Галатея, гюстав моро, 1878

Записки о художниках

Гюстав Моро (1826 — 1898) — французский художник.

Ради искусства Гюстав Моро добровольно изолировал себя от общества. Тайна, которой он окружил свою жизнь, превратилась в легенду о самом художнике.
Жизнь Гюстава Моро, как и его творчество, кажется полностью оторванной от реалий французской жизни XIX века.

Ограничив круг общения членами семьи и близкими друзьями, художник целиком посвятил себя живописи. Имея хороший заработок от своих полотен. он не интересовался изменениями моды на художественном рынке.

Знаменитый французский писатель-символист Гюисманс очень точно назвал Моро «отшельником, поселившимся в самом сердце Парижа».

Моро родился 6 апреля 1826 года в Париже. Его отец, Луи Моро, был архитектором, в чьи обязанности входило поддерживать в надлежащем виде городские общественные здания и памятники. Смерть единственной сестры Моро, Камиллы, сплотила семью. Мать художника, Полина, была всем сердцем привязана к сыну и, овдовев, не расставалась с ним вплоть до своей кончины в 1884 году.

С раннего детства родители поощряли интерес ребенка к рисованию и приобщали его к классическому искусству. Гюстав много читал, любил рассматривать альбомы с репродукциям и шедевров из коллекции Лувра, а в 1844 году по окончании школы получил степень бакалавра — редкое достижение для юных буржуа.

Довольный успехами сына, Луи Моро определил его в мастерскую художника-неоклассициста Франсуа-Эдуарда Пико (1786—1868), где молодой Моро получил необходимую подготовку для поступления в Школу изящных искусств, куда в 1846 году успешно сдал экзамены.

Обучение здесь было крайне консервативным и в основном сводилось к копированию гипсовых слепков с античных статуй, рисованию мужской обнаженной натуры. изучению анатомии, перспективы и истории живописи. Между тем Моро все больше увлекался красочной живописью Делакруа и особенно его последователя Теодора Шассерио.

Не сумев выиграть престижный Римский приз (победителей этого конкурса Школа за свой счет отправляла на учебу в Рим), в 1849 году Моро покинул школьные стены.

Молодой художник обратил свое внимание к Салону — ежегодной официальной выставке, на которую стремился попасть каждый начинающий в надежде быть замеченным критикой.

 Орфей.   1865 год.

Моро отметил об этой картине следующее: «Девушка находит плывущую по воде голову Орфея и его лиру. Она благоговейно достает их из речного потока. Нежный жест». Орфей был музыкантом и певцом, от звучания его лиры леса и горы пускались в пляс.

Убитый горем после смерти своей возлюбленной Эвридики, он отказался поклониться богу Бахусу, за что был разорван на части злобными Менадами, голову певца и лиру бросили в реку Эбро, по которой они поплыли к морю. Моро придумал поэтический финал этой истории: в его версии голову и лиру обнаруживает, фракийская девушка.

«Орфей» — одна из самых прозрачных картин художника. Здесь он отказывается от обилия характерных для его ранних работ символических деталей и создает простую, но в то же время величественную композицию. Картина была показана в Салоне 1866 года и приобретена государством за 8000 франков.

Выставленная еще при жизни художника, она оказалась единственной постоянно доступной для любого зрителя и потому стала самой известной его работой.

 Явление.   1876 год.

В шедевре Моро голова Иоанна Крестителя представлена как видение, явившееся Саломее в ореоле небесного света.

Некоторые критики считают, что на картине изображен момент, предшествующий усекновению главы Иоанна Предтечи, и, таким образом, Саломея видит последствия своего поступка.

Другие полагают, что сцена, которую изобразил художник, происходит после казни святого. Как бы то ни было, но на этом темном, насыщенном деталями полотне мы наблюдаем, как потрясена Саломея плывущим по воздуху жутким призраком.

Поклонник творчества Моро, писатель Гюисманс, увидев в Салоне 1876 года «Саломею» и «Явление», был так очарован картинами, что посвятил им целую главу своего романа «Наоборот».

«Гюстав Моро пренебрег евангельским рассказом и представил Саломею в сверхъестественном и необычном виде», — писал Гюисманс, передавая восторг своего героя от танца Саломеи, и продолжал, подробно описывая картину «Явление»: «Злодейство свершилось. Теперь палач стоит безучастно, сложив руки на эфесе залитого кровью меча.

Голова Предтечи возносится с блюда, покоящегося на плитах пола. Глаза тусклы, лицо побелело, рот приоткрыт и безжизнен, шея в багровых каплях крови. Вокруг головы — мозаичный нимб. Он озаряет своды, бросает отсвет на жуткое вознесение, и, словно прикованный к плясунье, остекленевший взгляд вспыхивает.

Саломея взмахом руки как бы отгоняет видение, но оно заворожило ее, и плясунья застыла,- зрачки расширены, рука инстинктивно поднята. Сияние от главы Предтечи высветило все грани драгоценностей Саломеи. Камни ожили и, вдохнув свет в женское тело, зажгли его. Страшная голова вся в крови, пурпурные капли свисают с брады и волос. Она видима одной Саломее.

На акварели Саломея предстала более чем реальной — созданием горячим и жестоким…» Для автора этих строк Саломея в интерпретации Моро не просто лицедейка, танцем бедер завлекающая старца Ирода, а «божество, богиня вечного исступления, вечного сладострастия».

Моро написал целый ряд картин на этот сюжет Большинство из них было создано в его мастерской под впечатлением страха, пережитого художником во время франко-прусской войны и событий Парижской Коммуны.

Вероятно, одна из целей, которую преследовал Моро, обращаясь к этой библейской истории, заключалась в том, чтобы провести параллель между безвольным царем Иродом и тогдашним правителем Франции Наполеоном III.

  Фаэтон.   1878-1879 год.

  В детстве Моро зачитывался «Метаморфозами» Овидия и ему запом нился сюжет о падении с небес Фаэтона, смертного сына Аполлона, который однажды безрассудно погнал по небу солнечную колесницу отца.

Не справившись с бешеными конями, он опустил колесницу-солнце слишком близко к Земле, отчего на ней начался хаос и пожары. На своей акварели Моро изображает кульминационный момент .той сцены.

Фаэтон в ужасе поднимает руки, увидев перед собой зодиакальных Льва и Гидру. Только сейчас юноша осознай что наступает его последний миг.

ПАВЛИН, ЖАЛУЮЩИЙСЯ ЮНОНЕ (1881).

Эта акварель из большой серии, созданной Моро по мотивам басен Лафонтена, — одна из немногих работ художника, не обремененных сложными символами и аллегориями. Юнона изображена в образе олимпийской богини, вознесшейся на небо и излучающей свет.

Источник: http://babanata.ru/?p=12574

Гюстав Моро (1826 — 1898)

08.09.2008

Публикации

В 1860—1870-е годы, когда выступили импрессионисты, равнодушные к историческому, религиозному, литературному сюжету в живописи, на художественной сцене Франции появился один из самых загадочных художников XIX века, изобретатель фантастических сюжетов, изысканных, таинственно-мистических образов — Гюстав Моро.

Одна из самых известных его картин — «Явление» (1876, Париж, Музей Гюстава Моро) — написана на евангельский сюжет о танце Саломеи перед царем Иродом, в награду за который она потребовала голову Иоанна Крестителя. Из темного пространства зала перед Саломеей возникает видение окровавленной головы Иоанна Крестителя, источающей ослепительное сияние. Художник наделяет образ призрака тревожащей воображение убедительностью.

Явление. 1876

Моро получил хорошую профессиональную подготовку, учился у Пико, мастера классицистической ориентации, испытал влияние Делакруа и, особенно, Шассерио; два года провел в Италии, копируя старых мастеров, его привлекала живопись Карпаччо, Гоццоли, Мантеньи и других.

Эдип и Сфинкс. 1864

В Салоне 1864 была выставлена картина Моро «Эдип и Сфинкс» (Нью-Йорк, Музей Метрополитен). Существо с лицом и грудью женщины, крыльями птицы и туловищем льва — Сфинкс — вцепилось в торс Эдипа; оба персонажа пребывают в странном оцепенении, словно гипнотизируя друг друга взглядом. Четкий рисунок, скульптурная лепка форм говорят об академической выучке.

Орфей. 1865

Тематика Моро и в дальнейшем концентрируется вокруг мифологии разных культур — античной, христианской, восточной. Однако художник расцвечивает миф в соответствии с собственной фантазией: на картине «Орфей» (1865, Париж, Музей Орсэ) изображена молодая женщина, несущая на лире голову прекрасного певца, — по преданию, Орфей был растерзан вакханками.

Гибели поэта посвящено и полотно «Мертвый поэт и Кентавр» (ок. 1875, Париж, Музей Гюстава Моро). Искусство, поэзия, красота обречены на земле на гибель — возможно, такова его идея, однако содержание работ мастера многозначно, и зрителю предоставляется возможность самому догадываться о смысле произведений.

Ясон. 1865

Изучая картины мастеров прошлого, Моро приходит к убеждению, что художник в своем творчестве должен следовать принципу «необходимого великолепия». «Обращайтесь к великим мастерам, — говорил Моро. — Они не учат нас создавать бедное искусство.

Художники разных времен использовали в своих картинах все, что им было известно наиболее богатого, блистательного, редкостного, даже наиболее странного, все, что в их среде считалось роскошным, драгоценным… Какие наряды, какие короны, какие драгоценности… какие резные троны! …Великие и простодушные гении включают в свои композиции неведомую и нежную растительность, восхитительную и причудливую фауну, охапки цветов, гирлянды небывалых плодов и грациозных животных.»

С годами работы Моро становятся все более многоцветными, заполненными деталями, великолепными ювелирными украшениями, драгоценными тканями, превращающими порой полотна мастера в подобия прекрасных гобеленов или эмалей.

Единороги. Ок. 1885

Но, в отличие от импрессионистов, писавших раздельным мазком, чистыми красками, Моро тщательно смешивает краски на палитре, добиваясь особого мерцающего сплава, амальгамы, где переливаются мазки пылающей алой киновари, синего кобальта, золотистой охры, голубого, зеленого, розового цвета («Саломея, танцующая перед Иродом», 1876, Лос-Анджелес, частное собрание; «Единороги», ок. 1885, Париж, Музей Гюстава Моро; «Галатея», 1880—1881, Париж, частное собрание).

Саломея, танцующая перед Иродом. 1876

В своих произведениях Моро стремится воплотить идеи и мысли, находящиеся порой за пределами возможностей живописи — искусства пространственного, а не временного; он мечтает выразить в пластических образах невыразимое. Этим можно объяснить подробные комментарии, которыми художник сопровождает свои работы.

Так, обращаясь к мифу о Юпитере и Семеле, Моро пишет: «В центре колоссальных воздушных сооружений… возвышается священный цветок, на темной лазури звездоносного свода — Божество… являет себя в великолепии; …Семела, вдохнувшая ароматы, источаемые Божеством, преобразившаяся.., умирает, как пораженная молнией.

…Восхождение к высшим сферам, …то есть земная смерть и апофеоз бессмертия».

Юпитер и Семела. 1896

Полотно «Юпитер и Семела» (1896, Париж, Музей Гюстава Моро) заполнено аллегорическими фигурами, символизирующими Смерть, Страдание, чудовищ Ночи, Эреба, Гения земной любви, Пана и т. д. Пространство заплетено фантастическими растениями, причудливыми архитектурными формами, скульптурными изваяниями.

Кисть не поспевает за воображением и фантазией живописца, поэтому многие работы оставались незавершенными, а главное, зрителю, без словесной интерпретации самостоятельно трудно разобраться в этом нагромождении символов.

Легенда о Семеле (умолившей Юпитера предстать перед ней во всем его грозном могуществе и погибшей, дав жизнь в миг смерти богу виноделия Дионису), превращается в некий мистический трактат.

Более удачны полотна Моро, не обремененные слишком сложными символическими понятиями и аллегориям — «Павлин, жалующийся Юноне» (1881), «Елена под стенами Трои» (ок. 1885, обе — Париж, Музей Гюстава Моро).

Галатея. 1880—1881

Некоторое время в начале XX века имя Моро пребывало в забвении, но затем у него появились пылкие пропагандисты и почитатели — сюрреалисты Андре Бретон, Сальватор Дали, Макс Эрнст.

Кроме того Моро был хорошим педагогом, вырастившим целую плеяду известных живописцев XX столетия — Матисса, Руо, Марке, Мангена, которые уважали и ценили Моро как тонкого колориста, умного, всесторонне образованного человека.

В 1898 году художник завещал свою мастерскую со всем, что в ней находилось, государству. Там был организован Музей Гюстава Моро, первым хранителем которого был Жорж Руо.

Вероника Стародубова

Источник: http://www.art-catalog.ru/article.php?id_article=637

Гюстав Моро Жизнь и творчество Выполняла : Мурашова Ульяна Ученица 11 Б класса. — презентация

1 Гюстав Моро Жизнь и творчество Выполняла : Мурашова Ульяна Ученица 11 Б класса<\p>

2 СВЕДЕНИЯ ИЗ БИОГРАФИИ Моро (Moreau Gustave) Гюстав ( ), французский живописец и график. Родился в Париже 6 апреля 1826 года, в семье архитектора. Учился в Школе изящных искусств в Париже у Теодора Шассерио и Франсуа — Эдуара Пико, посетил Италию ( ) и Нидерланды (1885). С 1849 года Моро начинает выставлять свои работы в Салоне — выставке живописи, скульптуры и гравюры, ежегодно проводившейся с середины XVII века в Большом салоне Лувра. С 1857 по 1859 Моро проживает в Италии, где изучает и копирует полотна и фрески знаменитых мастеров. Осенью 1859 года Моро возвращается домой и знакомится с молодой женщиной — Александриной Дюре, работавшей гувернанткой недалеко от его мастерской. Они проживут вместе более 30 лет. После смерти Александрины в 1890 году художник посвящает возлюбленной одно из своих лучших полотен.<\p>

Читайте также:  «осенняя пастораль», франсуа буше — описание картины

3 » Орфей у гробницы Эвридики «, 1891<\p>

4 ТВОРЧЕСТВО На протяжении х годов произведения Моро пользуются огромным успехом и популярностью. Критики называют Моро спасителем жанра исторической живописи. В течение всей жизни Моро писал фантастически пышные, мастерски исполненные в духе символизма композиции на мифологические, религиозные и аллегорические сюжеты, лучшие из которых :<\p>

5 Эдип и сфинкс, 1864 Эдип и сфинкс, 1864<\p>

6 Саломея, танцующая перед Иродом, 1876 Саломея, танцующая перед Иродом, 1876<\p>

7 Галатея, 1880 Галатея, 1880<\p>

8 ГАЛАТЕЯ ГАЛАТЕЯ В основе картины Галатея — сюжет из греческой мифологии, повествующий о неразделенной любви циклопа Полифема к нереиде Галатее. Чувственная обнаженная нимфа томно расположилась в экзотическом гроте, богато и причудливо украшенном яркими анемонами, кораллами и другими окаменевшими растениями. На нее пристально взирает жутковатое трехглазое чудовище. Мириады подводных растений с их интенсивной окраской и плавная живописная манера создают в картине колдовскую атмосферу, похожую на сон.<\p>

9 ТВОРЧЕСТВО И ЖИЗНЬ Моро был связан с движением символизма ; входившие в него художники отказались от объективности и натурализма импрессионистов. В поисках вдохновения они обращались к литературе или мифологии, часто произвольно соединяя их друг с другом. В 1888 году Моро избирают членом Академии изящных искусств и спустя четыре года профессор Моро становится руководителем мастерской в Школе изящных искусств. В х здоровье художника резко ухудшилось. Он подумывает о завершении своей карьеры и возвращается к своим незаконченным картинам. Одновременно Моро приступает к работе над своим последним шедевром — « Юпитер и Семела », Моро хотел сохранить свои работы для будущих поколений и не желал, чтобы после смерти его наследие оказалось рассеянным по всему свету<\p>

10 « Юпитер и Семела »<\p>

11 СМЕРТЬ Гюстав Моро умер от рака 18 апреля 1898 года. Похоронен на кладбище Монпарнас в Париже.<\p>

12 Спасибо за внимание !<\p>

Источник: http://www.myshared.ru/slide/976344

Музей романтической жизни и Музей Моро

Чтобы до конца прочувствовать, что собой представлял 9-й округ Парижа в период своего расцвета в XIX веке, посетите, прежде всего, Музей романтической жизни в доме № 16 по улице Шапталь, посвященный эпохе романтизма.

Время посещения музея ежедневно, кроме понедельника с 10.00 до 18.00, закрыт по праздникам; стоимость 7 евро во время экскурсий, в другое время вход свободный; метро St-Georges/Blanche/Pigalle.

Фактически музей находится у подножия холма Монмартр, что неподалеку от знаменитого кабаре Мулен Руж и базилики Сакре-Кер. Музей Романтической жизни (Musee de la vie romantique) был основан потомками художника Ари Шеффера и долгое время имел статус частного музея. Лишь в 1983 году коллекции были переданы государству.

С внешней стороны это здание со ставнями, выходящее на мощеный внутренний дворик, выглядит просто восхитительно, а его внутреннее убранство сохраняет сочные краски типичного буржуазного особняка XIX столетия.

Здесь вы увидите шикарный сад, длинную аллею, а в глубине двора изящное, похожее на нарядную шкатулку здание. Но этим особняком можно не только любоваться, но и зайти внутрь.

Ранее музей Романтической жизни служил квартирой и мастерской художнику Ари Шефферу, но здесь часто бывала Жорж Санд, именно поэтому на первом этаже выставлены экспонаты, которые так или иначе связаны с жизнью этой знаменитой писательницы.

Семейные драгоценности, срезанные с ее головы локоны, а также слепок на удивление маленькой руки спутника ее жизни Шопена. Поскольку Шеффер обучал живописи детей короля Луи-Филиппа, наверху экспонируется несколько чрезвычайно сентиментальных аристократических портретов его работы.

После посещения данного музея можно прогуляться по романтическому саду с развесистыми деревьями, кустами глициний и роз или зайти в чайный салон рядом с музеем, где за изящным кофейным столиком в тщательно сберегаемой старинной атмосфере выпить чашечку чая или кофе.

Парижский музей Гюстава Моро

Если вы пройдете немного южнее вниз по улице Ларошфуко, то обнаружите весьма любопытный, но не слишком известный Музей Моро (время посещения ежедневно, кроме вторника с 10.00 до 12.45 и 14.00-17.15; стоимость 4 евро; метро St-Georges/Blanche/Pigalle), посвященный фантастическим символистским произведениям художника Густава Моро.

Музей Гюстава Моро (Musee national Gustave-Moreau) был задуман еще самим художником. Он должен был расположиться в доме, где Моро жил в течение многих лет вместе со своими родителями. Вы можете посетить также маленькие тесные комнаты членов этой семьи, забитые мебелью и безделушками.

Хотя картинам в доме отведено гораздо больше места – это две огромных комнаты, похожие на мастерские, которые соединяются красивой винтовой лестницей, общее ощущение нехватки пространства от этого не уменьшается.

Сами полотна Моро тоже висят довольно тесно, поэтому увешанная картинами стена почти сплошь покрыта декоративными завитками и ползущими фигурами (иногда ползущими буквально – как на картине «Дочери Феспия»), но местами это пространство оживлено также глубоким цветом и провокационным символизмом, как, например, в бунтарской картине Юпитер и Семела.

Гюстав Моро практически не продавал свои полотна, не желая рассеивать их по свету. Лишь несколько его работ размещаются в Лувре и музее Орсе, основная же коллекция собрана именно в доме-музее Моро.

За несколько лет до своей смерти художник сознательно перестроил свое жилище, дабы в будущем открыть там музей. Именно Гюстав Моро развесил там свои картины, особое внимание уделив размещению огромных полотен, таких как «Галатея». После своей смерти он завещал свой дом с экспозициями картин Парижской мэрии. Первым хранителем дома-музея стал ученик и личный друг Гюстава Моро – Жорж Руо.

Большинство картин, на наш взгляд, демонстрируют ярко выраженный декадентский символизм, но некоторые посетители с этим не согласны. Как заметил однажды Дега, Моро был «отшельником, знавшим расписание поездов».

  • Местонахождение: 14, rue de La Rochefoucauld;
  • Официальный сайт музея Моро: www.musee-moreau.fr

Больше фотографий музея Романтической жизни и музея Моро тут: Фотогалерея

Источник: http://www.vparis.net/monmartr-i-sever-parizha/muzej-romanticheskoj-zhizni-i-muzej-moro.html

Мифология — Мифы о Полифеме

Бог Посейдон (Нептун) Содержание книги Мифы о реках

Триумф Галатеи. — Циклоп Полифем и его стада. — Жалобы Полифема. — Акид и Галатея.

Триумф Галатеи

Среди Нереид считалась самой красивой жестокосердая Галатея, олицетворяющая спокойное, блестящее море.

Красоту Галатеи воспевали многие поэты; триумфальное шествие Галатеи на поверхности морей изображали знаменитые художники.

Рафаэль написал на этот сюжет прекрасное произведение, где Галатея изображена стоящей в раковине, которую везут дельфины, управляемые Амуром.

Циклоп Полифем и его стада

Прекрасная Нереида пробудила своими прелестями сильную страсть в сердце Циклопа Полифема.

Но все признания и объяснения Полифема не тронули Галатеи; бедный Циклоп перестал даже пасти свои многочисленные стада, о которых он прежде так заботился, и покинутые животные должны были часто возвращаться одни в пещеру — жилище Полифема.

Жалобы Полифема

А Полифем взбирался на высокую скалу и, взяв флейту, старался в ее звуках излить свое горе.

Жалобы этого сурового, неотесанного великана вдохновили древнегреческого поэта Феокрита, написавшего на эту тему стихотворную идиллию.

В идиллии Феокрита Полифем говорит между прочим: «О прекрасная Галатея, зачем ты убегаешь от меня? Когда ты на меня смотришь, ты белее молока, нежнее ягненка, но когда ты отворачиваешь от меня твои прекрасные глаза, о, тогда ты становишься кислее незрелого винограда! Я знаю, прекраснейшая из нимф, я знаю, почему ты избегаешь меня: потому что густая бровь, омрачая мой лоб, тянется от одного уха до другого, потому что я обладаю одним только глазом и мой нос, расширяясь, дотрагивается почти до моих губ. Но я такой, какой есть, у меня тысяча овец, я питаюсь их прекрасным молоком, и у меня летом, осенью и зимой превкусные сыры. Для тебя я вскармливаю одиннадцать молодых оленей (шеи их украшены прекрасными ожерельями) и четырех медвежат. Приди ко мне, и все, что я имею, будет принадлежать тебе. Если твое зрение оскорблено видом длинной щетины, покрывающей мое тело, то ведь у меня есть дубовые дрова и никогда не угасающий под пеплом огонь, — приди, и я готов вынести какое угодно мучение. Я предаю в твои руки мою жизнь и мой единственный глаз, этот глаз, который мне дороже самой жизни».

Акид и Галатея

Но как ни изливался Циклоп в своих жалобах, как ни старался Полифем смягчить сердце жестокой Галатеи, она не внимала его мольбам, потому что Галатея любила другого — прекрасного пастуха Акида, сына Фавна.

И вот однажды, когда Полифем, сидя на скале, воспевал ее прелести в следующих словах: «О Галатея, ты белее прекрасной лилии, свежее коры ольховой, более блестяща, чем горный хрусталь, приятнее лучей солнца зимой и тени летом, обманчивее струи, легче крыла Зефира», — Полифем вдруг увидал Галатею подле Акида; испустив страшный рев, повторенный Этной, Полифем бросается преследовать Акида, старающегося спастись бегством.

Циклоп отрывает громадную скалу и бросает ее на Акида, который погибает раздавленный, но скала тотчас же раскрывается, и из недр ее течет поток: это Акид, превращенный богами в реку, и река сохранила его имя.

Аннибале Карраччи написал три картины на античный миф о прекрасной Галатее; они находятся теперь на вилле Фарнезе.

Бог Посейдон (Нептун) Содержание книги Мифы о реках

© ЗАУМНИК.РУ, Егор А. Поликарпов — научная редактура, ученая корректура, оформление, подбор иллюстраций, добавления, пояснения, переводы с латинского и древнегреческого; все права сохранены.

Источник: http://zaumnik.ru/mifologija/mify-o-polifeme.html

Гюстав Моро (Gustave Moreau), 1826-1898. Франция — Живопись

Отвлечемся ненадолго от великолепных полотен Лукаса Кранаха Старшего и познакомимся с творчеством другого замечательного художника — французского символиста Гюстава Моро.

Гюстав Моро (фр. Gustave Moreau) (6 апреля 1826, Париж — 18 апреля 1898, Париж) — французский художник, представитель символизма.

Жизнь Гюстава Моро, как и его творчество, кажется полностью оторванной от реалий французской жизни XIX века. Ограничив круг общения членами семьи и близкими друзьями, художник целиком посвятил себя живописи.

Имея хороший заработок от своих полотен, он не интересовался изменениями моды на художественном рынке.

Знаменитый французский писатель-символист Гюисманс очень точно назвал Моро «отшельником, поселившимся в самом сердце Парижа».

Странствующий поэт (Wayfaring poet)_180 х 146_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

Моро родился 6 апреля 1826 года в Париже. Его отец, Луи Моро, был архитектором, в чьи обязанности входило поддерживать в надлежащем виде городские общественные здания и памятники. Смерть единственной сестры Моро, Камиллы, сплотила семью. Мать художника, Полина, была всем сердцем привязана к сыну и, овдовев, не расставалась с ним вплоть до своей кончины в 1884 году.

С раннего детства родители поощряли интерес ребенка к рисованию и приобщали его к классическому искусству.

Гюстав много читал, любил рассматривать альбомы с репродукциями шедевров из коллекции Лувра, а в 1844 году, по окончании школы, получил степень бакалавра — редкое достижение для юных буржуа.

Довольный успехами сына, Луи Моро определил его в мастерскую художника-неоклассициста Франсуа-Эдуарда Пико (1786-1868 гг.), где молодой Моро получил необходимую подготовку для поступления в Школу изящных искусств, куда в 1846 году успешно сдал экзамены.

Обучение здесь было крайне консервативным и в основном сводилось к копированию гипсовых слепков с античных статуй, рисованию мужской обнаженной натуры, изучению анатомии, перспективы и истории живописи.

Между тем Моро все больше увлекался красочной живописью Делакруа и особенно его последователя Теодора Шассерио.

Не сумев выиграть престижный Римский приз (победителей этого конкурса Школа за свой счет отправляла на учебу в Рим), в 1849 году Моро покинул школьные стены.

 

1865_Юноша и смерть (Юноша и смерть (The Young Man and Death)_123.2 х 215.9_х.,м._Кембридж, Гарвардский университет, музей Фогга

Молодой художник обратил свое внимание к Салону — ежегодной официальной выставке, на которую стремился попасть каждый начинающий, в надежде быть замеченным критикой. Картины, представленные Моро в Салоне в 1850-е годы, например, «Песнь Песней» (1853 г.), обнаруживали сильное влияние Шассерио, — выполненные в романтической манере, они отличались пронзительным колоритом и неистовым эротизмом.

Моро никогда не отрицал, что очень многим в творчестве обязан Шассерио, своему другу, рано ушедшему из жизни (в возрасте 37 лет). Потрясенный его кончиной, Моро посвятил его памяти полотно «Юноша и Смерть».

1852_Женихи (Les Pretendants)_343 х 385_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1853_Дочери Тесея (The Daughters of Theseus)_255 х 258_х.,м._Париж, Музей Гюстава Моро

Влияние Теодора Шассерио очевидно и в двух больших полотнах, которые Моро начал писать в 1850-х годах, — в «Женихах Пенелопы» и «Дочерях Тесея».

Работая над этими огромными, с большим количеством деталей, картинами, он почти не выходил из мастерской. Однако эта высокая требовательность к себе впоследствии часто становилась той причиной, по которой художник оставлял работы незавершенными.

Осенью 1857 года, стремясь восполнить пробел в образовании, Моро отправился в двухлетнюю поездку по Италии. Художник был очарован этой страной и сделал сотни копий и набросков с шедевров мастеров эпохи Возрождения.

В Риме он влюбился в работы Микеланджело, во Флоренции — во фрески Андреа дель Сарто и Фра Анджелико, в Венеции неистово копировал Карпаччо, а в Неаполе изучал знаменитые фрески из Помпеи и Геркуланума. В Риме молодой человек познакомился с Эдгаром Дега, вместе они не раз выходили на зарисовки.

Вдохновленный творческой атмосферой, Моро писал другу в Париж: «С этого времени, и навсегда, я собираюсь стать отшельником… Я убежден: ничто не заставит меня свернуть с этого пути».

 

1891_Орфей у гробницы Эвридики (Orpheus at the Tomb of Eurydice)_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

Вернувшись домой, осенью 1859 года, Гюстав Моро с рвением принялся писать, однако его ожидали перемены. В это время он познакомился с гувернанткой, которая служила в доме неподалеку от его мастерской.

Молодую женщину звали Александрина Дюре. Моро влюбился и, несмотря на то, что категорически отказался жениться, был верен ей более 30 лет.

После смерти Александрины в 1890 году художник посвятил ей одно из лучших полотен — «Орфей у гробницы Эвридики».

6_1864_Эдип и сфинкс (Oedipus and the Sphinx)_206.4 х 104.8_х.,м._Нью-Йорк, Музей Метрополитен

В 1862 году скончался отец художника, так и не узнавший, какой успех ожидает его сына в ближайшие десятилетия. На протяжении 1860-х годов Моро написал серию картин (любопытно, что все они были вертикальными по формату), которые были очень хорошо встречены в Салоне.

Больше всего лавров досталось полотну «Эдип и Сфинкс», выставленному в 1864 году (картина была за 8000 франков приобретена на аукционе принцем Наполеоном).

То было время триумфа реалистической школы, которую возглавлял Курбе, и критики объявили Моро одним из спасителей жанра исторической живописи.

 

1874-1876_Танец Саломеи перед Иродом (Salome dancing before Herod)_103.5 х 144_х.,м._Лос-Анжелес, коллекция Эрманда Хаммера

Франко-прусская война, вспыхнувшая в 1870 году, и последующие события, связанные с Парижской Коммуной, оказали глубокое воздействие на Моро.

На протяжении нескольких лет, вплоть до 1876 года, он не выставлялся в Салоне и даже отказался участвовать в украшении Пантеона.

Когда, наконец, художник вернулся в Салон, то представил две картины, созданные на один сюжет, — сложное для восприятия полотно, написанное маслом, «Саломея» и большую акварель «Явление», неодобрительно встреченную критикой.

 

1874_Пророчество (явление головы святого Иоанна Крестителя перед Саломеей) (The Apparition)_142 х 103_х,м._Париж, музей Гюстава Моро

Однако почитатели творчества Моро восприняли его новые работы как призыв к раскрепощению фантазии. Он стал кумиром писателей-символистов, среди которых Гюисманс, Лоррен и Пеладан.

Впрочем, Моро не был согласен с тем, что его причисляют к символистам, во всяком случае, когда в 1892 году Пеладан попросил Моро написать хвалебный отзыв о салоне символистов «Роза и Крест», художник решительно отказался.

Между тем нелестная для Моро слава не лишила его частных заказчиков, которые по-прежнему покупали его небольшие полотна, написанные, как правило, на мифологические и религиозные сюжеты.

За период с 1879 по 1883 год он создал в четыре раза больше картин, чем за 18 предыдущих лет (наиболее прибыльной стала для него серия из 64 акварелей, созданная по басням Лафонтена для марсельского богача Антони Руа — за каждую акварель Моро получил от 1000 до 1500 франков). Да и карьера художника пошла в гору.

В 1888 году его избрали членом Академии изящных искусств, а в 1892 году 66-летний Моро стал руководителем одной из трех мастерских Школы изящных искусств. Его учениками были молодые художники, прославившиеся уже в XX веке, — Жорж Руо, Анри Матисс, Альбер Марке.

 

1894-1895_Юпитер и Семела (Jupiter und Semele)_213 х 118_х,м._Париж, музей Гюстава Моро.

В 1890-х годах здоровье Моро сильно ухудшилось, он задумался о завершении своей карьеры. Художник решил вернуться к незаконченным работам и пригласил в помощники некоторых своих учеников, включая любимца Руо. В то же время Моро приступил к его последнему шедевру «Юпитер и Семела» (1894-95).

Единственное к чему художник теперь стремился — превратить в мемориальный музей свой дом. Он торопился, с энтузиазмом размечал будущее местоположение картин, расставлял, развешивал их — но, к сожалению, не успел. Моро умер от рака 18 апреля 1898 года и был похоронен на кладбище Монпарнас в одной могиле с родителями.

 

1853_Песнь Песней (Song of songs)_300 х 319_х.,м._Дижон, музей изобразительных искусств

1854_Моисей снимает сандали, глядя на Землю Обетованную (Moses, in view of the Promised Land, removes his sandals)_245 х 151_х.,м._Париж, Музей Гюстава Моро

1856_Аполлон и девять муз (Apollo and The Nine Muses)_103 х 83_х.,м._Частное собрание

1860_Гесиод и музы (Hesiod and the Muses)_263 х 155_х.,м._Париж, Музей Гюстава Моро.

1865_Диомед, пожираемый своими лошадьми (Diomede devoured by his horses)_140 х 95.5_х.,м._Руан, Музей изобразительных искусств

1865_Фракийская дквушка, несущая главу Орфея (Young Thracian girl holding the head of Orpheus)_154 х 99.5_х.,м._Париж, музей д'Орсэ

1865_Ясон и Медея (Jason and Medea)_204 х 115.5_х.,м._Париж, музей д'Орсэ

1866_Венера, рожденная из морской пены (Venus rising from the sea)_55.5 х 44.5_д.,м._Иерусалим, Музей Израиля

1867_Химера (Chimera)_27.3 х 33_х.,м._Кембридж, Гарвардский университет, музей Фогга

1868_Музы покидают своего отца Аполлона, чтобы просветить мир (Muses leaving Apollo, their father, to enlighten the world)_292 х 152_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1868_Прометей (Prometheus)_205 х 122_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1869_Мученичество святого Себастьяна (The Martyred St. Sebastian)_32.2 х 23.8_д.,м._Сент-Луис, Музей искусства

1869_Похищение Европы (The Rape of Europa)_26 х 42_д.,м._Париж, музей д'Орсэ

1870 (ок)_Смерть Сапфо (Mort de Sapho)_81 х 62_х.,м._Частное собрание

1870_Гесиод и муза (Hesiod and the Muse)_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1872 (ок)_Геркулес и Стимфалийские птицы (Hercules and the Stymphalian birds)_18 х 29_д.,м._Частное собрание

1872-1873_Деянира (Осень) (Autumn (Dejanira))_55.4 х 45.5_д.,м._Лос-Анджелес, музей Пола Гетти

1872_Саломея (Salome)_80 х 40_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1873-1876_Саломея в тюрьме (Salome at the Prison)_40 х 32 _х.,м._Токио, Национальный музей западного искусства

1875_Геркулес и лернейская гидра (Hercules and the Hydra of Lernae)_142 х 168_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1876 (ок)_Саломея, танцующая перед Иродом (Salome dancing)_92 х 60_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1876 (ок)_Саломея, танцующая перед Иродом (Salome dancing)_92 х 60_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро_деталь

1876-1877_Пророчество (явление головы св.Иоанна Крестителя перед Саломеей) (The Apparition)_55.9 х 46.7_Кембридж, Гарвардский университет музей Фогга

1876-1878_Моисей в младенчестве (The Infant Moses)_182.9 х 133.4_х.,м._Кембридж, Гарвардский университет, музей Фогга

1876_Святой Себастьян и ангел (Saint Sebastian and the Angel)_38.7 х 67.8_д.,м._Кембридж, Гарвардский университет, музей Фогга

1878 (до)_Иаков и ангел (Jacob and the Angel)_254.7 х 145.3_х.,м._Кембридж, Гарвардский университет, музей Фогга

1880 (ок)_Галатея (Galatea)_85.5 х 66_д.,м._Париж, музей д'Орсэ

1880-1885_Святая Цецилия и музицирующие ангелы (Sainte Cecile et les anges de la musique)_64.8 х 54_х.,м._Частное собрание

1885 (ок)_Единорог (The Unicorn)_78 х 48_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1885_Единороги (The Unicorns)_115 х 90_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

1888_Странник Эдип (Oedipus traveler)_Метц, Музей истории искусства

1889-1890_Святой Георгий и дракон (Saint George and the Dragon)_141 х 96.5_х.,м._Лондон, Национальная галерея

1890 (ок)_Мистический цветок (Mystical Flower)_253 х 137_х.,м._Париж, Музей Гюстава Моро

1890-1891_Ясон и Эрос (Jason And Eros)_134 х 90.8_х.,д.

1891 (ок)_Орест и Эринии (Orestes and the Erinyes)_99.5 х 154_х.,м._Частное собрание

1891_Арион (Arion)_45.5 х 37_х.,м._Париж, Петит Палас, Музей современного искусства

1891_Гесиод и муза (Hesiod and the Muse)_59 х 34.5_д.,м._Париж, музей Орсэ

1893_Поэт и русалка (Poet and mermaid)_97 х 62_х.,м._Частное собрание

1895 (ок)_Сусанна и старцы (Susanna and the Elders)_81.3 х 66_х.,м._Частное собрание

1895_Аполлон, принимающий жертвоприношения пастухов (Apollo Receiving the Shepherds` Offerings)_х.,м..

1896 (ок)_Далила (Delilah)_81.2 х 65.4_х.,м._Пуэрто-Рико, музей Понсе

1897_Ангелы возвещают Цецилии приближение мученичества (St. Cecilia (The Angels Announcing her Coming Martyrdom)_60 х 73.4_х.,м._Частное собрание

Воспитание Ахиллеса (Кентавр) (L'education d'Achille (ou le centaure))_33 х 24.5_х.,м._Частное собрание

Единорог (The Unicorn)_50 х 34_х.,м._Частное собрание

Леда, лебедь и Амур (Leda, le cygne, et l'amour)_25,5 х 17_д.,м._Частное собрание

Ночная невеста (т.н. Песнь Песней) (La Fiancee De La Nuit, Also Known As Le Cantique Des Cantiques)_35.5 х 27.5_д.,м._Частное собрание

Падение Сапфо (Sappho Falling)_80 х 40_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

Персей и Андромеда (Andromeda)_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

Святой Себастьян (Saint Sebastian)_115 х 90_х.,м._Париж, музей Гюстава Моро

Фея и грифон (Fairy and Griffon)

Христос с ангелами (Christ with Angels)_71.5 х 92_

Царь Давид (King David)_Нью-Йорк, коллекция Грейнджер

Источник: http://vechnost7.blogspot.com/2015/07/gustave-moreau-1826-1898.html?_escaped_fragment_

Французский художник Гюстав Моро.

Ради искусства Гюстав Моро добровольно изолировал себя от общества. Тайна, которой он окружил свою жизнь, превратилась в легенду о самом художнике.
Жизнь Гюстава Моро (1826 — 1898), как и его творчество, кажется полностью оторванной от реалий французской жизни 19 в.

Ограничив круг общения членами семьи и близкими друзьями, художник целиком посвятил себя живописи. Имея хороший заработок от своих полотен, он не интересовался изменениями моды на художественном рынке.

Знаменитый французский писатель-символист Гюисманс очень точно назвал Моро «отшельником, поселившимся в самом сердце Парижа».

Эдип и Сфинкс (1864)

Моро родился 6 апреля 1826 года в Париже. Его отец, Луи Моро, был архитектором, в чьи обязанности входило поддерживать в надлежащем виде городские общественные здания и памятники. Смерть единственной сестры Моро, Камиллы, сплотила семью. Мать художника, Полина, была всем сердцем привязана к сыну и, овдовев, не расставалась с ним вплоть до своей кончины в 1884 году.
С раннего детства родители поощряли интерес ребенка к рисованию и приобщали его к классическому искусству. Гюстав много читал, любил рассматривать альбомы с репродукциями шедевров из коллекции Лувра, а в 1844 году по окончании школы получил степень бакалавра — редкое достижение для юных буржуа. Довольный успехами сына, Луи Моро определил его в мастерскую художника-неоклассициста Франсуа-Эдуарда Пико (1786-1868), где молодой Моро получил необходимую подготовку для поступления в Школу изящных искусств, куда в 1846 году успешно сдал экзамены.

Святой Георгий и Дракон (1890)

Грифон (1865)

Обучение здесь было крайне консервативным и в основном сводилось к копированию гипсовых слепков с античных статуй, рисованию мужской обнаженной натуры, изучению анатомии, перспективы и истории живописи. Между тем Моро все больше увлекался красочной живописью Делакруа и особенно его последователя Теодора Шассерио. Не сумев выиграть престижный Римский приз (победителей этого конкурса Школа за свой счет отправляла на учебу в Рим), в 1849 году Моро покинул школьные стены.

Молодой художник обратил свое внимание к Салону — ежегодной официальной выставке, на которую стремился попасть каждый начинающий в надежде быть замеченным критикой. Картины, представленные Моро в Салоне в 1850-е годы, например, «Песнь Песней» (1853), обнаруживали сильное влияние Шассерио, — выполненные в романтической манере, они отличались пронзительным колоритом и неистовым эротизмом.

Моро никогда не отрицал, что очень многим в творчестве обязан Шассерио, своему другу, рано ушедшему из жизни (в возрасте 37 лет). Потрясенный его кончиной, Моро посвятил его памяти полотно «Юноша и Смерть».

Юноша и Смерть (1856)

Влияние Теодора Шассерио очевидно и в двух больших полотнах, которые Моро начал писать в 1850-х годах, — в «Женихах Пенелопы» и «Дочерях Тезея». Работая над этими огромными, с большим количеством деталей, картинами, он почти не выходил из мастерской. Однако эта высокая требовательность к себе впоследствии часто становилась той причиной, по которой художник оставлял работы незавершенными.

Осенью 1857 года, стремясь восполнить пробел в образовании, Моро отправился в двухлетнюю поездку по Италии. Художник был очарован этой страной и сделал сотни копий и набросков с шедевров мастеров эпохи Возрождения.

В Риме он влюбился в работы Микеланджело, во Флоренции — в фрески Андреа дель Сарто и Фра Анджелико, в Венеции неистово копировал Карпаччо, а в Неаполе изучал знаменитые фрески из Помпеи и Геркуланума. В Риме молодой человек познакомился с Эдгаром Дега, вместе они не раз выходили на зарисовки.

Вдохновленный творческой атмосферой, Моро писал другу в Париж: «С этого времени, и навсегда, я собираюсь стать отшельником… Я убежден: ничто не заставит меня свернуть с этого пути».

Пэри (Священный слон). 1881-82

Вернувшись домой осенью 1859 года, Гюстав Моро с рвением принялся писать, однако его ожидали перемены. В это время он познакомился с гувернанткой, которая служила в доме неподалеку от его мастерской. Молодую женщину звали Александрина Дюре. Моро влюбился и, несмотря на то, что категорически отказался жениться, был верен ей более 30 лет. После смерти Александрины в 1890 году художник посвятил ей одно из лучших полотен — «Орфей у гробницы Эвридики».

Орфей у гробницы Эвридики (1890)

В 1862 году скончался отец художника, так и не узнавший, какой успех ожидает его сына в ближайшие десятилетия. На протяжении 1860-х годов Моро написал серию картин (любопытно, что все они были вертикальными по формату), которые были очень хорошо встречены в Салоне. Больше всего лавров досталось полотну «Эдип и Сфинкс», выставленному в 1864 году (картина была за 8000 франков приобретена на аукционе принцем Наполеоном). То было время триумфа реалистической школы, которую возглавлял Курбе, и критики объявили Моро одним из спасителей жанра исторической живописи.

Осень (1872-73)

Франко-прусская война, вспыхнувшая в 1870 году, и последующие события, связанные с Парижской Коммуной, оказали глубокое воздействие на Моро. На протяжении нескольких лет, вплоть до 1876 года, он не выставлялся в Салоне и даже отказался участвовать в украшении Пантеона. Когда, наконец, художник вернулся в Салон, то представил две картины, созданные на один сюжет, — сложное для восприятия полотно, написанное маслом,«Саломея» и большую акварель «Явление», неодобрительно встреченную критикой.

Эта картина Моро — необычная трактовка библейской сцены, в которой прекрасная Саломея танцует перед царем Иродом, обещавшим за этот танец исполнить любое ее желание. По наущению матери Иродиады Саломея попросила у царя голову Иоанна Крестителя.

Так царица хотела отомстить Иоанну Предтече, осудившему ее брак с Иродом. В шедевре Моро голова Иоанна Крестителя представлена как видение, явившееся Саломее в ореоле небесного света.

Некоторые критики считают, что на картине изображен момент, предшествующий усекновению главы Иоанна Предтечи, и, таким образом, Саломея видит последствия своего поступка. Другие полагают, что сцена, которую изобразил художник, происходит уже после казни святого.

Как бы то ни было, но на этом темном, насыщенном деталями полотне мы наблюдаем, как потрясена Саломея плывущим по воздуху жутким призраком.
Глаза Иоанна смотрят прямо на Саломею, а по длинным волосам Предтечи стекают на пол густые струйки крови.

Его отрубленная голова парит в воздухе, окруженная ярким сиянием. Этот ореол состоит из радиальных лучей — так писали сияние в Средние века и в эпоху Возрождения, — именно острые лучи еще сильнее подчеркивают тревожную атмосферу картины.

Явление (ок. 1876)
Явление (деталь)Саломея, танцующая перед Иродом (1876)

Однако почитатели творчества Моро восприняли его новые работы как призыв к раскрепощению фантазии. Он стал кумиром писателей-символистов, среди которых Гюисманс, Лоррен и Пеладан. Впрочем, Моро не был согласен с тем, что его причисляют к символистам, во всяком случае, когда в 1892 году Пеладан попросил Моро написать хвалебный отзыв о салоне символистов «Роза и Крест», художник решительно отказался.

Между тем нелестная для Моро слава не лишила его частных заказчиков, которые по-прежнему покупали его небольшие полотна, написанные, как правило, на мифологические и религиозные сюжеты.

За период с 1879 по 1883 год он создал в четыре раза больше картин, чем за 18 предыдущих лет (наиболее прибыльной стала для него серия из 64 акварелей, созданная по басням Лафонтена для марсельского богача Антони Руа — за каждую акварель Моро получил от 1000 до 1500 франков). Да и карьера художника пошла в гору.

Младенец Моисей (1878)

В 1888 году его избрали членом Академии изящных искусств, а в 1892 году 66-летний Моро стал руководителем одной из трех мастерских Школы изящных искусств. Его учениками были молодые художники, прославившиеся уже в 20 веке, — Жорж Руо, Анри Матисс, Альбер Марке.

В 1890-х годах здоровье Моро сильно ухудшилось, он задумался о завершении своей карьеры. Художник решил вернуться к незаконченным работам и пригласил в помощники некоторых своих учеников, включая любимца Руо. В то же время Моро приступил к его последнему шедевру «Юпитер и Семела».

Юпитер и Семела (1894-95)

Странник Эдип (1888)

Единственное, к чему художник теперь стремился, — превратить в мемориальный музей свой дом. Он торопился, с энтузиазмом размечал будущее местоположение картин, расставлял, развешивал их — но, к сожалению, не успел. Моро умер от рака 18 апреля 1898 года и был похоронен на кладбище Монпарнас в одной могиле с родителями. Он завещал государству свой особняк вместе с мастерской, где хранилось около 1.200 картин и акварелей, а также более 10.000 рисунков. 

Гюстав Моро всегда писал то, что ему хотелось. Находя источник вдохновения в фотографиях и журналах, средневековых гобеленах, античных скульптурах и восточном искусстве, он сумел создать свой собственный фантастический мир, существующий вне времени.

Музы, покидающие своего отца Аполлона (1868)

Если рассматривать творчество Моро сквозь призму истории искусств, оно может показаться анахроничным и странным. Пристрастие художника к мифологическим сюжетам и его причудливая манера письма плохо сочетались с эпохой расцвета реализма и зарождения импрессионизма. Однако при жизни Моро его полотна признавали и смелыми, и новаторскими. Увидев акварель Моро «Фаэтон» на Всемирной выставке 1878 года, художник Одилон Редон, потрясенный работой, писал: «Это произведение способно влить новое вино в меха старого искусства. Видение художника отличается свежестью и новизной… При этом он следует склонностям своей собственной натуры».

Фаэтон (1878)

Редон, как и многие критики того времени, видели главную заслугу Моро в том, что он сумел придать новое направление традиционной живописи, перебросить мост между прошлым и будущим. Писатель-символист Гюисманс, автор культового декадентского романа «Наоборот» (1884), считал Моро «уникальным художником», не имеющим «ни реальных предшественников, ни возможных последователей».

Не все, разумеется, думали так же. Критики Салона часто называли манеру Моро «эксцентричной». Еще в 1864 году, когда художник показал «Эдипа и Сфинкса» — первую картину, по-настоящему привлекшую внимание критиков, — один из них отметил, что это полотно напомнило ему «попурри на темы Мантеньи, созданное немецким студентом, отдыхавшим во время работы за чтением Шопенгауэра».

Одиссей избивает женихов (1852)

Одиссей избивает женихов (деталь)

Сам Моро не хотел признавать себя ни уникальным, ни оторванным от времени, ни, тем более, непонятным. Он видел себя художником-мыслителем, но при этом, что особенно подчеркивал, ставил на первое место колорит, линию и форму, а не словесные образы. Желая обезопасить себя от нежелательных интерпретаций, он часто сопровождал свои картины подробными комментариями и искренне сожалел, что «до сих пор не нашлось ни одного человека, который мог бы всерьез рассуждать о моей живописи».

Геракл и Лернейская Гидра (1876)

Моро всегда уделял повышенное внимание работам старых мастеров, тем самым «старым мехам», в которые, по определению Редона, хотел влить свое «новое вино». Долгие годы Моро изучал шедевры западноевропейских художников, и в первую очередь представителей итальянского Возрождения, однако героические и монументальные аспекты интересовали его гораздо меньше, чем духовная и мистическая сторона творчества великих предшественников.

Глубочайшее уважение Моро испытывал к Леонардо да Винчи, которого в 19 в. считали предтечей европейского романтизма.

В доме Моро хранились репродукции всех картин Леонардо, представленных в Лувре, и художник часто обращался к ним, особенно когда ему нужно было изобразить скалистый пейзаж (как, например, на полотнах «Орфей» и «Прометей») или женоподобных мужчин, напоминавших созданный Леонардо образ святого Иоанна.

«Я никогда не научился бы выражать себя, — скажет Моро, будучи уже зрелым художником, — без постоянных медитаций перед работами гениев: «Сикстинской мадонной» и некоторыми творениями Леонардо».

Фракийская девушка с головой Орфея на его лире (1864)

Преклонение Моро перед мастерами эпохи Возрождения было характерно для многих художников 19 в. В то время даже такие художники-классицисты, как Энгр, искали новые, не типичные для классической живописи сюжеты, а бурный рост колониальной французской империи пробуждал интерес зрителей, тем более людей творческих, ко всему экзотическому.

Павлин, жалующийся Юноне (1881)

Архивы Музея Гюстава Моро позволяют судить о невероятной широте интересов художника — от средневековых гобеленов до античных ваз, от японской гравюры по дереву до эротической индийской скульптуры. В отличие от Энгра, который ограничивался исключительно историческими источниками, Моро смело соединял на полотне образы, взятые из разных культур и эпох. Его «Единороги», например, будто заимствованы из галереи средневековой живописи, а полотно «Явление» — это настоящая коллекция восточной экзотики.

Единороги (1887-88)

Моро намеренно стремился максимально насытить свои картины удивительными подробностями, это была его стратегия, которую он называл «необходимостью роскоши». Над своими картинами Моро работал подолгу, иногда по несколько лет, постоянно добавляя все новые и новые детали, которые множились на полотне, словно отражения в зеркалах. Когда художнику уже не хватало места на холсте, он подшивал дополнительные полосы. Так случилось, например, с картиной «Юпитер и Семела» и с неоконченным полотном «Ясон и аргонавты».

Ясон и Медея (1863-65)

Отношение Моро к картинам напоминало отношение к своим симфоническим поэмам его великого современника Вагнера — обоим творцам сложнее всего было довести их произведения до финального аккорда. Кумир Моро Леонардо да Винчи также оставил незавершенными многие работы. Картины, представленные в экспозиции Музея Гюстава Моро, ясно показывают, что художнику не удавалось до конца воплотить на полотне задуманные образы.

С годами Моро все больше верил в то, что он остается последним хранителем традиций, и редко с одобрением отзывался о современных художниках, даже о тех, с которыми был дружен. Моро считал, что живопись импрессионистов поверхностна, лишена морали и не может не привести этих художников к духовной гибели.

Прометей (1868)
Диомед, пожираемый своими конями (1865)

Однако связи Моро с модернизмом гораздо сложнее и тоньше, чем казалось обожавшим его творчество декадентам. Ученики Моро по Школе изящных искусств, Матисс и Руо, всегда с большой теплотой и признательностью отзывались о своем учителе, а мастерскую его часто называли «колыбелью модернизма». Для Редона модернизм Моро заключался в его «следовании собственной натуре». Именно это качество в сочетании со способностью к самовыражению всячески стремился развить в своих учениках Моро. Он учил их не только традиционным основам мастерства и копированию шедевров Лувра, но и творческой самостоятельности — и уроки мастера не прошли даром. Матисс и Руо выступили одними из основателей фовизма, первого влиятельного художественного течения 20 века, опиравшегося на классические представления о цвете и форме. Так Моро, казавшийся закоренелым консерватором, стал крестным отцом направления, открывшего новые горизонты в живописи 20 века.

Химера (1862)

Последний романтик 19 века Гюстав Моро называл свое искусство «страстным молчанием». В его работах резкая цветовая гамма гармонично сочеталась с экспрессией мифологических и библейских образов. «Я никогда не искал снов в реальности или реальности во снах. Я дал свободу воображению», — любил повторять Моро, считая фантазию одной из самых важных сил души. Критики видели в нем представителя символизма, хотя сам художник неоднократно и решительно отвергал этот ярлык. И как бы ни полагался Моро на игру своей фантазии, он всегда тщательно и глубоко продумывал колорит и композицию полотен, все особенности линий и формы и никогда не боялся самых смелых экспериментов.

Шотландский всадник
Автопортрет (1850)

текст Цитата сообщения Anna_Livia

Прочитать целикомВ свой цитатник или сообщество!
Гюстав МОРО. Последний романтик 19 века.

Источник: https://art.mirtesen.ru/blog/43258982529/prev

Ссылка на основную публикацию