариант: музыкант должен три четверга подряд оставлять свой инструмент на ночь под мостом, где живет нэкк. Тогда нэкк будет играть на его скрипке и вложит в нее свою магию. Вернувшись за скрипкой на утро третьей пятницы, музыкант найдет под мостом две скрипки — свою и нэккову. Если он узнает и заберет свой инструмент, то станет великим скрипачом, но если прикоснется к скрипке нэкка, она похитит его душу.

В некоторых сюжетах нэккен оплакивают в песнях свое одиночество и тоскуют о спасении, которое для них невозможно, ибо «не божьи они дети».

В стихотворении шведского поэта-романтика Эрика Йохана Стагнелиуса (1793—1823) «Нэкк» маленький мальчик жалеет старого нэкка за его горькую судьбу; вот оно в переводе на английский: http://oldpoetry.

com/opoem/27429-Erik-Johan-Stagnelius-Nacken—Water-Demon

Кувшинки в Скандинавии называют «розами нэкков» (näckrosor или nøkkeroser). Вот печальная сказка о том, как в лесу Тиведен появились красные кувшинки, какие не встречаются больше нигде:

Жил некогда у озера Фагертарн бедный рыбак, и была у него дочь-красавица. Озерцо было небольшое, рыбы в нем водилось мало — едва хватало на пропитание.

И вот однажды встретил рыбак на озере нэкка, который предложил ему сделку: отныне тот будет каждый день возвращаться с богатым уловом, но за это отдаст ему свою дочь, когда ей исполнится восемнадцать. С горя рыбак согласился — до такого отчаянья довела его нищета.

И вот настал назначенный день, и девушка отправилась на озеро, как велел ей отец. Нэкк встретил ее приветливо и пригласил в свое подводное жилище. Но девушка воскликнула, что живой он ее не получит. Она выхватила нож, пронзила себе сердце и замертво упала в воду.

Водяные лилии на озере окрасились кровью ее сердца, — и поныне на озерах в тех лесах цветут красные кувшинки.

Вот такие:Ну и напоследок — уже знакомый нэкк Юсефсона на шведской почтовой марке достоинством в 8 крон:И еще парочка марок, по 10 крон, — хульдра и нэкк:

Источник: https://annablaze.livejournal.com/51824.html

Ссылка на основную публикацию